Пленник рассмеялся, окропив землю собственной кровью.
— Что с тобой случилось? — спросила я у него.
— Участвовал в боях, естественно, — его глаза сузились, когда он понял, что я понятия не имею, о чём он говорит.
Я взглянула на Санфайра, но он выглядел таким же растерянным, как и я.
— Стражи заставляют нас драться ради их развлечения, — сказал заключённый.
— Это варварство, — с отвращением ответила я.
Пленник пожал своими массивными плечами.
— Стражи похожи на завистливых, мелочных детей. Они любят натравливать богов на демонов, потому что злятся. Они верят, что Бессмертные предпочли нас им.
— Итак, кто ты: бог или демон? — спросила я его.
Он выпрямился во весь рост.
— Я думал, это очевидно.
Я присмотрелась к нему повнимательнее, а затем заявила:
— Ты — бог.
— Бог Мерсер, — гордо заявил он.
Мерсер опустил скрещенные руки и встал очень величественно, как будто позировал статуе. Он стоял в этой позе так долго, что я начала сомневаться, не ожидал ли он какой-то реакции. Например, аплодисментов.
— Сколько богов и демонов держат Стражи в этой тюрьме? — спросила я Мерсера.
Он выглядел разочарованным, что я не воспользовалась моментом, чтобы оценить его великолепие, но всё равно ответил.
— Нас двадцать четыре, двенадцать богов и двенадцать демонов.
Я повернулась к Санфайру.
— Двадцать четыре божества. С моей телепортацией и с их помощью мы сможем прорваться через эту тюрьму и через любого, кто попытается удержать нас здесь.
— Если ты сможешь убедить богов и демонов присоединиться к твоему плану, — ответил он.
— Эй, я ведь затащила тебя в свой план, не так ли? — я ухмыльнулась ему. — После этого убедить богов и демонов помочь нам будет проще простого, — я снова обратила своё внимание на Мерсера. — Что скажешь? Хочешь сбежать из этой тюрьмы?
— Ты хочешь освободить и демонов тоже? — его челюсти напряглись. — И работать с ними.
— Да.
— Выпускать демонов — очень плохая идея.
— Это просто в тебе говорит предубеждение, — сказала я ему. — Как ты думаешь, почему Стражи продолжают натравливать богов и демонов друг на друга в битвах? Потому что они боятся вас. Они хотят, чтобы вы ссорились, ненавидели друг друга, не доверяли друг другу. Они хотят держать своих заключённых порознь, а это значит, что нам нужно объединиться. Нам всем нужно работать сообща, чтобы выбраться отсюда.
Нахмурившись, Мерсер сказал:
— У тебя странная логика, которая почти обретает смысл.
— Можешь не сомневаться, всё именно так.
— И ты джинн, — в глазах бога промелькнул расчёт. — Телепортатор.
Санфайр встал между нами.
— Даже не думай об этом.
— Ты даже не представляешь, о чём я думаю.
— Конечно, представляю, — сказал Санфайр. — Я могу читать твои мысли так же легко, как если бы они были моими.
— Это невозможно, — Мерсер напрягся. — Я бог.
— Поздравляю, тебе медальку вручить?
Мерсер сердито посмотрел на него.
— Кто ты такой, чтобы насмехаться над богом?
— Кто я? — Санфайр выгнул брови. — Тот, кто намного могущественнее тебя.
Гневный огонёк в глазах Мерсера погас.
— Ты Бессмертный, — тихо сказал он.
— Да.
Мерсер отступил, склонив голову.
— Приношу свои извинения.
Я уставилась на него, разинув рот. Я никогда не видела, чтобы бог кому-то кланялся.
— Мне не нужны твои извинения, — сказал ему Санфайр. — Мне нужна твоя помощь.
— Она у тебя есть, — Мерсер прижал руку к груди.
— И твоё обещание, что, когда мы выберемся отсюда, ты не будешь похищать мою подругу и эксплуатировать её способности, — добавил Санфайр.
Взгляд Мерсера метнулся ко мне, затем снова к Санфайру, и он не выглядел довольным. И всё же он сказал:
— Я обещаю.
— Хорошо, — Санфайр решительно кивнул. — А теперь давайте сбежим из этой тюрьмы.
Глава 5
Я телепортировала нас троих обратно в камеру Санфайра. Там Мерсер начал стучать по стенам через определённые промежутки времени, используя какой-то коммуникационный код. Он быстро нашёл других богов.
Я попыталась телепортироваться к ним… и потерпела неудачу.
— Я не могу этого сделать, — я вздрогнула от напряжения, пытаясь пробиться. — Здесь сильное поле защиты от телепортации Стражей. А я недостаточно сильна.
— Значит, твой план побега провалился, даже не успев начаться, — Мерсер бросил на меня обвиняющий взгляд, как будто это я виновата в том, что не смогла телепортироваться через непроницаемое поле, созданное Стражами.
— Оставь её в покое и займись чем-нибудь полезным. Попроси своих друзей выяснить, где держат демонов, — огрызнулся на него Санфайр, затем посмотрел на меня более добрым взглядом. — Я создам что-нибудь, что усилит твою магию.
Итак, пока Мерсер болтал с другими богами на их секретном языке стука по стенам, мы с Санфайром рылись в ящиках в поисках необходимых ему припасов.
— Итак, как ты думаешь, насколько ты можешь усилить мою магию? — спросила я Санфайра.
Он вытащил из ящика что-то, очень похожее на ложку.
— Надеюсь, достаточно, чтобы ты могла телепортироваться в любую точку тюрьмы. Хотя, должен признать, я удивлён, что твоя магия вообще здесь работает.
— Думаю, моя магия отличается от того, что ожидают Стражи. Я не из этого времени, так что, возможно, они не ожидали чего-то подобного мне. К тому же, я была создана для того, чтобы стать непревзойдённым джинном, — я одарила его улыбкой.
— Никому больше не говори, откуда ты родом, — тихо сказал он. — Или, точнее, откуда ты по времени.
— Не волнуйся, — прошептала я в ответ. — Моя приёмная мать Калли учила нас быть осторожными и не показывать людям, что мы особенные, на случай, если боги и демоны наблюдают за нами. Они склонны похищать любого, кто, по их мнению, обладает способностями, которые они могут использовать.
— Похоже, твоя приёмная мать — умная женщина.
— Да, это так.
— И ты тоже, — сказал он, когда мы возвращались к его рабочему месту. — Откуда ты знаешь, что Мерсер — бог, а не демон?
— Разве ты не знал?
Санфайр схватил инструмент.
— Я-то знал, но мне доступны определённые виды магии, которые помогают в этом.
— Ну, я не могу чувствовать чью-то магию так, как ты, но я встречала много богов и демонов, — сказала я. — Я научилась отличать их друг от друга. Мерсер говорит как бог.
— Боги и демоны звучат очень похоже, когда говорят, — сказал Санфайр. — Они обладают одинаковым высокомерием. Одинаковым эгоизмом, — он нахмурился. — Мы, Бессмертные, не очень-то преуспели, когда создавали их.
— Почему Бессмертные создали богов и демонов? — спросила я у него.
— Мы посчитали, что чтобы по-настоящему понять магию, мы должны изучать её изолированно, — Санфайр сплёл металлические нити со своей магией. — Мы проводили множество экспериментов с различными видами магии. Боги и демоны были частью нашего изучения светлой и тёмной магии.
— Вы нашли то, что искали? — спросила я.
Он поднял голову и встретился со мной взглядом.
— Да.
По какой-то причине я не могла отвести от него взгляда.
— И что? — я прочистила горло. — Чему вас научил этот эксперимент?
— Что? — он выглядел отвлёкшимся.
— Ваш эксперимент по светлой и тёмной магии, — неа, я всё ещё не могла отвести взгляд. — С богами и демонами.
— Ах, да. Боги и демоны, — Санфайр встряхнулся, затем поспешно вернул взгляд к артефакту, который создавал. — Мы узнали, как усилить светлую и тёмную магию, например, с помощью артефактов, — он указал на свой незавершённый проект, который теперь медленно вращался в воздухе перед ним, пока он добавлял к нему новые детали. — Наши эксперименты дали много впечатляющих результатов, но методы были несовершенными. Снова и снова мы совершали одну и ту же ошибку.
— Какую именно? — поинтересовалась я.
— Мы создали существ, обладающих огромной силой, а затем, когда эксперимент закончился, выпустили их во вселенную, не научив, как использовать свою магию для общего блага. Поэтому неудивительно, что многие из них стали эгоистичными, высокомерными и властолюбивыми. Это наша вина. Полагаю, можно сказать, что мы были плохими родителями.
