Кира старалась не думать о совершенном в этом доме убийстве. — Змею Горынычу свои несметные сокровища вы доверяете, поскольку ему, как чешуйчатому пресмыкающемуся, кроме еды ничего из вашего богатства не надо, а вот окружающим вас людям вы доверять не можете: им кроме еды нужно многое… и хорошо бы за ваш счет.
Бледные, пухлые губы Вячеслава Бурмистрова скривились улыбкой.
— Образно, но верно! Я знал, Кира, что вы все правильно поймете и постараетесь помочь мне, но хотелось бы, чтобы все у нас было официально: предложение и согласие. Так вы согласны?
Сердце Киры болезненно сжалось — ну, почему замужество ей предлагает совершенно не тот мужчина!
— А разве вы оставили мне выбор? — она нервно дернула головой и положила свою ладонь сверху руки банкира, все еще держащего ее за руку. — Я согласна. Только сразу предупреждаю, что оставлю свою фамилию — иначе ищите себе другого Змея Горыныча.
«Жених» внимательно посмотрел на свою будущую супругу и засомневался: правильно ли он делает, втягивая в свои «неприятности» эту, в общем-то, малознакомую женщину, если, конечно, десять лет тюремного заключения, как грозовая туча маячившие на его горизонте, можно назвать простыми неприятностями.
А что ему остается делать в его положении?
Отдать все, что он имеет и такой ценой купить себе свободу?
Но где гарантия, что после того, как он подпишет документы и переведет все свои активы на чужие счета, его не посадят в тюрьму и сохранят жизнь?
Нет! Он не может никому доверять!
Никому, кроме нее!
Один раз она уже спасла ему жизнь, вырвала из рук бандитов, возможно, спасет и в этот раз…
Ну, а если у них ничего не получится — значит, такова его Судьба! Он не обвинит ее ни в чем, ни на минуту не усомниться, что для его спасения она сделала все возможное, что в человеческих силах!
— На это я согласен — фамилия — это, такой пустяк… Через пять минуту мы будем официальными мужем и женой. Где ваш паспорт?
Кира кивнула головой на сумку, лежащую на кожаном диване. Взяв со стола телефон, Бурмистров набрал нужный номер и спросил: — Борис Яковлевич, у вас все готово?
— Да, брачный договор готов. Лаврентий Павлович только что приехал с представителем ЗАГСа.
— Тогда поднимайтесь, а Лаврентий пусть до конца церемонии отвлекает следователей — добавь еще пару тысяч за задержку, думаю, сторгуетесь.
Через минуту в дверь громко постучали и в кабинет вошли три человека — высокая, полноватая женщина в голубом платье и двое мужчин в темных дорогих костюмах.
Всемогущие деньги, заставили этих людей в столь неурочный час приехать сюда и совершать дела в угоду почти свергнутому королю, а представителей власти закрыть глаза на все происходящее в доме.
— Начинайте! — привычно распорядился Вячеслав Львович и, потянув Киру за руку, усадил на ручку своего кожаного кресла. — И как можно короче…
Обиженно поджав губы, представитель ЗАГСа стала доставать из портфеля кучу необходимых предметов.
— Ваши паспорта, — хорошо поставленным торжественным голосом произнесла она и, получив нужные документы, не меняя тона, продолжила: — Является ли ваше решение вступить в законный брак добровольным и обдуманным?
— Да! — не колеблясь, ответил Бурмистров.
— Да-а… — в голосе Киры было столько сомнения и покорности обстоятельствам, что ей стало неловко, и она повторила уже тверже: — Да.
— Прошу расписаться… — представитель ЗАГСа раскрыла «амбарную» книгу, ткнула пальцем в последнюю запись, сделанную ей по дороге, и, открыв паспорта, «шлепнула» в них штамп ЗАГСа.
Взяв из открытого футляра ручку на своем столе, «жених» прочитал запись в книге и, расписавшись, протянул ручку новобрачной.
Вздыхая, Кира взяла из его рук черную с золотом ручку, повертела ее перед глазами, любуясь и рассматривая открытое золотое перо с вензелями, и, не читая, поставила свою подпись рядом с подписью Бурмистрова.
— Новобрачная будет менять фамилию? — буднично поинтересовалась женщина, заполняя какие-то бланки.
— Нет! — теперь тон избранницы банкира порадовал нотариуса.
Представительница ЗАГСа подсунула им бланки, и они снова расписались.
— Объявляю вас мужем и женой! Поздравляю! — торжественно произнесла она и, вручив Бурмистрову паспорта и свидетельство о браке, уступив место невысокому, строгому нотариусу с высоким лбом и большими залысинами, тут же разложившему на столе свои документы.
— Поздравляю, — бесцветным голосом произнес нотариус и дал в руки каждому из супругов экземпляр брачного договора и договора доверительного управления. — Прочитайте и подпишите.
Внимательно прочитав документы, Бурмистров подписал брачный договор и договор доверительного управления и воззрился на Киру.
— Что-то не так? — спросил он и, заглянув в ее экземпляры — может там написано что-то другое?! — быстро пробежал их глазами. Написано было все тоже самое, но новобрачная почему-то колебалась. — Тебя что-то не устраивает?
Нотариус возвел глаза к потолку — мало того, что его разбудили среди ночи, переполошив его семью, привезли на окраину Москвы, а теперь еще придется переделывать брачный договор или договор доверительного управления, а то и оба договора, которые он составлял всю дорогу до Бутово, консультируясь с клиентом. Зачем? Он предусмотрел все его желания: по брачному — режим совместной собственности включал в себя добрачное имущество каждого из супругов — на этом особо настаивал клиент — и будущее имущество, нажитое в браке; условия развода и раздел имущества, и по доверительному управлению — передача всего его имущества в ее управление, включая акции банка «Континенталь». Что еще нужно?..
А Кира колебалась не потому, что получала в управление все имущество Бурмистрова, перечисление которого составляло больше десятка печатных строчек, а потому, что по брачному договору приходилось вносить «в общий, семейный котел» пусть не сравнимо меньшее, но свое нажитое имущество, а при разводе придется делить его…
— Значит, все в один общий котел, перемешать и поделить поровну? — уточнила она, глядя в лицо крупного, холеного супруга. — А можно, в мою половину после развода будет входить мое добрачное имущество?
— Согласен, — уголками губ, улыбнулся банкир, его умиляла ее способность столь образно и просто определять и разрешать неразрешимые проблемы — другая на ее месте мертвой хваткой вцепилась бы в акции его банка, поделила бы их и вошла в совет директоров, а Кира… — Обговори все это с Иннокентием Аркадьевичем, и мы подпишем дополнительное соглашение — для твоего спокойствия.
Они сами не заметили, как перешли на «ты».
— Тогда и я согласна.
И Кира подписала все документы.
Вздохнув с облегчением, Иннокентий Аркадьевич убрал свои экземпляры договоров в кожаную папочку и отошел в сторону.
— Спасибо вам, что приехали и исполнили мою просьбу, — поблагодарил Бурмистров нотариуса и представителя ЗАГСа. — Водитель отвезет вас домой… А мы займемся
