Вместо конечностей-копий в дело пошли неестественно длинные руки в количестве сразу шести штук. По понятным причинам, твари это скорее мешало, чем помогало, поэтому у меня было немного времени, чтобы обдумать дальнейшие действия. А еще я с некоторым удивлением отметила, что вообще не боюсь копошащегося передо мной чудовища. Либо прошлый опыт действительно пошел на пользу, либо сказывалась необходимость и, самое главное, возможность защитить кого-то совсем уж беззащитного.
— Тварь демонстрирует особо ярко выраженное отсутствие интеллекта, — процедил Альд. — Но это к лучшему. Советую просто выждать момент и ударить в подбрюшье. Черная точка иногда просматривается.
Я присмотрелась и убедилась в правоте подселенца. Действительно, тварь настолько увлеклась вопросом попадания внутрь, что совершенно забыла о собственной безопасности. Нужно этим пользоваться.
Осторожно подлетев поближе, я стала более внимательно наблюдать за характером движений твари, пытаясь уловить ритм и предугадать подходящий момент. При этом мне невольно пришлось обратить внимание и на то, как судорожно, но при этом ритмично напрягаются и расслабляются вытянутые в длину мышцы под белесой, кажущейся болезненно влажной кожей. Это и завораживало, и вызывало омерзение, по сравнению с которым мое недавнее отвращение к личу-жрецу казалось чуть ли не первым признаком влюбленности. Но при этом я все равно не могла оторвать взгляд от этого тошнотворно неестественного зрелища.
— Не медли, — напомнил подселенец. — За время твоего любования тварью можно было ударить как минимум дважды.
Да, действительно. Не думай — действуй.
Резко дернув головой, я стряхнула с себя оцепенение и сосредоточилась на накоплении силы для удара. Тварь, видимо, что-то почуяв, на пару секунд замерла, а затем резко выбросила вперед какую-то особенно длинную пару рук. Не достала, хоть и пришлось отшатнуться. В попытке дотянуться до меня, чудовище продемонстрировало в оконном проеме свое брюхо во всей красе так, что я четко увидела свою цель — пульсирующий участок черной кожи.
Или она была не черной, а прозрачной, и сквозь нее была видна кровь твари? И кожа ли это вообще? Может, хрящ или какая-то…
— Бей! — рявкнул Альд.
От неожиданности я высвободила накопленную энергию чуть более широким потоком, чем планировала изначально, поэтому отбросила тварь от окна вместе с подоконником и куском стены под ним. Чудовище взвизгнуло и, судя по всему, рухнуло вниз.
Выждав пару минут для верности — а вдруг вернется — я медленно подлетела к пролому и выглянула наружу. Упавшая со стены тварь валялась внизу, продолжая даже после смерти удерживать в своих отвратительных руках куски каменной кладки. Но мое внимание привлекла не она.
— А-а-альд, это же нехорошо, да?
— Уточни свой вопрос. Что именно?
— Я вот как-то даже не знаю…
Действительно. С чего бы начать…
Может, с того, что все тела тварей вдруг начали стремительно разлагаться? Наблюдая за этой картиной, я невольно порадовалась, что в свое время отказалась от наложения на мое скелетированное тело чар обоняния.
Или куда более нехорошим явлением было присутствие во внутреннем дворе слишком хорошо знакомого… Жреца. Над медленно превращающимися в тошнотворную жижу телами белесых тварей в воздухе парил Килир. Ох, не зря он мне вспомнился до этого, похоже…
Глава 3. Добровольно-принудительная помощь
— Господин лич, — тон коменданта, показавшегося в дверях здания по другую сторону двора, был подчеркнуто ровным и бесконечно вежливым. — Мы вас не… ждали.
— Я и не афишировал свое прибытие, комендант, — отвернувшись от меня, Килир величественно повел рукой, будто бы делал величайшее одолжение. — До меня дошли новости о вторжении. Можете считать мое появление небольшой дружеской помощью.
— Которой не требовалось, как видите, — голос сэра Алонта похолодел. — Зачем прибыли?
— Очень… смело, — заметил подселенец.
Вопрос коменданта действительно прозвучал грубовато. Как бы лич не начал качать права. Комендант — не Тид, конечно, возможно, и имеет право себя так вести, но мало ли… За спиной сэра Алонта я на миг увидела Мэба.
— Какая похвальная прямолинейность и экономия моего времени на взаимных расшаркиваниях, — протянул жрец. — Я намерен некоторое время пробыть на этой заставе, — сделав небольшую паузу, Килир, как мне показалось, не без некоторой издевки добавил: — С вашего позволения, лорд Атиад.
Лич сопроводил свои слова легким кивком. Расстояние не позволяло мне детально рассмотреть выражение лица коменданта, но от повисшего напряженного молчания сам воздух, казалось, стал плотнее. Не знаю, имел ли право сэр Алонт ему отказать и с какими последствиями, но хоть бы отказал, хоть бы отказал…
— Конечно, — процедил комендант, — кто я такой, чтобы отказывать в подобной мелочи почтенному личу и жрецу Суртаза?.. Правда, хочу вас сразу предупредить, что местные условия не слишком благоприятны для… вашей формы посмертия.
— Ах, этот нюанс не стоит вашего беспокойства, я бывал и в менее… благоприятных местах, — не остался в долгу Килир.
Уловив движение позади себя, я обернулась. Крадучись, Кит подошла ко мне со спины и выглянула на улицу из-за моей правой руки. Стоило девушке увидеть лича, как ее глаза округлились, и в них мелькнул страх. Будто почувствовав на себе еще один взгляд, Килир повернул голову вполоборота и, покосившись своим ужасающе живым глазом, улыбнулся. Меня окатило волной отвращения, Кит пискнула и спряталась за меня.
Мда, а я думала, что легко отделалась.
Комендант тем временем закинул булаву на плечо и, не удостоив почетного гостя более ни единым взглядом или словом, направился в сторону другого строения. Там, как я помнила, располагался его кабинет. И личные покои, наверное. Шагая быстро и уверенно, сэр Алонт едва заметно прихрамывал.
Лич, как мне показалось, нисколько не смутился от такого прохладного приема. Он подлетел к поверженной мной твари и с преувеличенным любопытством принялся ее изучать. По каким-то причинам конкретно это чудовище разлагалось медленнее других, но менее отвратительным его вид от подобной неторопливости не стал. Скорее даже более — остальные тела вокруг уже превратились в нагромождения костяных остовов в лужах жижи и слизи.
— Уважаемая Шиз…
Отвлекшись на размышления, я вздрогнула, услышав свое имя. Жрец произнес его хоть и не слишком громко, но с какой-то такой странной интонацией, что мне на миг стало очень сильно не по себе. Что еще удивительнее — привычного отвращения я не ощутила. Изменил тактику? Применил другие чары?
— Не желаешь составить мне компанию и рассмотреть этот… весьма примечательный экземпляр?.. — снова та странная интонация.
— Я не чувствую чар, — задумчиво произнес Альд. — Больше похоже на банальное… заигрывание.
От мысли, что только этого мне не хватало, я мысленно застонала.
— Звучит так чувственно, что лучше бы тебе этот звук вслух не издавать, — съязвил подселенец. — Он может понять это…
