ты увидел призрака, так мчался отсюда.
– Душно стало, пока гулял по здравнице, – отбрехался.
Тут на выходе показались знакомая медсестра Вадима и продавец целебностей, закрывая входные двери и ставя на охрану здание. Я испугался, ведь Аглая осталась внутри.
– Стойте! А если там кто-то остался?
– Кто? – насмешливо переспросила медсестра. – Сотрудники все разошлись, а пациенты еще после обеда.
– Но мне показалось я слышал голоса, – пытался достучаться. – Или шум воды. Вы даже не проверите?
Не мог же я сказать, что видел собственными глазами голую девушку из плоти и крови. А если она не уходила из дверей, значит осталась там. Одна. Запертая на ночь. Тут во мне проснулся зверь защитника.
– Надо проверить.
– Ну хорошо. Вадик, будь другом, посмотри, что там за призрак поселился, я подожду тут.
Продавец недоуменно покрутила головой, распрощалась с нами. Я почти вбежал внутрь, исследуя кабинеты, заглядывая в каждую нишу, комнаты, что были доступны.
– Расул, ты чем-то надышался здесь и словил глюк? – плелся позади друг и ворчал. – Какого члена мы тут носимся?
А я с каждой проверенной комнатой всё больше понимал, что меня снова надули, либо она имела какое-то отношение к нахождению здесь, то есть работала, либо все же являлась лечащейся. Заметив в самом конце коридора проход, догадался, что малышка исчезла наверняка через него. Толкнул дверь: заперто, подергал, не поддалась.
– Бестия! – и ударил со всей силы по обшивке, вызывая треск панелей.
– Расул, что с тобой? Ты кого потерял тут? – друг стоял, расставив ноги, готовый меня фиксировать, если я продолжу колотить дверь или стены.
Я встряхнул головой, приходя в себя.
– Никого. Ошибся. Уходим.
– Окей, но позже я потребую отчет. Спортсмены себя так не ведут, – и последовали к выходу.
– Показалось ему. В здании пусто, – ответил за меня Влад своей знакомой.
Та лишь повела плечами, закрыла окончательно учреждение на замок и мы поспешили к стоянке машин. Завезли пассажирку к дому и покатили в сторону Минвод домой.
– Что это было, Расул? – еще раз спросил друг, пока я выруливал на трассу.
А я и не знал, что ответить. Не хотел делиться тайной и своей маленькой мечтой, к которой так долго тянулся. Не мог рассказать. Пока не мог.
– Не бери в голову, Вадик, показалось, – ответил собеседнику.
Но взгляд его очевидно говорил, насколько он мне не верит.
Аглая.
Через соседний двор выбежала на остановку, села в маршрутное такси, оплатила и уставилась в окно, провожая убегающий пейзаж. И только когда задержались на остановке недалеко от оздоровительного комплекса, спряталась за штору. Расул и еще один парень топтались на крыльце, беседуя с сотрудницей. В какой-то момент мужчина посмотрел вдаль, прямо на остановку. Сердце застучало, боясь быть распознанной. Вся его поза говорила сама за себя. Он злился. И теперь станет искать меня еще пуще. Мое внутреннее чутье обострилось, как у пумы. И если до этого он меня не искал, то сейчас я уверена начнет. Вся его поза сулила мне наказанием по обнаружению. А мне впервые не ощущалось страха. Лишь необъятное волнение. И от того, что я провела взрослого мужчину вокруг пальца, девочка внутри пела.
Я помогала разбирать документацию и вносить в табличку данные по пациентам маме, которая работала врачом-физиотерапевтом в бальнеолечебнице Железноводска. Сама, едва получив диплом медицинской сестры, пошла на дополнительные трехмесячные курсы по лечебному массажу. А позже планировала освоить и косметический. Но моя карьера пришлась на период пандемии ковида и возникали некоторые трудности с работой, клиентами. Наилучшим вариантом являлась работа рядом с мамой. Она назначала процедуры, я их проводила.
И сегодня задержалась, осваиваясь на новом рабочем месте. От жары вспотела и прошла освежиться, никак не предполагая куда это может завести. И завело, рыжего дага ко мне.
Думала ли я о нем эти месяцы? Да, неоднократно, прокручивая теплые моменты знакомства, совместный обед и мой побег. Даже плакала. Злилась на того, кто однажды исковеркал мое представление о мужчинах. От того, что не могу влюбляться без страха быть изнасилованной. Понимала, что большинство парней нормальных и уважительных, но червь сомнений то и дело подтачивал мой стержень.
Глава 7. ПАЦИЕНТ
Расул.
В качестве пациентов мы с Вадиком попали в лечебницу только в начале июня. Дети распустились на летние каникулы, но продолжали посещать зал борьбы, хотя и с меньшим рвением, зато моего рвения найти мою мелкую беглянку только прибавлялось. Просыпался с мыслями о небесных глазах и засыпал, вспоминая обнаженный мокрый силуэт. Даже не знал чего хочу больше: нашлепать за детское поведение или зацеловать до потери сознания. Если бы ей было семнадцать, еще понял и принял ее прятки. Но в двадцать один? В общем, этот квест меня порядком раздражал. И сорваться на ее поиски тоже не мог. Так и изнывал целых две недели. И сейчас, переступая порог оздоровительного комплекса волновался. Моей задачей выступали ее поиски в процессе курса лечения. Решил расспросить весь персонал о девушке, кто-то же должен ее знать. То, что она имела отношение к здравнице – несомненно.
– Расул, нам к доктору за путевкой и назначением, – Влад шёл вперед по коридору, изучая номера табличек на дверях.
– Ты уже все выяснил? Дополнительные анализы не нужны?
– Куда еще нам? И так не вылазим из физдиспансера, – остановился у нужного кабинета. – Пришли.
И, постучав для приличия, толкнул дверь, просовываясь внутрь.
И вдруг я замер, вчитываясь в имя врача на табличке: “Коот Лидия Васильевна. Врач – физиотерапевт высшей категории”. Я не мог поверить своему счастью. Эта женщина явно приходилась родственницей моей Аглае. Про себя считал ее себе принадлежащей, как Адам, сотворивший Еву из своего ребра. Вдохнул-выдохнул, прошёл следом за Вадимом.
Врач, как и положено, в специальной одежде медика восседала за столом. Мой коллега уже протягивал свою санаторную карту с выпиской анализов и диагнозом, расспрашивая о рекомендациях по его состоянию. Я появился в поле зрения терапевта, и она подняла взгляд от документа на меня. На вид лет сорок, среднего телосложения, красивая. Цвет волос не то шатен, не то средне-русый, а вот глаза я узнал: эти глубокие карельские озера. Так вот значит кто генетический доминант радужки глаз Аглаи: ее мама, на крайний случай тетка.
– Добрый день.
– Здравствуйте, – ответила врач.
– У вас тот же диагноз? Дайте свою санаторно-курортную карту.
Я протянул листок формата А4, весь исписанный нечитабельным врачебным почерком, с росписями и печатями. Голубоглазая, пробежав серьёзным взглядом по каракулям на тыльной стороне документа, кивнула.
– Тоже спортсмен? Давно травма получена? – подняла серьёзный взгляд.
– Три года прошло.
– Беспокоит сильно?
– Не
