– А мне кажется, что все далеко не так благополучно! – взорвался Ричард. – Ваша кухня выглядит так, будто в нее попала бомба! Вам нужна помощь врача!
Она вздрогнула как от боли, вновь сердито посмотрела на него и повернулась к подруге.
– Что он здесь делает? И почему бы тебе не пойти домой к Камалю? Как вы оба здесь очутились?
– Мне позвонил Бенни, – смущенно отозвалась Шадия. – Он очень беспокоится о тебе.
– Бенни! – Зеленые глаза засверкали. – Я могла бы и сама догадаться! Подождите, я до него доберусь!
– Он хочет тебе только добра. – Шадия умоляюще посмотрела на подругу. – И я тоже! Мне очень жаль, что ты потеряла работу…
– У меня нет ни малейшего желания раз говаривать на эту тему! – Она бросила на Ричарда враждебный взгляд. – И ты все еще не объяснила мне, почему он здесь? Что заставило тебя втянуть его в это дело?
– Я не могла попасть к тебе, хотя знала, что ты дома, – было слышно, как ты стонешь. Я впала в отчаяние, и тут мне пришло в голову, что его ключ может подойти к твоему замку…
– Да ты просто рехнулась, – хмуро пробор мотала Сьюзен.
– Извини, – мягко сказала Шадия. – Но я была сильно напугана. А Ричард очень помог мне, сообразив, что ключ можно взять у жилищного агента. Мне это и в голову не пришло, я слишком волновалась, чтобы рассуждать здраво. А когда вернулась, он уже был рядом с тобой.
Сью перевела взгляд на Рича.
– Каким образом?
– Открыл замок с помощью своей кредит ной карточки, – холодно объяснил он.
Она пришла в ярость.
– Я могу позвонить в полицию, и вас арестуют! Это просто-напросто взлом!
– А я считал, что спасаю вам жизнь! Ваша подруга уверила меня, что вы умираете.
Снизу послышался мужской голос, и Шадия с облегчением воскликнула:
– Доктор Джоберти! – Она вышла из комнаты и позвала: – Поднимайтесь к нам, док тор!
Сьюзен зло посмотрела на Ричарда.
– Спасибо вам за помощь! – саркастически произнесла она. – Прощайте! Не забудьте поплотнее закрыть за собой входную дверь, и, если вы еще когда-нибудь вздумаете забраться в мой дом без приглашения, я обязательно вызову полицию, даже если вы изобретете самый что ни на есть убедительный предлог!
– Хорошо же вы отвечаете на заботу! Когда вы в следующий раз соберетесь отдать концы, я не буду вам мешать, не беспокойтесь! – Он был явно возмущен и не намеревался скрывать это. – Желаю удачи – она вам пригодится, – произнес он, проходя мимо доктора, и тот наградил его озадаченным взглядом, а затем вдруг широко улыбнулся.
– Все будет хорошо. Я знаю, чего от нее ждать. Это очень упрямая молодая леди.
Спустя десять минут Ричард уже направлялся на работу, чтобы поговорить с редактором, но, лавируя в потоке машин, он не мог выбросить из головы образ своей соседки – копна спутанных рыжих волос вокруг нежного белого лица, похожие на бутоны соски и длинные, длинные ноги. Это видение преследовало его весь день.
2
Сьюзен тоже все время думала о нем и едва слушала осматривавшего ее врача.
– Вы перестали набирать вес, – вздохнул врач. – И даже сбросили пару килограммов. А все шло так хорошо… – Его тихий голос звучал печально.
Пытается пробудить во мне чувство вины, подумала Сью. И это ему часто удается! Доктор Джоберти – тонкий знаток человеческой души.
– Приступ случился ни с того ни с сего, – выдавила она из себя, чувствуя себя отвратительно и понимая, что выглядит еще ужаснее. Ей показалось, что она вспомнила отвращение во взгляде Ричарда Харриса, и от этого ей стало совсем плохо. Он был последним человеком на земле, перед которым она согласилась бы предстать в столь жалком виде. Глядеть в его глаза было для нее невыносимой мукой. Когда она его увидела, то решила, что у нее просто-напросто разыгралось воображение, а поняв, что воображение здесь ни при чем, была потрясена до глубины души.
– Ни с того ни с сего? – переспросил доктор, недоверчиво качая головой. – Сьюзен, ради всего святого, это же неправда!
Она беспомощно посмотрела на него.
– Вы правы! Но что же мне было делать? Когда я узнала, что потеряла работу, то пришла в ужас. Очутившись дома, почувствовала невыносимый голод и начала есть все подряд, и…
– Это вызвало приступ, – кивнул доктор Джоберти. – Ваша болезнь очень коварна. Вы чувствуете себя несчастной, у вас возникает потребность в пище, вы начинаете есть и не можете остановиться, но, боясь испортить фигуру, вызываете у себя рвоту. И попадаете в замкнутый круг. Единственный выход из него – понять, почему с вами такое происходит. И остановиться, как только почувствуете, что начинаете терять над собой контроль, выйти на свежий воздух, отправиться в кино, позвонить друзьям, сходить к кому-нибудь в гости, то есть любым способом отвлечь себя от печальных мыслей и от еды.
– Весь этот год я старалась вести себя именно так; у меня уже давно не было приступов. Я держала себя в руках и даже поправилась.
– Вам это просто необходимо, – быстро отозвался доктор. – Только не надо опять говорить, что вы толстая! Вы знаете, что это еще один фактор, вызывающий у вас приступы. На самом деле вы слишком худы для своего роста.
Он заметил, что на ее лице мелькнуло выражение недоверия.
– Послушайте меня, страдающие булимией не верят своему отражению в зеркале. Вернее, они видят там не то, что есть на самом деле, и не прислушиваются к словам других людей. Это превращается у них почти что в манию, они глубоко страдают и нуждаются в любви и поддержке окружающих. Сьюзи, Сьюзи! – Доктор покачал головой. – Моя жена очень привлекательная, стройная женщина, просто красавица, а из нее можно сделать двух таких худышек, как вы!
Сью рассмеялась, мышцы ее лица немного расслабились.
– Хорошо, что она не слышит, – ваши слова ей вряд ли бы польстили!
В глазах врача появились озорные искорки.
– Еще как бы польстили. Люди моей национальности не так высоко ценят худобу, как англичане. Мне нравится, когда у женщины круглые бедра и груди как арбузы. Я не желаю ложиться в постель с бесполым существом – не то девушкой, не то мальчиком. Это меня не возбуждает. – Он улыбнулся. – Простите меня, Сьюзи, но я не смогу считать вас красавицей, пока вы не пополнеете.
Она хихикнула, но тут же вновь помрачнела и уныло проговорила:
– Но я же модель, доктор. Я должна оставаться худой, иначе потеряю работу. На фотографиях люди кажутся гораздо толще, чем в жизни. Вот почему «Голд лайн» не возобновила со мной контракт – они решили, что я слишком поправилась.
Доктор нахмурился.
– Значит, они очень глупые люди. Сейчас вы выглядите гораздо лучше, чем год назад.
– Скажите это в рекламном отделе фирмы, – горько отозвалась Сьюзен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
