- Ну хорошо, - сказал он, решив не удивляться. - А я, собственно, тут при чем?
Профессор подтянул к себе один из фолиантов, лежащих в куче бумаг и папок на столе, и стал его перелистывать, при этом бормоча:
- Понимаете, Курт... да где же это?.. мы очень тщательно производим отбор в группу, которая отправится за талисманом... Нам не хватало только одного человека... а, вот!.. Посмотрите...
Он открыл какую-то страницу и пододвинул фолиант к Ивану. Тот взглянул.
Да, это была бумага... хоть и какая-то необычная. Странный шрифт... ничего не понять - что за язык, интересно?..
- Ничего не понимаю, - сказал Иван. - Что это такое?
- Это тот самый текст, - терпеливо сказал профессор.
- Ну и что?..
- Вы на картинку посмотрите...
Иван посмотрел.
Картинка, похожая на миниатюру из средневековых рукописей, изображала всадника в рыцарских доспехах, но без шлема и меча, на вороном коне. Белые длинные волосы всадника развевались по ветру, на лице, обращенном к зрителю, застыло холодное и даже несколько жестокое выражение, взгляд синих глаз был совсем уж ледяной. Здоровенный детина не вызывал приязни.
Иван пожал плечами.
-Ну и...
Он осекся.
- Это тот, без кого нам не обойтись, - сказал профессор. - Посмотрите - у него даже шрамик... такой же...
Иван машинально потрогал веко. Действительно...
- Кстати, на последних фотографиях у вас этого шрама нет, - подал голос Кляйн. - Видимо, он появился у вас недавно, так?
-Да нет, - механически произнес Иван, - это...
Он умолк и посмотрел на немцев.
Профессор ласково кивал, Кляйн вид имел торжественный.
- Вы это... серьезно?..
-Да, - решительно сказал Кляйн. - Мы... всего нас будет двенадцать... отправляемся в прошлое.
- И когда же? - безнадежно спросил Иван. Кляйн посмотрел на часы.
-Да вот... уже через час. Все готово.
- Однако у вас... быстро.
- А чего ждать? - спросил Кляйн и поднялся. - Отечество в опасности.
- Действительно, - поддержал его профессор. - Чего ждать? Переоденемся вот, сандалии только наденем - и вперед.
Иван посмотрел на него, однако фон Кугельсдорф не шутил.
- А когда мы вернемся? - спросил Иван.
- Когда соберем весь талисман, - ответил профессор и тоже поднялся. - Наша машина, так сказать, времени... хотя она на машину вовсе даже и не похожа... так вот, она запрограммирована следующим образом: как только кто-то из нас прикоснется к части талисмана, все... кроме мертвых конечно... отправляются в следующий пункт по программе - и так далее...
- А талисман куда денется? - спросил Иван, вставая со стула. -С собой его будем таскать, или он сюда переносится?
- Видите ли... - в затруднении начал профессор. - По всем нашим расчетам часть талисмана, пока не собраны все эти части, должна повиснуть в пустоте, в абсолютном вакууме, хотя это состояние и не совсем вакуум... впрочем, я вам не буду морочить голову рассказами об эфирном ветре и реликтовом излучении. Так вот, только потом, когда уже все будет сделано, талисман целиком вернется вместе с нами сюда.
- И насколько вы уверены в успехе? - поинтересовался Иван.
- Совершенно, - решительно сказал оберштурмбаннфюрер. - Солдаты фюрера не могут потерпеть поражения в решительной битве!
У Ивана были сильные сомнения и по этому поводу, и по всем остальным, однако он счел за благо промолчать.
- Пойдемте же, - поторопил профессор. - Нам скоро отправляться.
Они вышли в коридор.
Запрограммирована, думал Иван, шагая вслед за немцами. Слова-то какие... машина времени... Я вам покажу...
- Вы что-то сказали? -- внезапно обернулся профессор. Иван даже растерялся.
-Нет...
- Это хорошо, - произнес профессор, и черная мерзкая пустота его глазами снова посмотрела на Ивана, заставляя кружиться голову.
Иван стиснул зубы, но глаз не отвел. Профессор приятно улыбнулся, и пустота на время отступила.
Ох не прост был этот профессор с дурацким именем, ох не прост...
Через какое-то время они оказались в непонятном полутемном помещении; где было жарко, сухо и пахло почему-то канифолью. Они переоделись: какие-то льняные грубые тряпки - как пояснил профессор, "куттоноты", - корявые сандалии, и все. Иван равнодушно глянул на девятерых незнакомцев из спецотряда СС - ничего мужики, крепкие, были даже и почти с него ростом, а это все-таки метр девяносто: однако Иван смотрел на них спокойно, понимая, что каждого из этих бойцов он может удавить хоть голыми руками, и непременно сделает это, когда понадобится. Он - солдат, а они - его враги: поэтому они обречены,
Внезапно он почувствовал предательскую слабость; багровая муть подступила со всех сторон, в ушах застучали веселые молоточки: негромко, мерно, не спеша. Все вокруг закружилось; молоточки застучали громче, откуда-то возникший звон заполнял все кругом, становясь нестерпимым и невыносимым. Какие-то огни метались в белой пляске перед глазами, все убыстряя и убыстряя свой танец. Иван чувствовал, что валится в небытие - раздирая миры и пространства, - по ту сторону сознания: он попытался вдохнуть ледяной воздух - грудь распороли огненным мечом; потолок приближался, грозя придавить и больше уже никогда и никуда не отпускать: Иван из последних сил хотел крикнуть - и провалился в грохочущее никуда...
Когда расступилась мгла, окутавшая все вокруг, пылью и дымом заслонившая весь мир, на секунду заменившая собою под ногами остатки земной тверди, Иван, чувствуя, как нестерпимо скоро бьется его сердце, увидал жаркое синее небо, лениво плывущих в вышине коршунов, выжженную равнину и город, стены которого, сложенные из белого грубого камня, виднелись вдали.
- Иерихон, - услышал он странно низкий голос профессора. - Вот он, великий город Иерихон.
Иван посмотрел на Кугельсдорфа. Лицо профессора без очков казалось странно изменившимся и совсем незнакомым. Сжав губы и сузив глаза, он смотрел в даль.
Иван посмотрел на остальных. Все стояли, вытянув шеи, и неотрывно глядели туда, где за мутной рекой, неспешно несшей свои воды к недалекому морю, находился город, прах которого был давно сметен с лица земли и от которого остались лишь слова, сказанные о нем...
Иван судорожно вдохнул сухой, нестерпимо чистый воздух. Он остро чувствовал свою чужеродность в этом словно бы придуманном, полуреальном мире. Или наоборот - они были нереальны здесь, двенадцать пришельцев из другого века... из другого даже мира, как вдруг подумал Иван, внезапно ощутив резкое, как порыв ледяного ветра, осознание мистического вторжения в ткань бытия здешней Вселенной... горсточка чужаков, пришедших издалека, явившихся сюда с сугубо корыстными целями.
- Так что же, профессор, - раздался холодный голос Кляйна. - Все прошло удачно? Мы попали туда, куда нам было нужно?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
