не приехала, но у нас есть общие друзья, теперь, когда Дейзи и Джордан встречаются, поэтому становится трудно предсказать, когда мы можем встретиться друг с другом в эти дни… Плюс вся эта проблема с соседями. В Университете Вэлли обучается более сорока тысяч человек, но он единственный, с кем я, кажется, сталкиваюсь повсюду, куда бы я ни пошла.
С тех пор, как между нами все закончилось, Гэвин встречался со множеством девушек. «Свидание», возможно, слишком сильное слово, но недостатка в девушках, стоящих в очереди, чтобы составить ему компанию, не было.
Он капитан баскетбольной команды национального рейтинга университета Вэлли, на которого, к сожалению, совсем не сложно смотреть, и он может быть в некотором роде очаровательным, когда хочет.
— А ты? Ты с кем-нибудь встречаешься? — Он постукивает мизинцем по бедру.
— Нет, не сейчас. — После него, вообще-то, нет. Не потому, что я тайно тоскую по нему или что-то в этом роде. Читайте: Гэвин худший. В универе мне тяжело, поэтому последние два семестра мне пришлось усердно учиться, чтобы поддерживать хорошие оценки.
После поездки на лифте мы вместе идем в сувенирный магазин, а затем расходимся внутри. Я покупаю два фунта ириски разных вкусов, затем выношу сумку и сажусь на обочину, чтобы попробовать ее. Я откусываю кусочек шоколада и счастливо стону. Он тает на моем языке и прогоняет часть моего утреннего раздражения.
— Итак, Дженкинс и Тейлор хотят прогуляться в какое-нибудь живописное место.
Я подпрыгиваю от голоса Гэвина; он скрытный для такого высокого парня.
— Хорошо. — Я начинаю собирать свои вещи и вставать, но Гэвин качает головой.
— Они хотят пойти одни.
Мои плечи опускаются. — Ну, это не очень-то по-дружески.
— Это их первая совместная поездка, — говорит он, как если бы это он привез сюда девушку, ему тоже хотелось бы проводить каждую минуту в одиночестве. Это заставляет меня задуматься, каково было бы прийти сюда с ним, когда мы «как угодно».
— Мы должны ждать их здесь или…
Он пожимает плечами. — Мы могли бы пойти назад или взять еды, все, что ты хочешь.
Чего я хочу, так это не проводить больше времени наедине с Гэвином. Это слишком странно. Даже если он не самый худший, я знаю, в глубине души он худший.
Я протягиваю ириску как мирное предложение. Нравится ему это или нет, но я застряла с ним еще немного.
По просьбе желудка я предпочитаю поесть, прежде чем мы отправимся обратно в лагерь. Ресторан переполнен, и нас усаживают в бар. Две девушки, возможно, студентки Вэлли, хотя я их не узнаю, сидят напротив Гэвина.
Я вижу, как они смотрят на нас, пытаясь решить, одинок он или занят. В какой-то момент они должно быть решили, что с ним честная игра, или им просто все равно, потому что они начинают с ним разговаривать.
Я съедаю гамбургер и картошку фри, пока Гэвин ест еду и заводит новых друзей. Это слишком громко, и я слишком голодна, чтобы попытаться подслушать, но я прекрасно читаю язык тела. Самая близкая к нему девушка улыбается ему так, словно он — лучшее, что есть со времен кашемира. Почему все относятся к спортсменам так, будто они — Божий дар Вселенной?
Мы вчетвером платим за еду одновременно. Теперь, когда я наелась, я готова вернуться в лагерь и проверить, как там Дейзи, а затем вздремнуть в гамаке, который Лиам установил позади своей и Коула палатки.
Слова «Мы тоже» привлекают мое внимание, и я поднимаю взгляд и вижу, что Гэвин смотрит на меня взглядом, который можно описать только как обеспокоенный.
— О боже! — восклицает девушка. — Какова вероятность того, что мы остановились в одном лагере?
На горе Локен не так уж много кемпингов, так что я бы сказала, что шансы хорошие, но держу рот на замке, пока мы вчетвером спускаемся с горы. Я использую всю свою новую пищевую энергию (и скорость спуска), чтобы оставаться впереди них. Предоставьте Гэвину забрать двух девушек за обедом, пока он будет есть со мной.
Где-то на полпути мне пришлось сбавить скорость. Мои ноги убивают меня. Гэвин идет рядом со мной. — Ты в порядке?
— Отлично. — Я снова ускоряю темп.
— Господи, ты быстрая, когда злишься.
— Как ты можешь сказать, что я злюсь?
— Я просто могу, но почему ты злишься?
— Я не… — Я раздражена и устала, и мне просто хочется побыть одной.
— Я не мог сказать им «нет», они не могут вернуться с нами, — шепчет он.
— Все в порядке, Гэвин.
— Насчет вчерашнего вечера, — начинает он.
— О боже, снова? — Я останавливаюсь и смотрю на него. — Я понимаю. Ты парень, и ты ничего не мог с этим поделать. Я думаю, что ты худший. Ты думаешь, что я худшая. Твой член просто не получил записку.
Его рот закрывается, а челюсть сгибается. — Ага. Верно. Ты худшая.
Ненавижу признавать, что мне немного больно слышать, как он говорит это вслух, даже если я уже знаю, что он чувствует.
— Давай просто вернемся в лагерь и разойдемся. Я — вздремнуть, а ты — делать с этими двумя девушками все, что захочешь.
— Понял, — отрезал он.
Мы спускаемся обратно почти вдвое быстрее, чем нам потребовалось, чтобы подняться на гору.
— Пойдем с нами, — умоляют девушки Гэвина, когда приходит время разойтись.
— Да, — соглашается он. Его тон игривый и веселый. Он смотрит прямо на меня и говорит: — Звучит веселее, чем возвращаться в свою палатку.
Я не жду, чтобы посмотреть. С небольшой волной я направляюсь прямо к своей палатке. Или к палатке Гэвина. Что угодно.
5
ГЭВИН
“Ты худшая?!” Я слышу, как повторяю это снова и снова в своей голове. Боже, что за херню сказал.
Конечно, я просто повторял ее слова, но она заслужила право говорить мне гадости.
Рядом с Вайолет раскрывается какая-то первобытная, варварская сторона меня. Я хочу ее, но, поскольку я
