особенно когда ты — нематериальное сознание, парящее в непонятном цифровом пространстве, а твое тело тем временем везут на кладбище в гробике, чтобы сбросить в общую яму. Впрочем, жаловаться было грех. Я был жив. Вернее, мне дали возможность снова стать живым.
— Что теперь? — спросил я, глядя на идеальное лицо Вежи. — Когда я вернусь? И куда? В ту самую телегу?
Образ Вежи начал подергиваться легкой рябью, терять четкость. Ее фигура становилась полупрозрачной, таяла в окружающем белом свете.
— Процесс регенерации физической оболочки близится к завершению, носитель, — голос ее тоже стал тише. — Критические повреждения устранены. Базовые жизненные функции восстановлены. Синхронизация сознания с телом начнется через несколько стандартных секунд.
Она почти растворилась, превратилась в легкий светящийся силуэт. Кокошник и сарафан исчезли первыми.
— Твое возвращение произойдет в текущей точке нахождения физической оболочки, — донесся последний обрывок ее фразы. — Дальнейшее… зависит только от тебя. Удачи, носитель Крюков.
И она исчезла. Белое пространство Хранилища осталось пустым. Свет померк, стал тусклым, серым. Ощущение бесплотности, легкости начало уходить. Возвращалась тяжесть. Будто на меня медленно наваливалась невидимая плита.
Я снова почувствовал свое тело. Оно было тяжелым и неповоротливым. Но оно было. Я ощутил руки, ноги, туловище. Пошевелил пальцами — получилось. Сжал кулаки. Есть контакт.
Вернулась и боль. Не адская, разрывающая агония на виселице, а тупая, ноющая, сосредоточенная в области шеи и затылка. Видимо, регенерация хоть и была чудесной, но не мгновенной и не безболезненной. Позвонки срослись, нервы восстановились, но тканям еще нужно было время, чтобы прийти в норму. Шея ощущалась жесткой, деревянной, поворачивать голову было больно.
И еще одно ощущение. Очень сильная теснота. Со всех сторон что-то давило, ограничивало движения. Я попытался раскинуть руки — не вышло. Локти уперлись во что-то твердое и шершавое. Попробовал поднять колени — то же самое. Пространства было минимум.
Где я? В телеге? Вряд ли. Там было бы больше места, и я чувствовал бы качку, скрип колес. А здесь — полная неподвижность и тишина. Внешняя тишина. Воздух был странным — спертым, тяжелым, с каким-то неприятным привкусом.
Я попытался сесть. Не тут-то было. Голова почти сразу уперлась во что-то твердое над собой. Я вытянул руку вверх, нащупал поверхность. Доски. Грубые, неструганые, со щелями. Провел рукой в сторону — снова доски. И с другой стороны — тоже. И под спиной. Я лежал в каком-то узком деревянном ящике.
Запах ударил в нос с новой силой, когда я попытался вдохнуть глубже. Запах сырой, холодной земли. Прелого дерева и тления.
Мозг отказывался принимать очевидное. Не может быть. Губернатор же приказал сбросить в общую яму. Зачем ящик?
Я провел рукой по доскам над головой. Крышка. Плотно пригнанная, судя по ощущениям. Ни щелей, ни света. Абсолютная, непроглядная тьма. Такая же, как была в Хранилище перед появлением Вежи, но теперь она была не бесплотной, а давящей, материальной. Она заполняла этот ящик, проникала в легкие вместе со спертым воздухом.
Я вспомнил слова Вежи: «Твое возвращение произойдет в текущей точке нахождения физической оболочки». Телега уже доехала. Меня успели похоронить. Закопать. В этом самом дешевом, наспех сколоченном гробу.
Захотелось закричать, забиться, выломать эту проклятую крышку. Но я заставил себя сдержаться. Кричать бесполезно — кто услышит меня под слоем земли? Тратить силы на бессмысленную борьбу — глупо. Воздуха здесь и так немного.
Нужно думать. Спокойно. Рационально.
Я жив. Регенерация сработала. Шея болела, но голова была на плечах, и она соображала. Руки и ноги двигались. Веревок на руках не было — их, видимо, сняли перед тем, как запихнуть меня в этот ящик. Значит, я могу действовать.
Первым делом — глаза. Я зажмурился изо всех сил, а потом резко открыл их. Ничего не изменилось. Та же абсолютная, непроницаемая темнота. Ни единого лучика света.
Я действительно под землей. В гробу. На кладбище Барбадоса. Живой.
Вот тебе и второй шанс, доктор Крюков. Подарок от Вежи. Воскрешение с доставкой прямо в могилу. Теперь задача номер один — выбраться из этой деревянной коробки и из-под слоя земли над ней. И сделать это нужно пока не кончился воздух.
Глава 3
Первой реакцией был шок. Осознание того, где я нахожусь, пришло не сразу, а волнами. Гроб. Могила. Запах земли.
Стоп. Спокойно. Дыши. Медленно. Глубоко.
Я заставил себя унять дрожь, прислушаться к собственному телу, к разуму.
Воздуха в этом ящике было мало. На сколько его хватит? Час? Два? Зависит от того, насколько глубоко меня закопали и насколько плотно прилегает крышка. Судя по спертому воздуху и полному отсутствию света, ящик был сколочен довольно плотно, а слой земли надо мной был приличным. Времени в обрез.
Нужно выбираться. Но как?
Я осторожно, экономя движения, ощупал крышку над собой. Доски были толстыми, крепкими. Никаких щелей, сквозь которые можно было бы просунуть пальцы или попытаться расшатать крепления. Я надавил плечом — бесполезно. Дерево даже не скрипнуло. Гроб был дешевым, но сделанным на совесть — или, наоборот, так небрежно, что доски прилегали друг к другу без зазоров.
Попробовал прощупать стенки по бокам. То же самое. Крепкое дерево. Никаких шансов проломить его голыми руками. Бесполезно, щели были слишком малы. Царапать дерево? Это займет вечность, а воздуха столько не было.
Отчаяние начало подкрадываться липкими щупальцами. Неужели все? Воскреснуть благодаря чуду технологий Вежи, разгадать подсказку Дрейка на пороге смерти — и так глупо закончить свои дни, задохнувшись в деревянном ящике под землей? Злая насмешка судьбы.
Я замер, прислушиваясь к внешнему миру. Полная тишина. Только отдаленный, едва различимый гул крови в ушах. И тихий шорох — может, земля оседает, или черви делают свою работу. Мысль была неприятной.
И тут я услышал сначала очень тихо, почти на грани слуха. Глухой, прерывистый звук. Словно кто-то скребется. Или копает. Я напряг слух, затаил дыхание. Звук повторился. Теперь отчетливее.
Тук… скрежет… тук… шорох.
Кто-то был там, наверху. Кто-то копал землю прямо над моей могилой.
Сердце снова забилось чаще. Спасение? Неужели кто-то пришел за мной? Но кто?
Морган? Маловероятно. Он увел корабль, он прагматик, он не стал бы рисковать всем ради такой авантюры. Филипп и Марго? Смогли бы они так быстро что-то организовать? Найти лопаты, пробраться на кладбище незамеченными, найти мою свежую могилу в темноте? Сомнительно.
Может, это грабители могил? Охотники за одеждой или ценностями, которые могли остаться на покойнике? На
