Читаем без скачивания Опасное желание - Кара Эллиот

В одной из них он без труда узнал тетушку Софи, Гермиону Хиллхаус. За прошедшие годы она слегка поседела и пополнела, но ее улыбка осталась такой же добродушной. За Гермионой следовала высокая стройная юная леди с шелковистыми кудрями цвета червонного золота, выбивавшимися из-под шляпки.

– Осторожно, Джорджи, – проговорила Гермиона, – булыжная мостовая очень неровная, ты можешь подвернуть ногу.

Неужели это была Джорджиана? Камерон знал ее в детстве, она была приветливой пухлой девочкой с вечной кляксой на кончике носа. «Да, все мы изменились за эти годы, – подумал Камерон, – и порой не в лучшую сторону».

Однако к Софи это не относилось. За прошедшие годы она только похорошела. У Камерона перехватило дыхание, когда он увидел ее. Прошлой ночью густая вуаль скрывала лицо Софи, и Камерон не мог разглядеть его. Но теперь яркое полуденное солнце освещало ее безукоризненный профиль.

Софи рассмеялась над тем, что сказала тетя, и у Камерона стеснило грудь.

Чувствуя легкое головокружение, он стал пробираться сквозь толпу, не обращая внимания на ее многоголосый хор. Свет для него как будто померк и весь мир сфокусировался в одной точке: Камерон видел только Софи, которая медленно повернулась и вошла в ателье.

Как только дверь за ней захлопнулась, Камерон вышел из странного оцепенения и обнаружил, что стоит, прислонившись к декоративным перилам, огораживавшим витрину магазина замшевых перчаток. «Держи себя в руках», – приказал он себе и отвернулся от витрины, в которой были выложены перчатки всех цветов, фасонов и размеров.

Камерон знал, ему следует немедленно отправиться в Боксерский зал Джексона. Лучшего прибежища от тоски и душевной боли для него не было. Отчаянно, до седьмого пота, колотя кожаную грушу, Камерон мог забыть обо всем на свете.

Но к ужасу Камерона, ноги не слушались его. Они сами понесли его к арке у окна модной мастерской, в котором были выставлены образцы украшенных искусственными ягодами шляпок и тюрбанов с плюмажем.

«Постою одну минутку и уйду», – пообещал он себе, заглядывая внутрь.

Джорджиана примеряла легкомысленную соломенную шляпку, украшенную крохотными красными ягодами, а Софи, наблюдая за ней с улыбкой, качала головой. Затем Джорджиана надела более классический головной убор кремово-абрикосовых тонов…

Джорджиана, нахмурившись, пыталась распутать ленты очередной шляпки.

– Почему вон тот джентльмен пялится на нас? – раздраженно спросила она.

– Где ты его увидела?

Софи оторвала глаза от журнала с образцами головных уборов.

– Вон там, за окном.

Софи взглянула в сторону окна и увидела темный силуэт мужчины, который тут же проворно отпрянул в сторону. Она поспешила к застекленной двери, но увидела лишь спину незнакомца в шляпе с высокой тульей. Он быстро исчез в толпе.

– Как странно, – проговорила Джорджиана.

– Действительно странно, – согласилась Софи, все еще глядя сквозь застекленную филенку двери на улицу.

Странными были и ее ощущения. Мурашки бежали у нее по спине от каких-то смутных предчувствий. Ее богатое воображение не на шутку разыгралось, и она ругала себя за это. Мало ли в Лондоне шляп с широкими полями и высокой тульей, перетянутой черной лентой!

Да, но много ли прохожих, лихо заламывающих поля по бокам?

Отогнав беспокойные мысли, Софи погрузилась в изучение ассортимента лент.

– О, тетушка, вы только взгляните на это! – воскликнула Джорджиана, извлекая из круглой коробки очередную шляпку. – Что за прелесть! Она прекрасно подойдет к новому платью Софи цвета индиго!

– Ты права, дорогая, – согласилась с ней Гермиона.

– Умоляю вас, прекратите, я не ношу столь экстравагантных вещей, – вмешалась Софи, скорчив недовольную мину. Ей не нравилось, что для нее заказали два новых платья. – Вспомните изречение: из свиного уха не сошьешь шелковый кошелек. Вы слишком щедры по отношению ко мне.

– Чепуха! Мне доставляет огромное удовольствие делать вам подарки, дорогая моя, – заявила Гермиона. – Не лишай меня этой радости.

Гермиона была младшей сестрой их матери, поздним ребенком в семье. Она и ее муж тактично старались восполнить нехватку денег в доме их отца, сельского священника, который зарабатывал очень мало. Тетя и дядя могли позволить себе делать дорогие подарки племянницам, но Софи не хотела злоупотреблять их добротой.

Что касается шляпки, то она действительно была великолепной.

– Спасибо, но мне не нужен этот головной убор… – проговорила Софи.

Однако Джорджиана не желала слушать никаких возражений.

– Мы берем эту шляпку, – решительно заявила она, передавая коробку приказчику.

– И вот эту тоже, – сказала Гермиона. – Эта милая датская шляпка великолепно дополнит твое новое муслиновое платье для прогулок. А вот для амазонки нам еще предстоит подобрать головной убор в военном стиле, что-нибудь вроде кивера.

К тому времени, когда дамы завершили свой поход по магазинам Бонд-стрит, экипаж был завален коробками и свертками.

– Какая чудесная прогулка, – сказала Гермиона, обмахиваясь веером. – Хотя признаюсь, вся эта беготня по магазинам, выбор фасонов и тканей забирает массу энергии. Может быть, заедем подкрепиться в чайную Гантера?

Джорджиана была без ума от мороженого с клубникой, которое подавали в этой знаменитой чайной, поэтому она сразу же согласилась.

– Давайте пройдемся пешком, – предложила она. – Отсюда совсем близко до Беркли-сквер. По дороге будем разглядывать витрины модных магазинов.

Софи молча покорилась воле сестры и тети. Она шагала рядом с ними, погрузившись в свои мысли. «Ну почему меня мучает странное чувство дежа-вю? – спрашивала она себя, не в силах отделаться от мыслей о Пирате и воспоминаний о прошлом. – Нельзя оглядываться назад, надо смотреть только вперед».

Она ускорила шаг, слыша, как шуршат при ходьбе ее юбки. Однако, как она ни старалась, странные предчувствия не покидали ее.

В витрине следующего магазина были выставлены сверкавшие на солнце кольца и ожерелья. Драгоценные камни – рубины, изумруды, сапфиры – переливались всеми цветами радуги. Дамы остановились у витрины, и тут Софи показалось, что в стекле отразилась мужская фигура с блеснувшей в ухе золотой серьгой.

Она резко повернулась, однако неуловимый незнакомец – или его призрак – снова исчез в толпе. Софи успела разглядеть лишь пестрый галстук.

– Тебе нездоровится, Софи? – озабоченно спросила Джорджиана, коснувшись рукава сестры. – Ты очень бледная.

– Я просто устала.

Джорджиана внимательно взглянула на Софи.

– Ты легла очень поздно и не выспалась. Сегодня ложись пораньше, а завтра мы поедем в Воксхолл и хорошенько развлечемся. Это будет настоящим приключением.

– Меньше всего на свете мне сейчас нужны приключения, – пробормотала Софи.

– И ты говоришь это, хотя твоя жизнь в последние годы была ужасно скучной и неинтересной. – Джорджиана взглянула на платье сестры, сшитое из шерсти землистого цвета, и поморщилась. – Пора тебе добавить в жизнь ярких красок и пряных ароматов.

Глава 3

Это место было наполнено и яркими красками, и пряными ароматами. Воксхолл, просторный сад удовольствий, сильно отличался от деревушки Террингтон. Софи с изумлением глядела поверх бокала с красным вином на эспланаду, заполненную нарядно одетой публикой. Струйка отдыхающих втекала в сад с набережной реки. Просто одетые продавщицы и приказчики соседствовали здесь с аристократами в дорогих шелках. Разношерстная толпа смеялась и веселилась, отпуская шутки на всех диалектах.

– О, это просто великолепно! – восклицала Джорджиана, перегнувшись через перила ложи. Она не хотела упустить ни одной подробности, внимательно всматриваясь в окружавшую обстановку. – Я опишу все это Энтони в следующем письме.

Гермиона добродушно улыбнулась:

– Я уверена, после свадьбы вы как-нибудь приедете сюда вдвоем.

– Да, и вам не нужно будет прятаться в кустах, чтобы поцеловаться украдкой, – добавил дядюшка. Его глаза озорно поблескивали. – Женатым людям позволено проявлять сдержанные ласки на людях.

– Но заниматься чем-нибудь предосудительным – это так приятно щекочет нервы, – заявила Джорджиана.

Софи подняла бровь.

– О нет, нет, – поспешила заверить ее сестра, – сама я никогда не занималась ничем подобным. – Я… я просто слышала, что это волнует.

– Не надо верить всему, что говорят, – с напускной строгостью сказала Софи.

Джорджиана вспыхнула до корней волос и откинулась на спинку кресла.