Спрятавшись в тени тополей, что плотным кольцом окружали широкое, неправильной формы озеро, я невидящим взглядом смотрела вдаль. Произошедшие события заставили пошатнутся привычный, устоявшийся за три года обучения в академии, мир. Рядом копошилась в траве непоседливая Лара.
Мысли клубком паутины скользили по границе сознания, опутывали чувства и воспоминания. Что же ты делаешь Зиг? Что ты со мной делаешь? Как теперь разобраться в том, что происходит вокруг? Как понять, какие именно чувства надиктовала мне жалость? Или это была всего лишь волна ощущений, что накрыла меня по связующему нас каналу? Как распознать, где таиться правда, а где сокрыта ложь? Как вырваться из зыбкой иллюзии реальности? Почему именно ты? Почему именно так?
— Не хмурься сестрёнка, — внезапно послышался голос рядом.
Я вздрогнула, обернувшись. Рядом, словно призрак, из ниоткуда, появился Ишиар Гиран, адепт четвёртого курса прорицателей. Повелитель судеб, обладатель редкого дара, которого все боятся. А мне он всегда казался таким печальным, таким одиноким. Красивые черты лица, всегда омрачённые печатью грусти. Меня всегда неосознанно тянуло к этому парню, хоть я боялась признаться в этом даже самой себе.
Сглотнув возникший внезапно ком в горле, неотрывно глядя на Ишиара, я стала медленно подниматься на ноги.
— Ты всегда слишком пристально за мной наблюдала, — печально улыбнулся парень. — Приходиться теперь за тобой присматривать.
— Что? — не поняла я.
— Всё будет хорошо, — твёрдо сказал прорицатель. — Все это. Оно поможет тебе сделать правильный выбор. А теперь иди. Тебя ждут.
— Кто? — выдохнула я.
— Увидишь, — улыбнулся Ишиар.
И я кивнула, как будто поняла хоть что-то из той белиберды, что он мне тут наговорил. Я покорно пошла прочь, а когда вышла из тени тополей, тут же набрела на наставника и Зигара, что шли в сторону полигона. Скользя сначала по скользкой траве, потом по каменной тропе, я вышла прямо к ним.
— Ты вовремя, — сказал наставник, окидывая меня тревожным взглядом. — Я хотел уже отправить тебе магический зов.
— Что происходит? — хрипло спросила я, глядя на Зигара. Но он старательно отводил взгляд.
— Собрано достаточно данных, — поджал бледные губы Мистак Рошар, вновь возобновляя движение в сторону полигона. — Мне, как вашему наставнику и сильному менталисту, доверили разрушить вашу связь.
— Но я…
Голосовые связки отказались повиноваться. Воздух застыл в лёгких. Тело охватила дрожь. Мысли спутались. Я не знала что делать, что думать. Мне дали слишком мало времени. Я не успела разобраться в себе. Не успела принять чёткое, твёрдое решение.
Бесконечный день стремительно перетекал в вечерние сумерки. Жара схлынула. Вечер дарил окружающим свою благословенную прохладу. Вскоре и корпуса, и озеро остались позади. Полигон построили далеко от места постоянной дислокации адептов и преподавателей. Уж слишком неохота им было постоянно носить на себе защиту.
Обычным зрением полигон виделся, как пустая, усыпанная песком, широкая площадка. А вот если перейти на магическое зрение, по её краю можно было заметить мощнейшую защиту.
— Работаем в триаде, — сухо сказал наставник, выходя в центр площадки, окруженной с трёх сторон густым лесом. Хватая меня и Зига за руку.
— Но я, — вновь хрипло сказала я, но Зиг качнул головой и взял меня за руку, замыкая круг.
Над миром нависли тени. Они заплясали вокруг, гипнотизируя сознание. Они расслабляли, делали духовную защиту уязвимой и слабой. В триаде нельзя солгать. В триаде все чувства на поверхности. От того так сильно мы связаны. От того так хорошо понимаем друг друга. Наши сознания сливались, мягко перетекая друг в друга. Привычные действия делали мысли вальяжными, неторопливыми.
Но вдруг всё изменилось.
Грубая, злобная воля стала рвать, кромсать ментальный мир. Заставляя мерно пляшущие тени уплотняться. Сознание стало тонуть в темноте, погружалось в пучины мрака. Мой барьер дрожал, стонал, вибрировал. Он держался из последних сил.
— Нет, — разнёсся на границе сознания шепот Зигара. Он скользнул по нити, связывающей нас. Он обнял мое сознание своим теплом. Он унял боль, помогая латать трещины в барьере. Разрывая и собирая сознание вновь. Безнадёжно проигрывая в этой подлой, неравной схватке.
И вот, когда наше сопротивление было уже почти сломлено, в отупевшем от боли сознании вспыхнули образы. Текучие, иногда манерные, иногда стремительные, словно порыв ветра. Они потекли тихим ручейком воспоминаний.
Тройка шибутных адептов менталистов. Родители Зига и Мистак Рошар. Совсем молодые, со светлыми лицами, всё ещё хранящими в себе задорный отпечаток бесшабашной юности. Они весело над чем-то смеялись. Таки вертел в руках указку, явно приватизированную у ректора.
Калейдоскоп ярких, овеянных теплом, наполненных чистой радостью событий. Скучные лекции. Задорные вечеринки.
А вот и призыв фамильяра. Чёрный дракон, что свалился с неба, притащив за собой всю свою стаю. Потрясение, что застыло на лицах родителей Зигара. Тягучий, чуть испуганный взгляд.
А дальше… Неразбериха. Растерянность. Страх. Острое желание помочь. Череда магических экспериментов, чтобы разорвать эту странную связь.
И вот те, кто был ближе братьев и сестёр. Ближе любых друзей, любых родственников. Они отдаляются. Они перестают тебя понимать. Связь, что прочно сковала когда-то три души. Она трещит по швам, рвётся, принося с собой страх. Непонимание. Тоску от невозможности постичь. От невозможности разделить их мысли и чувства. Их сменяет раздражение. Всё чаще звучат резкие, грубые слова, что помимо воли срываются с губ, впуская в душу ненависть. Как смеете вы ничего вокруг не замечать? Как смеете быть настолько счастливыми, когда мне так плохо?
— Увидел? — тихий шепот, на границе сознания. — Понял? — волна ненависти, пронизывающая сознание болью. — Ты такой же. История повторяется, — мелькающий на границе сознания истерический смех. — Жаль, я не могу убить тебя. Зато могу лишить воспоминаний.
Страх, что вязкой волной пропитал наши сознания. Качающийся, надвигающийся на нас чёрными тенями, сумрачный мир. Отсюда нет выхода. Нет сил на сопротивление. Мы были поставлены в заведомо невыгодные условия.
Внезапно в ментальное пространство из реального мира ворвался угрожающий рык, больше приличествующий саблезубому тигру. Это верная Лара, наконец, нашла свою хозяйку. Утвердившись всеми четырьмя лапами на пыльной земле, она выдохнула в сторону Мистак Рошара струю пламени, поджигая его элегантный плащ.
Триада распалась, оставив после себя острую, головную боль и слабость. Запаниковавший Мистак выбросил в пространство волну сырой силы. Она снесла меня и Лару, отшвырнув на несколько десятков метров. Малышка потеряла сознание. А я скорчилась на земле, стараясь выдохнуть застывший в груди воздух. Ничего ни замечая сквозь туман от выступивших на глазах слёз.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
