подружку?
И на этом всё. Ни слова о зерне. Ни о фураже. Ни о ремонте башни. Ни о жалобе старосты. Только бал. Роскошный, дорогой бал, который Изабелла явно устраивала для Клариссы и, вероятно, для собственного возвышения.
Я подняла глаза на Годрика. Он стоял, напряжённый, как струна, его пальцы нервно перебирали край камзола. В его взгляде читалось лихорадочное ожидание, словно если я не поставлю свою подпись, его будет ждать казнь.
Но что именно? Он ожидает моей покорности или, наоборот, взрыва, который даст ему повод жаловаться Изабелле? Ни того ни другого не будет. Числа на моей стороне.
— Интересно, мастер Годрик, — начала я, перелистывая страницу с астрономической суммой на фейерверки, которые, тоже, кстати, были заказаны через родственников Клариссы. — это и есть те самые правильные, выверенные отчёты, о которых говорила леди Изабелла? Отчёты по текущим делам замка и поместья в отсутствие герцога?
Он на мгновение опешил.
Видимо, рассчитывал, что я либо слепо подпишу, либо начну истерично спорить о зерне, что дало бы ему право обвинить меня в неподчинении и непонимании реальных приоритетов.
— Конечно, — он выдавил из себя, стараясь звучать уверенно, но в голосе зазвенела фальшь. — Леди Изабелла обозначила бал как важнейшее событие сезона. Требующее немедленного финансирования и вашего утверждения. Остальное... подождёт.
— Остальное? — Я мягко переспросила, подчёркнуто положив палец на аккуратную колонку цифр. Мои брови едва не взлетели ввысь от такого ответа. — Вы имеете в виду обеспечение гарнизона, который охраняет эти стены? Или запасы зерна, которые кормят людей в этих владениях? Или, может быть, жалобу крестьян, чьи луга потравлены? Разве герцог, уезжая, поручил мне утверждать счета на фейерверки и оркестр маркизы Д'Арси в первую очередь?
Я старалась держаться уверенно. Голос мой оставался ровным, хоть это и стоило мне титанических усилий. Но каждое слово било точно в цель. Это было видно по реакции Годрика. Каким бы невозмутимым он ни казался, а именно его Изабелла оставила вместо себя на этом поле боя.
Годрик покраснел от бессильной злобы, которая читалась в его глазах. Его пальцы сжались в кулаки.
— Вы... вы смеете подвергать сомнению решения леди Изабеллы?! — зашипел он. — Она знает, что нужно дому Ашборнов! Она...
— Она не герцогиня, — отрезала я тихо, но так, что он замолчал, будто получил пощёчину. — И герцог поручил ведение дел мне. До его возвращения. — Я закрыла папку с отчётами на балу и аккуратно отодвинула её в сторону. — Эти документы, безусловно, важны. И я их изучу. Тщательно. Проверю каждую цифру, каждую смету. Как и все документы, которые будут поступать на мой стол.
Глава 7
Годрик замер, глядя на меня. В его глазах читался страх. Только вот я не понимала, чего он больше боится: гнева Изабеллы или того, что я всё-таки докопаюсь до правды?
— Вы… вы сумасшедшая! — выдохнул он, голос сорвался на визгливую ноту. — Леди Изабелла… она вас сожрет заживо! Она вас сломает! Вы не представляете…
— Возможно, — перебила я его, не давая раздуть истерику. — Но пока что я герцогиня Ашборн. Даже если вы отказываетесь это принимать. И я потребовала документы. Оригиналы. Все. К завтрашнему утру они должны быть здесь, на этом столе. — Я указала на груду разобранных мною вчера отчетов, которые теперь лежали аккуратными стопками. — Если к рассвету их здесь не будет, я буду вынуждена написать герцогу о странных препятствиях в исполнении его прямых указаний. Думаю, он заинтересуется, почему его управляющий саботирует работу его жены.
Имя Эррона, произнесенное вслух, подействовало сильнее угрозы Изабеллы. Годрик побледнел еще больше, его губы задрожали. Страх перед холодным, безразличным, но абсолютным гневом алого демона был глубже и первобытнее.
Он кивнул, коротко, резко, не в силах вымолвить ни слова, развернулся и почти выбежал из кабинета, хлопнув дверью так, что задребезжали стекла в окне.
Тишина, наступившая после его ухода, была оглушающей. Давящей. Адреналин, подпитывавший меня последние минуты, схлынул, оставив после себя дрожь в коленях и пустоту под ложечкой.
Я опустилась в свой неудобный стул, упершись локтями в стол и закрыв лицо ладонями. Что я наделала? Я бросила открытый вызов Изабелле и ее верному псу. Теперь пути назад не было. Или победа, или полное уничтожение.
Мой взгляд упал на подоконник. Крошечный росток, мой зеленый воин, стоял там, яростно цепляясь за жизнь в каменной щели. Он казался чуть выше, листики – чуть увереннее.
Запах свежей земли, слабый, но неоспоримый, доносился от него, как глоток чистого воздуха. А в кармане книга о травах отозвалась легким, успокаивающим теплом, словно дружеское прикосновение.
Я не одна.
Это осознание придало сил. Стратегия была проста: дождаться документов и найти в них то, что Изабелла так яростно пыталась скрыть под фиктивными отчетами и роскошными балами.
Компромат. Доказательства ее реального управления. Или, скорее, разворовывания поместья в отсутствие брата.
Годрик был лишь исполнителем, пешкой. Я это чётко понимала. Ключ к победе лежал в делах самой Изабеллы.
Ожидание растянулось в вечность. Я занялась другими бумагами, которые уже находились у меня. В первую очередь приступила к изучению жалобы старосты, которая выглядела куда более насущной, чем бал Алой Розы, но мысли путались.
Каждый шорох за дверью заставлял вздрагивать. Не придет ли Изабелла сама? Не пошлет ли кого-то убедиться в моем послушании?
Но Изабелла, видимо, сочла ниже своего достоинства лично разбираться с выскочкой. Или дала Годрику шанс исправиться.
Весь день пролетел в кабинете за документами. Даже обедать пришлось здесь.
Сумерки сгустились за окном, когда дверь кабинета снова открылась. Двое крепких слуг зашли без слов, с каменными лицами, они внесли несколько тяжелых, пыльных папок и ящик, набитый свитками и кипами бумаг.
С грохотом поставили все это на пол перед моим столом, даже не взглянув на меня, и удалились.
Гора. Гора хаотичных, неразобранных, часто помятых и испачканных документов. Удивительно, что справились сегодня, а даже не к утру!
Настоящий архив текущих дел поместья Ашборн за последний год. Идеальный хаос, в котором легко спрятать любую махинацию. И могила для моей попытки все проверить за одну ночь. Это был саботаж в чистом виде.
Вот тебе оригиналы, герцогиня. Разбирайся, если сможешь»
Отчаяние снова подкатило к горлу. Я подошла к горе бумаг, тронула верхний лист. Отчет о ремонте моста, датированный полугодовой давностью.
Где логика? Где система? Это была не работа,
