Лесна ябедой и свистуном (то же самое по сути).
Когда солнечный дождь закончился, остаток пути подростки проделали без происшествий. Хищников не встретили, моры с киками тоже опушку леса обошли в этот раз стороной. После полудня здесь ходили только девчонки, посланные мамами собирать для домашней скотины лесной пятилистный клевер. Его цветы давали животным для повышения "иммунитета". Это странное слово произнес проезжающий через их деревню старик из далекого-далекого города Библиотеки, где жили только очень старые и очень умные люди. В народе же о пользе этой травы говорили просто: чтоб скотина меньше болела. Однако жизнь штука подлая, и именно в этот день Жад с Лесном нос к носу столкнулись на опушке с шляпными сестрами и таскающейся за ними хвостом непримечательной девочкой Нитой.
— О! — Злена демонстративно закрыла нос рукавом. — Из какого пахучего свинарника вы сбежали?
Жад промычал что-то нечленораздельное. Лесну же стало неприятно. Да, грица пахнет очень специфически — потому животных и отпугивает, — но отнюдь не экскрементами! И нечего так презрительно морщить свой миленький носик!
Ката после слов подружки рассмеялась. Жад бросил на Злену обиженный взгляд и совсем поник. Может, она ему нравится? В конце концов Злена очень красивая, это и дураку ясно…
— Э…мы…
— Ходили охотиться на ночного шатуна! — грозно сдвинув брови, соврал Лесн. Глаза девчонок заинтересованно заблестели.
— И как, поймали? — Ката с ужасом осмотрела их испачканные и местами порванные рубашки. Злена же убрала руку от лица, что обоими юношами было расценено, как заинтересованность, и Жад тут же выпятил грудь колесом, сразу становясь похожим на себя обычного — честного молодца-здоровяка, полностью уверенного в себе. Лесну выпячивать было нечего, и он решил продолжить разговор, почесав нестерпимо зудевший затылок.
— Нет, но…
Девчонки с визгом бросились в рассыпную. Даже незаметная Нитка с необычной для нее проворностью кинулась прочь, только голые пятки засверкали. Лесн недоуменно посмотрел на Жада, тот, скривившись, показал на руку Лесна, замершую у головы. Полукровка повертел перед собой когтистой дланью и сплюнул. Вот точно желтый день! С утра все складывается наихудшим образом!
— Ты не представляешь, как мне хочется тебя отдубасить, — сообщил пахарский сын, провожая печальным взглядом фигуру Злены.
Вот и помогай людям после этого!
— Ну давай! — Лесн словами больше подбадривал себя, чем обращался к товарищу. Жад бил больно, он это хорошо помнил, и тело требовало аккуратно уточнить: "А может не надо?" — но что-то злое, самолюбивое, что сидело глубоко внутри, не давало это сделать. Сердце громко-громко бухало в груди — от обиды, от страха, от стремления показать свое "я". Полукровка сжал в кулак здоровую руку и поставил ноги на ширину плеч — правую чуть вперед, левую — назад, чтобы не упасть от первого удара.
— Давай! Что стал, лисьих ягод наелся?
Жад покачнулся, с удивлением оглядел собственные ладони и с видом мученика посмотрел на полукровку.
— Лесн…а я мешок потерял…
Лесн не знал, что ему делать: то ли плакать, то ли смеяться, то ли огреть дурака чем-нибудь тяжелым. От досады юноша пнул росший рядом ствол Гиганта и тут же запрыгал на одной ноге, поскуливая от боли. Дерево вообще мало поддается пинанию, а уж огромные Гиганты, по поверьям держащие на своих кронах небо, тем более. Уж лучше бы Жад его ударил, честное слово, вышло бы менее глупо!
Похоже, продолжение этого дня будет не менее ужасным, чем его начало.
* * *
Кик Блот добрался домой только к вечеру. На его кочке все было в порядке: водоросли прополоты, кувшинки собраны в кучу, в болотном загончике лениво плавают упитанные змеелисты. Дверь дома овальной формы приветливо распахнута в ожидании хозяина, на столе громоздятся деревянные тарелки с едой.
— Здравствуй, жена.
Желена, зашивающая у окна безрукавку, вздрогнула от неожиданности и кинулась обниматься. Блота расцеловали, умыли, усадили за стол, стали расспрашивать о поездке. Глава поселения кик, приходившийся в том числе Желене дядей, давал Блоту различные поручения по торговле с соседними племенами. Обычно мужа отсылали на дальний торжок, однако сегодня он ходил к какому-то лавочнику в пограничное поселение разинов, находившееся как раз на стыке земель моров и кик. Потому и волновалась весь день жена, и руки заламывала, и болотных пиявок кидала в огонь, пытаясь отвести беду от суженого.
— Встретил кого? — как бы между делом спросила она. Блот отмахнулся, зачерпывая ложкой густую кашу.
— Да кого там встретишь! Разины они и есть разины, магии крохи, да и той не каждый пользуется. Не бойся, жена, из них воины, как из Гиганта домашнее животное. К тому же у них с нами как это называется…нейтралитет, вот!
— С врагами нашими у них тоже этот ваш нейтралитет! — Буркнула Желена сердито. Блот рассмеялся.
— Да моры нос бояться из своих нор высунуть! Я по крайней мере ни одного не встретил! Только какой-то парнишка-полукровка по улице слонялся.
— Какой полукровка???
Муж задумался.
— Да вообще-то знаешь, странный он. И явно нашей крови! Кожа зеленоватая, волос, сколько положено, только, видно, брови стрижет. Ну и…прям чувствуется — наш. А уши — жуть! Уши прям кричат, что в нем кровь мор! И глаза! Серые такие, как кора плакучей оснянки! МОрские глаза!
Желена подложила мужу каши и заторопилась на улицу.
— Кушай-кушай! Я Беленке обещала ввечеру кожи змеиной кусок занести, да все тебя дожидалась. Вот пойду, забегу к ней на минуту! А то обидится еще!
— Так темнеет уже! — удивился Блот. Жена отмахнулась.
— Да что я, не кика что ли? Нашел кого болотом ночным пугать! Да и живет она рядышком, через две кочки!
Женщина поцеловала мужа в лоб и быстро выскользнула за дверь. Правда, пошла она не к подружке Белене, а в дом к своему дяде, где ее рассказ выслушали с почтительным вниманием.
— Полукровка, значит! — седой кик огладил длинную бороду. — И что, веришь?
Желена пожала плечами.
— Не знаю, может ли такое быть. Но у мужа глаз наметанный, да и моров он видел в живую не раз. А так как ты недавно мне говорил о некоем пророчестве, я подумала: вдруг и вправду кто-то из наших спутался с этими разрисованными. Всяко бывает-то. А силушка…
— Хорошо, — перебил глава поселения племянницу. — Я сегодня же отпишу совету племени об этом маленьком, но возможно очень значимом инциденте. А ты иди скорей домой, успокаивай мужа. Да язык держи за зубами — сама понимаешь, узнает кто лишний — нам голов не сносить.
Желена понятливо кивнула, и, весьма довольная своей находчивостью, поспешила к мужу.
* * *
Мор вошел в хижину главы племени
