женщина положила простой светлый пояс. — Скажи старой карге, что коли сама придет ко мне за обновкой, пусть берет с собой золотые знаки! Иначе ходить ей на торжок с подолом в заплатках!
Выса потупилась, покраснела и нерешительно подняла корзинку с пола.
— Спасибо, Плетунья-Ниточница за услугу. Поклон твоему дому.
Выса вышла. Мать закрыла короб и недовольно посмотрела на Лесна.
— Что стоишь истуканом? Помог бы корзинку донести, что ли!
Полукровка ринулся к двери, споткнулся, ойкнул и не столько вышел, сколько вывалился на улицу. Выська уже стояла у калитки, пытаясь обойти крутившегося у ее ног маленького лиса.
— Эй! Стой! — Лесн пошел к ней, чуть прихрамывая. — Давай помогу!
Лис кинулся ему под ноги. Подросток свистнул, отгоняя его и взялся было за ручку корзинки, но девчонка вдруг с невероятной злостью вырвала ее у него из рук.
— Сама! — прошипела она сквозь зубы и почти бегом устремилась за калитку. Парню ничего не оставалось, как проводить ее изумленным взглядом. Навстречу Высе к лесу шел Жад. С ним Выська поздоровалась и даже перемолвилась парой слов. Потом они улыбнулись друг другу и разошлись в разные стороны.
Впервые в жизни Лесну захотелось ударить человека просто так. А когда он рассмотрел старую залатанную рубаху на пахарском сыне, то испытал глубокое удовлетворение. Досталось-таки ему от мамаши за порченую рубашку! Лесн свистнул, подзывая Хвоста, и побежал к другой калитке — той, что выводила прямо в лес.
— Мам, я ушел!
Мать, весьма удивленная этим заявлением, высунулась в окно.
— А завтрак? А отца повидать, он сейчас с рыбалки вернется?
— Потом! — крикнул парень, исчезая среди деревьев.
Лес как всегда был приветлив. Под ногами перекатывались рыжие ежата, Гиганты лениво покачивали большими темными листьями, в ветвях деревьев, суетливо перелетая с ветки па ветку, чирикали белоротики. Однако обычного умиротворения Лесн не ощутил. Вдалеке были слышны девичьи голоса, и полукровка ощутил непреодолимое желание выпустить когти, оскалиться и пойти напугать этих дурных девиц-разин, вечно морщащихся при его виде. Глупые курицы с кукольными лицами! И вообще они губы свекольном соком мажут, он видел!
Лесн развернулся спиной к голосам и пошел в глубь леса. Осторожно обошел овраг, где жили змеи-шипуны, сорвал с орехового куста горсть плодов и закинул в дупло старой белки, навестил заячью нору, где недавно появилось прибавление. К норе лис проявил огромный интерес, но Лесн грозно шикнул на четвероногого друга, и тот понуро поплелся рядом дальше, изредка плотоядно облизываясь.
Тишина наступила внезапно. Просто вдруг все звуки смолкли, словно кто-то поставил жизнь на паузу. Чириканье, писк, шуршание, топот — все исчезло. Только ветер немного шевелил листву деревьев.
Хвост зарычал и попятился. Лесн тоже шагнул назад. Однако внутри него кипело столько эмоций, что в следующее мгновение он решительно полез на ближайшее дерево. По одной из самых толстых веток перебрался на соседнее — и так еще пару раз, пока не увидел того, кто заставил всех животных в округе замереть в страхе.
Рытник сидел над телом растерзанного шатуна, водя большой квадратной головой, украшенной многочисленными роговыми наростами, из стороны в сторону. Огромный болотный хищник был почти человеческого роста, имел два ряда зубов и когтей. Впрочем, лапы у него были толстые и маленькие и служили в большей степени для передвижения, а не для охоты, если конечно животное не прыгало на жертву, пытаясь пригвоздить ее к земле. Зато длинная шея давала возможность для маневра головой. Зеленая кожа зверя была покрыта болотной грязью, что не удивительно, ведь именно там он и должен обитать. Странным здесь было как раз то, откуда болотный хищник появился в лесу? Неужто заблудился? Ему же ведь без влаги должно быть очень тяжело здесь находиться!
Рытник взревел и отбросил когтистой лапой тело шатуна в сторону. Полукровка вздрогнул. Уж если эта зверюга так легко разбрасывает ночных хищников, что же он сделает с теми, кто меньше? И тут ему пришла в голову одна идея. Лесн уселся на ветку дерева поудобнее и вцепившись в ствол обеими руками, зарычал.
Не то. Зверь вскочил, разъяренно сопя. Маленькие черные глазки, спрятанные в кожных складках, внимательно обозрели окружающее пространство. Подросток вжался в кору дерева и зарычал снова, с другим интервалом и в другой тональности.
Рытник замер. Натянул огромными, почти с половину морды ноздрями, воздух и уверенно зашагал к тому дереву, на котором устроился полукровка.
— Хвост, я идиот! — прошептал Лесн, поспешно влезая на ветку повыше. Лис с интересом наблюдал за его маневрами с соседнего дерева. Рытник же, наоборот, высматривать жертву не пожелал, а сразу приступил к делу — стал бодать ствол старого осенника. Дерево скрипело, но пока не поддавалось. Лесн понимал, что любая стойкость имеет пределы и поспешил перебраться на соседний ствол. А оттуда — еще на один. Зверь, заметив неладное, остановился и прислушался.
Полукровка приблизился к болоту еще на пару стволов и опять рыкнул. Рытник поспешил сменить объект бодания. Лесн опять перебрался на соседнее дерево. Затем еще на одно. А затем… Он упал. Вскрикнув от неожиданности, с грохотом ломая встречающиеся на пути его спины ветки.
На фоне страха, что его сейчас разорвет на куски огромное клыкастое болотное чудище, боль почти не ощущалась. Подросток вскочил на ноги и топнул, прокладывая Тропу в болотные топи. Когда за спиной послышался рык, он побежал вперед, но через пару мгновений резко прыгнул влево. Зверь пронесся мимо. Лесн хлопнул по земле, сворачивая след Тропы, дабы животное не могло вернуться, и облегченно выдохнул.
— Хвост! Иди сюда!
За спиной хрустнула ветка. Но Лесн знал, что его лис ходит бесшумно. Мысленно прощаясь с жизнью, полукровка развернулся и зарычал так грозно, как только мог.
Вихр, сирота, что работал за еду и ночлег в гостином доме, ойкнул, кинулся прочь, споткнулся о сук и с жалобным вскриком растянулся на земле. Лесн поспешил на помощь к единственному другу.
— Эй, Вихр! Вставай! Это же я!
Парень только сильнее вжал голову в землю. Полукровка положил ему ладонь на плечо, собираясь встряхнуть испуганного товарища, и увидел, чего тот испугался на самом деле: пальцы Лесна украшали длинные темные когти. Юноша поспешил убрать ладони за спину.
— Эй, вставай. Я не трону.
Голос дрогнул. Само существование ситуации, когда ты говоришь подобное другу, не может не напрягать. Лесну было обидно. Трусоватый суетливый парень-сирота с детства общался с полукровкой на равных, чем и расположил к себе последнего. Они вместе давали отпор парням Угела, вместе ходили ловить солнечную рыбку, которая якобы исполняет желания (Вихр мечтал найти родню,
