время? Он последние полгода постоянно на работе допоздна сидит, если ещё и таксовать пойти, то жить станет некогда. Ни с детьми позаниматься, ни с женой время провести. Ну, ничего, не бывает безвыходных ситуаций, бывают неприятные решения.
* * *
Олег.
Он не любил большие компании с громкими разговорами, оглушающей музыкой и плясками до утра. Лучше всего собираться в тесном кругу, не больше трёх-четырёх человек, чтоб можно было спокойно и душевно пообщаться. Неплохо и вдвоём с кем-нибудь посидеть, тет-а-тет обсудить волнующие вопросы под хороший коньяк. Но против сегодняшнего мероприятия он не возражал. Свой отдел, ребята, с которыми проработал несколько лет. Можно и на общие темы поговорить, и шашлыка поесть, да и коньяк будет.
Опять же, чистый природный воздух не повредит расшатанным нервам. Год выдался тяжёлый, что и говорить. Работа ладно, хотя там тоже хватило «тонуса для бодрости», пришёл новый ген. директор, а новая метла… Оно и понятно, каждому на новом месте себя показать хочется. Отсюда и масса чудных идей, и огромный поток задач. Благо, несколько месяцев назад генеральный немного поуспокоился, и работа вошла в привычную колею.
С другой стороны, последние месяца полтора Серёга какой-то нервный стал, злой. Вроде старается держать себя в руках, но в голосе прорывается раздражение. Олег чувствовал, что назревают проблемы, это просто витало в воздухе и обещало в скором времени рвануть, как котёл, в котором нет выхода пара. Кажется, у Сергея идут разногласия с руководством. А это плохо как для него самого, так и для отдела в целом. С премиями могут зажать, да и от пересмотра штатного расписания никто не застрахован. А уж если примут какое-то решение по самому Серёге, тогда совсем беда… Нового руководителя Олег не хотел, ему при существующем работалось комфортно. Нужно, наверное, всё-таки с Серёгой обсудить, что происходит, они — ровесники, и отношения за время совместной работы сложились достаточно близкие. Под горячительные напитки, возможно, и расскажет. Или не лезть? Захочет — сам поделится.
Но ладно работа, там всё так или иначе утрясется. А вот личная жизнь… Как всегда, при этой мысли его пронзила волна боли, смешанная с жгучей тоской и бешеной злостью. Ни забыть, ни простить он не мог. Стоило закрыть глаза — одно и то же лицо вставало перед внутренним взглядом. С глубины сознания поднялась мутная волна, и Олег усилием воли постарался прогнать чёрные мысли. Всё, хватит. Забыть, не вспоминать. Но получалось плохо. Вернее сказать, совсем не получалось. Не было ни дня за этот месяц, чтобы он не вспоминал… Сердце предательски выстукивало: «люблю». Правда, со временем боль стала не такой острой, превратившись из резкой и рвущей на части в тупую и ноющую. Что ж, ещё слишком свежа рана. Проходит всё, пройдет и это. По-крайней мере, очень хочется в это верить, жить постоянно с дырой с сердце невозможно.
Он провёл ладонью по лицу, отгоняя непрошеные мысли. В голове опять всплыли слова: «мой любимый блондин». Скрипнув зубами, сжал кулаки. Хватит. Хватит! Но как заставить замолчать скулящее сердце, он не знал.
* * *
Александра.
В очередной раз проверив, на месте ли мобильник, она чертыхнулась. Просто фобия уже с этим телефоном. Всему же должен быть предел. Хотя стоп, рабочая неделя окончена, завтра они едут на природу, а она на пустом месте заводится. Всё хорошо. Впереди — почти сутки отдыха в компании приятных людей. Озеро, правда, мелковато и многолюдно опять будет, но это — издержки большого города. Всем хочется в выходные на природу. Слишком уж она привередничает. Отдых есть, место для купания есть, хорошая компания — тоже есть. Даже гитара будет. Что ещё нужно для счастья? Ну, пусть счастье — слишком сильно сказано, но хотя бы для спокойствия и умиротворения. Это ей действительно необходимо. Слишком много времени она провела в тоске и самобичевании, вздрагивая от каждого телефонного звонка. Впрочем, теперь-то что вздрагивать? Раньше нужно было думать. Колоссальным усилием воли она постаралась прогнать чёрные мысли. Всё, хватит, нужно жить дальше, в тридцать пять жизнь не заканчивается.
Совсем себя загнала, стала походить на чучело огородное. Что случилось, то случилось, это не поправить. Стоит отпустить ситуацию и идти дальше. Так получилось. Никто не виноват. Но совсем ни на что нет сил. Да и желаний больше не осталось. Даже седину закрасить не доходят руки. Не говоря уже о том, чтобы посетить нормальный спа-салон. А релаксация бы сейчас совсем не повредила. Сауна, массаж или шоколадное обёртывание… Говорят же, в здоровом теле — здоровый дух. А потом — сидеть и под расслабляющую музыку пить чай. Красота! Почему же она ничего этого не делает? Потому что давит, пригибает к земле апатия.
А ещё — мысли. Мысли, от которых хочется кричать и в исступлении биться головой о стену. Действительно ли в том, что произошло, нет её вины?
Дыхание сбилось, стало трудно дышать. Пройдя на кухню, жадно, прямо из остывшего чайника, сделала глоток воды. Рука дрогнула, и вода потекла на футболку. Очень медленно Саша поставила чайник на место. Сердце билось где-то в горле, руки дрожали. Совсем нервы расшатались. Тряхнув головой, привычно потянулась проверить, на месте ли телефон и тут же устало прикрыла глаза. Проверять телефон каждые пять минут — это уже психическим отклонением отдает. Может, действительно обратиться к психологу? Или сразу к психиатру? От этих мыслей стало жутко.
Вернувшись в комнату, она с размаху упала на диван и зашлась в истерических рыданиях.
Глава 3
Придорожное кафе.
Найти себя сквозь бури, ветры, грозы.
Найти себя средь множества проблем.
Идти вперёд, отринув все угрозы,
И понимать всегда, идёшь зачем.
И выбирать тернистую дорогу,
Не побоявшись встретиться с судьбой.
Закрыв глаза, сказать: «Спасибо» Богу
И наконец-то встретиться с собой.
Против ожидания, сборы закончились вовремя, и в десять часов машина уже выезжала из города. В этот раз решили добираться на одном автомобиле, благо, микроавтобус Ивана вместил всех. В салоне царил оживлённый галдёж — лёгким праздничным настроением прониклись все. Ещё минут сорок — и будут на месте.
— Слушайте, — озадаченно спросил Сергей, — а спички или зажигалку кто-нибудь взял? Мы как костёр разводить будем?
Ответом было растерянное молчание. Мужчины переглянулись.
— Нет, — первым подал голос Иван, — даже не вспомнил ни разу.
— И я — нет, — подтвердил Артём.
— Аналогично, — присоединился Олег.
— Полагаю, девочек можно даже не спрашивать, — полувопросительно протянул Сергей. — Как раз тот случай, когда жалеешь, что никто не курит.
