Вход на станцию показался за поворотом, и ноги понесли меня быстрее. Но едва я занесла одну, чтобы пересечь пешеходный переход, как возле меня резко затормозила знакомая ярко оранжевая мазда, окатывая сапоги, джинсы и полы светлого плаща грязной водой. Я только ахнула, ощущая, как в сапоги медленно и неумолимо затекает ледяная жижа.
– Привет красавица! Подвезти? – Преувеличенно позитивно донеслось из распахнувшейся двери.
– Да шоб ты сдох, дегенерат! – Гневно грянуло над ухом, полностью выражая общественное мнение.
На этот раз своим подкатом Гришаня насолил не только мне. Еще с десяток облитых пешеходов оглядывали масштабы трагедии на собственной одежде, и их мрачные взгляды не сулили виновнику ничего хорошего. Какая-то бабуля мимоходом смачно плюнула на блестящий капот, а сердитый мужик в костюме со злостью пнул бампер, оставляя грязный след. Но Гришаня, до ужаса довольный произведенным эффектом, казалось, не замечал лучей негатива в свою сторону.
– Садись красотка. Только выброси этот жуткий зонт, он не влезет в салон. – Повелительно кивнул парень, наивно принимая мой гневный ступор за немое восхищение. И это стало последней каплей.
– Если я тебя, придурка, еще раз замечу в зоне видимости, то заявлю в полицию за домогательства, ты понял или как обычно, два раза повторить?!! – Прошипела я, наставив на него зонт, как шпагу.
Гришаня выпучил глаза, и даже приоткрыл рот, явно не ожидая подобного наезда, изумленно наблюдая, как я с достоинством обхожу машину вдоль капота и скрываюсь в переходе.
– Слышал? Проваливай, пока не наваляли! – Гаркнула все та же бабуля, с противным скрипом мстительно выводя нехорошее слово на задней дверце машины с помощью длинного подъездного ключа.
Гриша смачно выругался, и резко газанул с места.
А я, хлюпая любимыми кофейными сапогами, топала на станцию, стараясь абстрагироваться от грязи на дорогих сердцу вещах. Извиняло мой неподобающий вид только то, что большинство сегодняшних пассажиров выглядели не лучше. Все двадцать минут поездки, как ни выглядывала, как ни надеялась, своего незнакомца я так и не встретила. Хотя, по идее, должен был сработать тот самый закон подлости. Но нет, видимо, в этот пасмурный день пресловутый закон сидел дома, обернувшись в теплый плед и гладил пушистого кота, потягивая кофеек.
– Миш, есть тапки? – Устало поинтересовалась я уже на работе, стаскивая влажные сапоги.
– Оу, конечно! – Кивнул тот, оглядывая пятнистое безобразие ниже моих колен. Через пять минут я обзавелась огромными мужскими резиновыми тапками, и, натянув свитер пониже, застирывала джинсы в раковине. Как хорошо, что сегодня догадалась надеть именно его, тонкий мятный оверсайз свитер. Чуть приспущенный с плеч, он доходил до середины бедра и смотрелся весьма гармонично даже без каких-либо дополнений снизу. Не с резиновыми тапками, конечно. Но щито поделать, как говорится. А Мишаня благородно вызвался оттащить мое пострадавшее пальто в химчистку. Благо, на верхних этажах нашего торгово-офисного центра существовала эта крайне полезная организация, также как и великое множество других, не менее значимых. Как, например, уютная столовая, гордо именуемая кофейней-лофт, где можно было недорого и вкусно пообедать, и куда на сегодня мне в таком виде путь был заказан. От расстройства я даже забыла пожаловаться Мишане. Ну ничего, дадим Григорию последний шанс на исправление. А в нашей мини кухне вроде еще оставались вчерашние имбирные печеньки…
Через несколько часов пальто было вычищено и приобрело свой первоначальный вид, джинсы благополучно высохли на батарее, а сапоги стали менее влажными. А Миша еще и похвалил мой зонт. Так что к концу рабочего дня настроение выровнялось до оптимального уровня. А после того, как я увидела выражение лица Романа, когда сообщила, что Ира приняла его приглашение на юбилей, так и вообще подскочило выше среднего.
Гришаня названивал еще несколько раз, но мне это окончательно надоело, и я заблокировала его номер к чертям, что и надо было сделать с самого начала, точнее конца. Ребята не позволили мне оголодать, притащив пару бутеров из кофейни.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Ты же любишь с индейкой? – Улыбнулся Ромаш, сгружая аппетитную добычу мне на стол. Я посмотрела на них влюблёнными глазами, и едва не прослезилась: – Обожаю, Ром! Спасибо.
– Да о чем ты, – отмахнулся он, направляясь к выходу. – Если что, я в офисе. О, какой классный зонт! – Отметил он мимоходом, и дверь за ним закрылась.
Люблю свою работу.
Вечером я решила обойти пару бутиков, чтобы выбрать Ирке что-нибудь в качестве подарка. Каждый год я честно пытаюсь выдавить из своей фантазии что-либо оригинальное, но в результате подруга в любом случае получает подарочную карту в какой-либо магазин косметики, без вариантов. Давно уже выяснилось, что девушка просто обожает с энтузиазмом фанатичного стоматолога заглядывать в рот каждому подаренному мной коню. Поэтому я предоставляла ей выбор, а потом, ко взаимному удовольствию, мстительно критиковала и высмеивала ее покупки. Так что если не подарок, то карту можно было приобрести заранее, не откладывая важного дела на потом. Так спокойнее.
Лениво пробегая взглядом пестрые застеколья бутиков, но не цепляясь за что-либо определенное, я вышагивала по широкой торговой аллее с зонтом наперевес. Шерстяной палантин? У нее их штук семь. Может, кожаный кошелек или перчатки? И выбрать поярче, салатовые или золотые, как она любит. Ну уж нет, точно решит, что издеваюсь. Она же в курсе моего отношения к ее любимому попугайству. Чтож, не будем нарушать традиций, и я зарулила в бутик косметики и парфюмерии. Давненько меня тут не видели! Если память не изменяет, то ровно с тех пор, как я приобретала здесь предыдущую карту Ирке в подарок. Ну а зачем сюда заглядывать, если подруга и сама также исправно дарила мне карту, только совершенно другого бутика?
Вместо того, чтобы сразу отправиться на кассу за картой, я не упустила возможность прогуляться вдоль витрин, любопытствуя насчет новинок. Так и есть! Линейка моих любимых духов расширилась, и теперь на полке под маркой производителя гордо красовались четыре разноцветных склянки вместо привычно одной из темного-сиреневого стекла. Вытянув узкую бумажную полоску из стакана, я принялась дегустировать новые ароматы. Как и ожидалось, свежие фантазии парфюмеров являлись фривольными вариациями на тему основного аромата, один из которых показался мне вполне себе ничего. Густую пряность восточного аромата дополнили свежими нотами розы и ненавязчивым ягодным шлейфом. Хм, а мне нравится… Решено, беру! Но, обернувшись в сторону кассы с коробочкой в руках, я чуть было не выпустила ее из рук, не поверив своим глазам. Возле стойки с мужскими духами, метрах в пяти боком ко мне стоял он. ОН! ОН!!! Мой идеал… Сердце болезненно сжалось, и я едва не заскулила, как маленький радостный щенок при виде хозяина. Так, спокойно!
Не отводя взгляда, я осторожно взяла новую бумажную полоску, и, делая вид, что сомневаюсь в выборе, начала усиленно ее обнюхивать, забыв нанести аромат.
Сегодня он был в том же светлом пальто, тонком дымчатом свитере поверх светлой рубашки с галстуком, и узких бежевых брюках. Я до боли закусила губу в безуспешной попытке побороть волнение, исподтишка разглядывая свое личное совершенство. Кто бы мог подумать, что шанс снова видеть этот восхитительный профиль выпадет так скоро, и я смогу вот так улыбаться про себя ему как родному и ласкать взглядом, будто собственными пальцами.
Сегодня он казался еще лучше, чем я его запомнила. Эстетичный и нереально совершенный до самых кончиков своих аккуратных ногтей, сегодня он был чисто выбрит, а его волосы были зачесаны назад, открывая лоб. О, с каким безумным удовольствием я зарылась бы пальцами в эти густые шелковистые темные волосы, провела по всей длине, вдыхая их аромат. Интересно, какие у него духи? Какие бы они ни были, я уже сейчас знала, что в любом случае их полюблю. Узкий флакон, который мужчина держал в своей большой смуглой ладони, идентифицировать было довольно трудно, но зато я разглядела, что идеал был не один. Очень ухоженная аристократичного вида женщина лет пятидесяти стояла с другой стороны моего личного совершенства, что-то негромко рассказывая. Кто это? Мать? Возможно, так и есть. Да кто угодно, лишь бы не…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
