слегка тряхнуло, когда шасси коснулись земли, от чего Линда вздрогнула. И пока Нильсон отдыхал, надвинув маску на глаза, девушка изо всех сил старалась не спать все два часа, однако общая атмосфера этому не способствовала, ведь в салоне даже погасили свет.
Тиль повернулась к своему попутчику, и увидела как мужчина сидел, скрестив руки на груди. Голова его опустилась, рот был слегка приоткрыт. Если его не тревожить, он и не заметит, что прилетели. Девушка слегка толкнула Нильсона.
Все- таки сон оказался очень чутким, в этом она ошиблась. Брайер тут же очнулся и поднял повязку.
— Уже? — спросил он хрипло.
Тиль кивнула в ответ.
Мужчина отстегнул ремень, встал к багажной полке, спустил свой черный спортивный рюкзак, затем аккуратно поставил на пол чемоданчик девушки, затем они вместе пошли к трапу.
На улице было прохладно, к тому же, так как город стоял у реки Кеннебек, со стороны воды дул ветер, но Тиль совсем не продрогла. Наоборот, она расстегнула темно- синий плащ, отдаваясь прохладе, сознание начинало наполняться умиротворением. Она всматривалась в свое отражение в мелких лужах, вдыхала запах мокрого асфальта, пытаясь ото всего получить если не удовольствие, то хотя бы спокойствие.
Получив багаж, Линда и Нильсон решили взять машину напрокат. Уточнив информацию в справочной, они узнали, что отсюда до Уотервилла всего полчаса езды, причем строго по прямой. Относительно выбора автомобиля Нильсон спорить не стал, хотя Тиль знала, что он предпочитает не только мощные, но и крупные машины, сама решила отдать предпочтение скромному универсалу в белой расцветке. Кроме того, поверив в свои силы, девушка решила сесть за руль. Брайер не стал протестовать и здесь.
Тиль аккуратно выехала на главную дорогу, Нильсон выступил в роли штурмана, держа перед собой телефон с картой. Однако никаких проблем с достижением конечной точки пути не должно было возникнуть: дорога вела строго по прямой без всяких поворотов.
Они пересекли первый мост через реку и стали мерно двигаться по трассе вдоль обширной парковки, вмещавшей не меньше полутора тысяч машин. Правее дороги, по другую сторону реки, раскинулся лес, полный деревьев с широкими кронами. Нильсон то и дело кивал в сторону крупных грузовиков всевозможных расцветок и принтов и так живо их описывал, как будто сам порывался иметь в гараже тягач, но не для того, чтобы на нем ездить, а для того, чтобы просто любоваться и изредка заводить, чтобы насладиться рокотом мотора.
У Линды такой его настрой вызывал только улыбку. Она рада была слушать и о грузовиках, лишь бы отвлечься от тревожных мыслей.
Постепенно стоянки и маленькие придорожные лотки перетекли в пригород, все чаще стали встречаться маленькие одноэтажные дома с оградкой и коротко подстриженным газоном. На дворе был вечер воскресенья, никто уже не выходил из домов, все готовились к новой рабочей неделе. Иногда можно было встретить пожилую пару, сидящую в креслах на веранде и глядящих на дорогу. Неизвестно почему, быть может, в порыве умиротворения, Линда решила махнуть одной из таких пар. Мужчина в полушерстяной клетчатой рубашке заметил ее не сразу, но заметив — помахал в ответ. Этот короткий жест и мимолетная встреча двух незнакомцев, заставила Тиль улыбнуться.
— Уже идет тебе на пользу, — подметил Нильсон.
— Да. Надеюсь, ты прав.
Пересекая невидимую границу округа Уинслоу на втором мосту через реку Кеннебек, они, наконец, оказались в округе Уотервилла. Первая встреча была не слишком радушной, ведь на въезде раскинулось местное кладбище. И если когда- то его от дороги отделяла густая растительность, то сейчас все было вырублено под корень и ничто не закрывало кресты, могилы и остроконечные ограды. Кладбище было безлюдно, не горели даже фонари, от чего оно казалось покинутым, а вместе с тем создавало ощущение брошенного города, который ждал впереди.
Но это впечатление быстро рассеялось.
На подъезде к городку улицы стали куда более плотными на постройки и гораздо оживленнее, несмотря на то, что стемнело уже полностью: работали местные магазинчики, горел свет и играла музыка в кафе и барах, моргала оранжевая вывеска заправки. Обе стороны дороги полнились такими же домиками, как и на подъезде, и Линда уже начинала чувствовать уют маленького городка.
Универсал чуть затормозил, объезжая глубокую яму, огороженную оранжевой лентой с надписью «Опасно», а всего в трех- четырех метрах впереди рабочие разместили знак: «Дорожные работы». Тишину разорвал громовой стук автоматического молота.
Спустя еще несколько минут перед глазами возникла широкая зеленая табличка: «Вы въезжаете в Уотервилл. Колыбель науки штата Мэн». Руки Тиль вдруг похолодели, но сейчас это не был страх, скорее предвкушение скорого достижения цели. На все время поездки она отбросила депрессивный настрой и неверие, на несколько часов девушка поверила, что сможет отдохнуть и привести сознание в порядок, но чем ближе становился дом любимой тетушки, тем тоньше и невесомее становилась эта вера.
— Так какая улица нам нужна? — спросил Нильсон, приближая в телефоне карту.
— Кажется, Элм- стрит…, — Тиль неожиданно обнаружила, что забыла полный адрес. Не может такого быть! Она стала рыться в памяти как в глубокой сумочке, где лежало все на свете. Но сколько не силилась — не могла вспомнить.
В итоге пришлось искать другой выход из ситуации: остановив машину на обочине близ пекарни, Тиль достала смартфон из бардачка и набрала номер. Вот так вот спустя больше года с последнего разговора позвонить и спросить адрес. Линда не предупреждала тетю Агату о приезде, хотя стоило бы, женщина не любила сюрпризы. Все собиралась, но потом оказалась в самолете, а потом уже выехала и решила не говорить ничего.
— Алло, тетя? — слова давались тяжело, Тиль чувствовала себя очень неловко.
— Линда?! — ответила Агата Уиклэнд. Позади шумел телевизор.
— Да, привет. Я сейчас в Уотервилле, но так получилось, что совершенно забыла, где ты живешь, не могла бы ты…
— Что ты делаешь в Уотервилле? — перебила Агата. Видимо, она вышла из шумной комнаты и плотнее прижала телефон к уху, а для лучшего эффекта решила еще и повысить голос.
— Решила приехать к тебе в гости, загладить вину за то, что пропала на год.
— И не предупредила, — возмутилась тетя, — у меня совсем ничего не готово к приходу гостей. Ты одна?
— Нет, я с Нильсоном, — Тиль украдкой посмотрела на Брайера, тот прокручивал ленту новостей в телефоне.
— Боже мой! — воскликнула тетушка так громко, что услышал не только Нильсон, но и, должно быть, люди в пекарне, — нет, ты должна была предупредить! Я очень сержусь!
— Прости, тетушка.
— А, да что с тебя взять, — мягко ответила Агата, — я всегда рада
