творит всякую скульптуру. Слева: профессор Филипп Уэллвуд, вообще офигенный, он на 10 лет старше нашего дедушки Хлотара, и тоже влип из-за «Войн крови». Теперь он тут преподает эксплитику.
— Эксплитика? Впервые слышу, — призналась Кристина, окидывая взглядом секцию таунхауза (два этажа с широким выносным балконом, и мансардой).
— Ну… — Хлоя покрутила пальцами вокруг глаз, — …эксплитика это, в общем, о том, как оптимально объяснять научные штуки для посторонних людей. Вот.
— Ничего себе… Ладно… — Кристина перевела взгляд на родстер, — …А кто из соседей любитель олдтаймерных автогонок по шоссе общего пользования?
Хлоя загадочно улыбнулась и сообщила:
— Кое-кто предположил, что такой любитель — ты.
— Э-э… Как это? Я всегда езжу спокойно, не превышая допустимую скорость.
— Да, мама, но ведь тебе нравятся такие машинки. Может, ты останешься на подольше.
— Детка, ты ведь помнишь, что Вальтер и я разведены, причем уже довольно давно.
— Да, мама. И что? Я с Олли и Нигигом вообще живу без формальностей. А вы с папой непонятно от кого шифруетесь. Эти полеты туда-сюда в гости через всю Медитеррию.
— Детка, а где ты с ними живешь? — спросила Кристина, найдя повод сменить тему.
— Вот там «Нйарлатотеп», наш аргомаран, — Хлоя махнула рукой в сторону моря.
— Ты что, решила стать аргонавтом заодно с бойфрендами?
— Нет, мама, просто арго-лодка удобнее, чем дом на берегу.
— Так, а можно мне глянуть, как у вас там все устроено?
— Ой! У нас там немножко свинарник.
— Немножко? — с нескрываемым подозрением в голосе переспросила Кристина.
Тут Хлоя ощутимо занервничала, «вспомнила» о неких неотложных делах, пообещала приехать к завтраку, оставила ключи от дома и от родстера, устроила маме обнимашки, после чего оседлала свой мотоцикл и укатилась куда-то. Кристина покрутила ключи на пальце и решительно приступила к инспекции жилища…
…В общем, она заранее представляла, что тут, где и в каком состоянии. Планировка без особого креатива, типовая для здешних мест. Меблировка — предсказуемая исходя из бытовых манер и вкусов генерала Штеллена. Уровень и специфика беспорядка — также предсказуемые, исходя из его бытовых манер и вкусов. Было опасение, что тут отсутствует ванна (генерал радикально предпочитал душевые кабинки, не понимая какое удовольствие лежать в тесной емкости с водой). Приятный сюрприз: ванна нашлась. Правда, маленькая, сидячая, но все же… …Кристина безотлагательно воспользовалась этим, и через четверть часа уже отмокала, подобрав умеренную температуру, и для параллельного развлечения — планшетник (так трогательно, что этот гаджет лежал на столике в кухне-гостиной, снабженный запиской генерала: «привет, это для тебя — можно ронять в воду, и на пол, не стесняйся»). Настройки планшетника были первозданные, так что Кристина получила возможность увидеть, что нынче рекомендуют идолы интернета — среднеевропейскому обывателю.
Идолы, как оказалось, рекомендовали:
— сыграть в новую интерактивную фильм-игру «Магараджа» (варианты 12+ и 18+)
— использовать приложение «Нирвана», скрывающее все шокирующее новости в СМИ.
— купить интеллектуальную колонку-советника для решения всех трудных вопросов.
— приобрести абонемент «вся бытовая техника в шеринг с дисконтом»
— освоить на кратких курсах одну из ста самых перспективных профессий Из любопытства, Кристина глянула последний пункт. Предлагались варианты курсов: цензора контента в соцсетях, оператора электромобиля-дрона по доставке товаров, и интернет-агента по таргетной рекламе (попросту говоря: коммерческого спамера)… …Скучно читать, и тем более скучно смотреть нелепые завлекающие клипы об этом. Лучше уж новости. В новостном агрегаторе первая пятерка анонсов выглядела так: 1) ОЭСР утвердила пакет мер против демпинга продукцией фудотронов и рурфабов. 2) ООН: ливийский проект Fezzan-lake приближает экологическую катастрофу. 3) АТЭС: слияние горячих точек Синьцзян и Кашмир толкает весь регион к войне. 4) ОБСЕ: постгуманизм — главная социально-медицинская проблема современности. 5) NASA опровергло слухи о контактах с внеземным разумом (объектом 9I/Чубакка).
…
Если вкратце, то миропорядок, торпедированный Вандалическим кризисом 6 лет назад, продолжал рушиться. Странный союз аргонавтов и хуррамитов, солидарных в полном отрицании границ технологии и морали, продолжал экспансию по Африке, и насаждал экономическую анархию. Фудотроны и рурфабы воплощали соответственно аграрный и промышленный аспекты этой анархии. Фудотрон — вертикальная морская ферма, цилиндрический объем несколько кубических километров, обметанный сеткой от поверхности до дна, в котором при искусственном освещении и искусственной циркуляции, достигалась колоссальная продуктивность генетически-модифицированного планктона при очень малых трудозатратах. Рурфаб — роботизированный комплекс, который может производить потребительский продукт и любую часть самого себя или другого рурфаба того же класса, требуя лишь энергии и простых базовых компонентов. Человеческий персонал для этого требовался незначительный — людей на типичном рурфабе можно было пересчитать по пальцам. Парад фудотронов и рурфабов уперся бы в барьер энергетики — но этот барьер уже был устранен фюзорами… Правда, лишь в тех странах, где не возобладал страх публики и правительства перед появлением машинок туннельного ядерного синтеза в обиходе. Так или иначе, поток дешевых продовольственных и промышленных товаров ширился и сминал олигополию, сложившуюся на рынке за десятилетия застоя. Азиатские страны-гиганты теряли привычные сегменты сбыта, постепенно беднели, и уже не располагали достаточными ресурсами для сдерживания вооруженных сепаратистов на окраинах.
…
Кристина пробежала по диагонали три новости и зависла на четвертой — постгуманизм. Вначале давалась редакционная вставка — общепринятое определение постгуманизма: «мировоззрение, предлагающее повысить параметры человека путем технологий (в т. ч. путем генной инженерии и кенобиологии) и отрицающее ограничения на этом пути» Автор обзора далее характеризовал постгуманизм, как отрицание всего человеческого в цивилизации. Постгуманисты (заявлял он) считают людей лишь промежуточным видом разумных существ, упершимся в биологические границы и тормозящим межпланетную экспансию. Соответственно, автор гневно клеймил постгуманизм, ставя его в один ряд с расизмом, нацизмом, и почему-то коммунизмом, после чего переходил к цитированию авторитетных социологов и медиков (ведь постгуманизм подавался тут как социально-медицинская проблема). Цитаты выглядели основательными и Кристина решила более вдумчиво оценить их, переместившись из ванны на балкон и сварив себе кофе.
Она вылезла из ванны, вытерлась, и надела примеченную по случаю садовую рубашку Вальтера (с учетом разницы размеров — сойдет за короткий домашний халат). Можно застегнуть одну любую пуговицу на животе вместо пояса для халата… Готово. Теперь следовало разобраться с напитком. В кухне-гостиной нашлась электрическая джезва и огромный пакет молотого кофе (судя по отсутствию лейбла — с контрабандного базара). Рядом подвернулись под руку местные домашние печеньки — очень кстати. Так что на балкон Кристина вышла, будучи вполне оснащенной для сибаритского чтения. Столик, объединенный с шезлонгом, Кристина приметила еще при беглом осмотре жилища…
…Как всегда бывает в субтропических широтах, день, почти минуя сумерки, сменился ночной темнотой. На балконе автоматически включился свет, а в зарослях кустарника завели трескучую песню цикады (у них тоже
