камерой нагими и чувствовать себя превосходно. У меня от одних лишь мыслей оказаться под прицелом фотокамеры в непристойном виде, начиналась тахикардия.
Я робко стояла напротив Кэт, пока она командовала кому-то выставить свет “так и этак”. Босая и абсолютно голая под простынею, я чувствовала себя на грани обморока.
— Расслабься, Кесс, — Тайлер стоял, привалившись спиной к стене, и курил. — Всего пара снимков.
Меня трясло от внутреннего холода.
Когда Кэт сделала несколько фото, она позвала Тайлера, и они снова спорили. Затем он подошел ко мне, и пока сигарета тлела в его пальцах, он пытался объяснить мне очевидное:
— Перестань зажиматься, Кесс. Здесь нет ничего страшного. У тебя именно та внешность, которая нам нужна, но ты слишком напугана. Постарайся подумать о чем-то… приятном. Подумай о сексе, девочка. Ты же не стесняешься, когда занимаешься сексом?
Он делал только хуже.
— Ты же занималась сексом, Кесс? — видя мою растерянность, добавил: — О, черт… тогда, что ты любишь делать?
— Я люблю смотреть мультики.
— Мультики?
— Да…
— А еще? Кроме… твоих мультиков?
— Не знаю, я… читаю… Ах, да. Я люблю считать. Вот попробуй, попроси меня… эм… перемножить какое-то число…
Тайлер смотрел на меня так, будто я предлагала ему прыгнуть с крыши.
— Крошка, я… — мягко сказал он, взглянул вниз на простыню, которую я комкала на груди, — даже не знаю, чем тебе помочь. Ну, умножь двести пятнадцать на шестдесят три.
— Тринадцать тысяч пятьсот сорок пять!
Он удивленно присвистнул.
— Как ты это сделала? Это правильный ответ, Кесс?
Его удивление было таким искренним, что я просияла. Этим трюком я обычно привожу всех в восторг, но после меня начинают сторониться. Отец говорит, это оттого, что окружающие не очень любят тех, кто умнее их.
— Подумай о цифрах, Кесс, — сказал Тайлер. — Посчитай, сколько шагов я сделаю, сколько раз щелкнет затвор камеры, сколько раз кто-нибудь мелькнет в дверном проеме… Сложи это количество, умножь на тридцать пять и подели на восемь.
— Хорошо, — кивнула я.
Это было проще, чем выполнять то, что велит Кэт.
В конце съемки Тайлер подошел ко мне со словами:
— Ну все, Кесс. Переодевайся.
Когда я вышла в холл, мужчина безмолвно протянул мне бутылку с водой, и я с благодарностью к ней приникла.
— Пошли, отвезу тебя домой.
— Мне нужно быть на работе. И, кстати, четыре тысячи триста девяносто шесть целых восемьсот семьдесят пять сотых…
Тайлер посмотрел на меня мрачно.
— Как у тебя голова от этого не взрывается, Кесс, — лишь бросил он. — Давай живо в машину.
И я уныло пошла следом за Тайлером, чувствуя, что подвела его.
Глава 5
Кесс Белис была из тех девушек, что врезаются в память.
Тайлер проводил время в обществе двух доступных крошек, которые извивались на его коленях, а думал о том, как Кесс приблизила губы к его щеке, прошептала: “Я без белья”.
Само очарование.
— Ты где витаешь, Тай? — попытался перекричать музыку его приятель Грен.
И Шоу, наконец, очнулся.
— У тебя когда-нибудь было такое, что какая-нибудь девушка тебя очень раздражает, но ты до смерти хочешь ее трахнуть?
В полутьме его приятель Грен — широкоплечий, смуглый блондин — выглядел, как затаившийся хищник. Его полуприкрытые глаза сверкали. Он не двигался, а лишь смотрел на Тайлера и его подружек, получая несомненное удовольствие от представившегося зрелища.
— Приятель, я был дважды женат, — сказал он лениво. — Обе мои жены меня дико бесили, но секс у нас был потрясающий. К сожалению, эти продажные суки нашли кого-то побогаче…
Музыка грохотала, но в вип-комнате, где друзья отдыхали, можно было услышать друг друга.
— Они ушли, потому что ты торчок, Грен, и не пропускаешь ни одной юбки, — сказал Тайлер.
— Дзынь-дзынь, — поднял стакан с виски Грен. — Мы — одинокие волки, Тай! Наше кредо — свобода.
Шоу столкнул с колен девчонок, потому что его телефон начал трещать. Четыре тридцать утра… кто звонит ему в такую рань? Кэт?
— Да, детка, — ответил он, откидываясь на спинку мягкого диванчика.
— Тай, где ты, черт возьми? Ты не дома… Боже, ты опять с этим придурком Греном?
— Что-то случилось, Кэт? — спокойно осведомился Тайлер.
— Случилось? — она вдруг расхохоталась. — Да, случилось! “Бьюти-рейл” хотят снова отснять твою девочку. Они хотят сделать ее лицом своей рекламной кампании. Они очень хорошо заплатят, Тай! Ты слышишь? Она им понравилась.
Молча Тайлер поднялся, вышел из вип-комнаты, спустился к выходу из клуба и выскочил на улицу, в бодрящее утро эмейского дня. Сощурившись из-за утреннего света, он присел на корточки, облокотился спиной о кирпичную кладку и извлек из кармана сигареты.
— Сколько заплатят, Кэт? — спросил холодно.
— Тебе хватит…
— Кесс не модель. Она ни черта не знает.
— Она им понравилась, Тайлер. Ты же видел те фотографии… Да, я очень постаралась, но, признаюсь, твоя девочка неплохо поработала.
— Это был просто заработок, Кэт. Я не собираюсь быть ее агентом. Она не подходит для модельного бизнеса. Ты же ее видела.
— Тайлер, — и Кэт вздохнула, — будем откровенны…. хотя бы сами с собой. У тебя нет больше шансов. Ты на дне, Тай. С тобой никто не хочет работать. Эта девочка — твой последний шанс. А ведь… у нее необычная внешность. И взгляд… она будто с другой планеты.
— Она и есть с другой планеты, — раздраженно бросил Тайлер. — С планеты умственно отсталых людей, и у меня нет желания таскать эту девчонку на кастинги, чтобы окончательно себя закопать.
— Хорошо, — вдруг произнесла Кэт. — Я устала нянчиться с тобой, Тай. Устала вытягивать тебя из дерьма. Хочешь отказаться от единственного шанса, который у тебя есть — давай!
— Я просто найду другую модель…
— Ты — никто, Тайлер… Ты… конченный наркоман и чертов бабник! Ни одна здравомыслящая модель не станет работать с Тайлером Шоу! Если тебе нравится думать, что ты чего-то стоишь — очнись, пока не поздно!
Тайлер услышал короткие гудки и запрокинул голову, выдыхая струю дыма в утреннее небо.
Он должен подумать.
Вытянув ноги, он сидел в проулке, курил и смотрел на тихую улицу, по которой изредка проезжали машины.
Кесс Белис была бы очень хороша обнаженной в его постели, ибо он просто хотел развлечься с ней разок-другой — как пойдет. Не более. Она не модель. В ней нет ни характера, ни стремления, ни профессионализма. Ее внешность — точно приторная конфета. Это будет провал.
С другой стороны, Тайлер не боялся провалов. Кэт права — он в заднице. Почему бы не попробовать Кесс Белис? Может, звезды сошлись?
Он позвонил ей спустя минуту, едва
