– Урок закончен, ваше королевское высочество! – объявил профессор совершенно другим тоном. – Завтра мы не будем терять время на болтовню, а разберем один из новых этюдов Ференца Листа.
– Но вы же понимаете, мсье профессор, – сладким голоском пропела Зита, – что ваши рассказы открывают для меня новые горизонты. Ведь музыку сердца, так же как и музыку ума, невозможно держать взаперти!
Она знала, подобный язык близок душевному складу маэстро, он его, несомненно, оценит и будет ей признателен.
– Вы, ваше высочество, очень любезны, – с улыбкой ответил он. – Но все-таки я не должен с вами говорить об этих женщинах.
– Если Лабель действительно танцует так, как вы рассказываете, то она пробуждает в людях чувство прекрасного. А красота – это то, без чего мир давно перестал бы существовать.
– Вы правы, ваше высочество! – согласился профессор. – Но все-таки мне лучше бы рассказать вам о Ракель, примадонне парижской Оперы. Она поет те самые партии, к изучению которых мы скоро приступим.
– Ну конечно, мсье профессор, – усмехнулась девушка. – Но все же мне бы очень хотелось взглянуть на Лабель хоть одним глазком. Не могли бы вы в следующий раз привезти мне какой-нибудь журнал с ее портретом?
Разумеется, Лабель как актриса ее не интересовала.
Для нее важнее было понять связь этой женщины с королем Максимилианом.
Любопытно, думала Зита, что особенного он в ней нашел?
Чем, кроме своих танцев, она так очаровала короля, что он увез ее из Парижа к себе во дворец?
Да, надо заставить профессора привезти ей картинку с изображением Лабель.
Теперь она не верила своим ушам: король Максимилиан едет к ним в Альдросс и, если верить матушке, собирается жениться на Софи.
Это казалось невероятным.
Когда же смысл услышанного наконец дошел до сознания Зиты, она восторженно воскликнула:
– О Софи, ты самая счастливая девушка в мире! Ты хотя бы представляешь, сколь восхитителен король Максимилиан? Папа говорит, во всей Европе не найдется монарха, который обладал бы такими атлетическими способностями. Однажды он покорил вершину горы Маттерхорн.
Софи, у тебя в Вальдестине будут самые великолепные лошади!
В порыве экзальтации Зита совсем забыла, что Софи терпеть не может лошадей, если только они не стоят спокойно в упряжке.
Бабушка сестер была венгерской принцессой.
Ее до сих пор помнили на родине как великолепную наездницу, а о ее красоте слагали легенды.
Только Зита унаследовала ее характер, в том числе и страсть к лошадям.
– Мне нет дела до его лошадей, – произнесла Софи своим бесцветным голосом. – Прежде всего народ Вальдестина должен уважать меня. Я уверена, Зита, что стану для них хорошей королевой.
– Ну конечно, дорогая! – радостно подхватила Зита. – Но самое главное – ты станешь женой короля Максимилиана!
Софи, чуть помешкав, сказала:
– Не думаю, что в действительности мама с одобрением относится к королю Максимилиану. Но она хочет, чтобы у меня было достойное положение. Иначе она бы остановилась на моем браке с маркизом Баден-Баденом.
Зита поморщилась.
– О нет, Софи, он такой скучный! Если он что-то рассказывает, все тут же забывают, о чем он только что говорил.
– По-моему, он весьма приятный человек, – сухо заметила Софи.
Зита понимающе взглянула на сестру.
Король Максимилиан никак не вписывался в понятие «приятный человек».
О нем рассказывал не только профессор музыки.
У Зиты была еще одна любимая собеседница, мадам Готье.
Она приходила к ним во дворец специально, чтобы учить принцесс французскому.
Мадам Готье была парижанкой из приличной семьи.
Когда-то она вышла замуж за альдроссца, но уже давно овдовела.
С тех пор она так и осталась в Альдроссе, но поддерживала связь со своей родиной.
Она регулярно ездила в Париж.
Помимо этого, у нее была масса родственников, поставлявших ей самые свежие сплетни.
Для Софи французский был трудным предметом, поэтому после уроков она сразу же исчезала из классной комнаты.
Зато сестра оставалась наедине с мадам Готье.
– Расскажите мне что-нибудь о Париже, мадам! – просила Зита.
Поскольку мадам Готье жила одна, то она всегда радовалась возможности с кем-нибудь поговорить.
От нее Зита узнала об императоре и императрице.
Она рассказала девочке о том, что королевский портной Фредерик Ворт одевал не только аристократов, но шил наряды и для представителей околосветских кругов, что последние одевались не хуже и увешивали себя даже более роскошными драгоценностями, нежели сановники из дворца Тюильри.
Мадам Готье открыла для Зиты мир, о существовании которого не полагалось знать молоденьким принцессам.
Зита узнала о невероятной экстравагантности женщин, которые, используя свою красоту, заставляли мужчин тратить целые состояния.
Сам император не скрывал своих любовных похождений, поэтому письма племянницы мадам Готье, приходившие еженедельно, были довольно откровенны.
Принц Наполеон содержал любовницу, а известный барон Гауссманн, тот самый, что восстанавливал Париж, на глазах у всех катался в открытом экипаже с молоденькой актрисой Франсин Селье.
Нидерландский король был без ума от мадам Мустар и потратил на нее астрономическую сумму.
Мадам Готье никогда не задумывалась над тем, о чем говорила, а значит, и не осознавала, с какой отчетливостью запечатлевались ее истории в незрелом уме ученицы.
«Увидеть бы Париж своими глазами!»– вздыхала Зита.
Она была счастлива, что может хотя бы помечтать.
Складывая разрозненные истории в одно целое, Зита придумала себе свой Париж, в который мысленно могла отправиться в любое время, когда во дворце становилось скучно «
– До сих пор не верится! – снова воскликнула девушка. – Как здорово, что вы поженитесь! Только обещай, что пригласишь меня погостить в Вальдестине!
Голос Зиты был умоляющим – она всегда без обиняков выражала свои чувства и эмоции.
Но Софи ответила ей своим обычным безжизненным голосом:
– Нет, Зита, я не приглашу тебя ни в Вальдестин, ни в другое место. Ты слишком хорошенькая.
Глава 1
– Но это же несправедливо, мама! – не на шутку обиделась Зита.
Герцогиня ответила не сразу.
Прежде ей надо было подобрать слова.
– Это великолепная партия для Софи. Я не хочу, чтобы ты все испортила.
– Но как? – изумилась Зита.
Герцогиня не стала объяснять причину.
– Я не собираюсь обсуждать эту тему, – строго сказала она. – Когда приедет король Максимилиан, ты не должна спускаться вниз ни под каким предлогом. Ты не будешь участвовать ни в одном празднике, которые мы устраиваем в его честь. Если ты ослушаешься меня, Зита, придется отправить тебя к родственникам.
