моя комната. Ханна Банана привела тебя сюда только для того, чтобы позлить меня.
Она капризно протягивает:
— А куда мне еще идти? У меня же нет своей комнаты.
— Можем пойти ко мне, — говорит Сэйнт, отворачиваясь от меня.
У меня сводит живот при мысли о том, что она может уйти с ним. Неужели я вдруг захотел сестру Хейза? Почему меня это вообще волнует?
— Эм… — теперь Ханна звучит тихо и неуверенно.
Прежде чем она успевает ответить, музыка в гостиной смолкает, и голос ее брата прорезает воздух.
— Все на выход.
Плечи Ханны опускаются от облегчения.
— Извини, — говорит она. — Старший брат вернулся, и он ни за что не отпустит меня с тобой.
Сэйнт тихо рычит, но в конце концов опускает ее ногу. Он достает телефон и просит Ханну продиктовать номер, пока я стою в стороне, наполовину забавляясь их общением. Другая половина меня далеко не в восторге.
— Увидимся, — говорит Сэйнт, кидая взгляд в мою сторону, и выходит в коридор, а Ханна неотступно следует за ним.
Я жду, пока она потеряет бдительность, а затем хватаю за тонкое запястье и тяну обратно в комнату.
Мой член дергается от ее горячего вздоха, но я игнорирую это, и ухмыляюсь, когда она смотрит на меня.
— Пожалуйста, — говорю я.
Ее идеальные губы в форме бантика слегка приоткрываются.
— Что, прости?
О, будем играть в невинность?
Я наклоняюсь, приближая свое лицо к ее.
— Я сказал… пожалуйста.
Она вздергивает подбородок.
— За что?
— За то, что спас тебя, когда твой план провалился.
Когда вижу, как на ее лице мелькает осознание, я не могу сдержать улыбку.
— Не делай вид, будто привела сюда Сэйнта, чтобы он трахнул тебя, когда мы оба знаем, что ты сделала это только для того, чтобы разозлить меня.
И это вроде как сработало.
Ханна скрещивает руки на груди, и я понимаю, что она собирается спорить со мной. Я застаю ее врасплох, когда хватаю за подбородок и запускаю пальцы в ее волосы.
— Я увидел облегчение на твоем лице как только прокашлялся, Ханна. Если тебе нужна моя помощь научиться испытывать оргазм во время секса, все, что тебе нужно сделать, — это попросить.
Я готов к тому, что она наступит мне на ногу, или хотя бы презрительно фыркнет, но она удивляет меня, когда ее зубы впиваются в нижнюю губу, а красивые голубые глаза наполняются уязвимостью.
— Если я попрошу, ты скажешь «да»?
О, черт. Такого я не ожидал. Но я не из тех, кто отступает перед вызовом, поэтому посылаю ее свою лучшую ухмылку.
— Я помогу тебе, Ханна Банана. — Плохая идея. — Но мы должны сохранить это в секрете. Твой брат наложил запрет на тебя, а он не только мой сосед и товарищ по команде, но и лучший друг. Это противоречит кодексу.
Между нами повисает тяжелое молчание, и я пытаюсь разрядить обстановку.
— Но это значит, что ты у меня в долгу. Ты понимаешь это, верно?
Она закатывает глаза, и я медленно вытаскиваю пальцы из ее волос. Я приоткрываю дверь и выглядываю в коридор, чтобы убедиться, что Хейза нет в пределах видимости.
— Я у тебя в долгу? Ты имеешь в виду что-то вроде ответной услуги? Что за услуга? — Ханна тараторит, и это даже мило.
Я киваю подбородком в сторону коридора, молча давая понять, что она может покинуть мою комнату, прежде чем Хейз заметил ее. Когда между нами появляется достаточно расстояния, и порог моей комнаты разделяет нас, я пожимаю плечами.
— Я дам тебе знать, как только придумаю что-нибудь.
Дверь почти полностью закрыта, когда я слышу ее крик полушепотом.
— Я не буду делать за тебя домашнюю работу, Нолан!
Я ухмыляюсь.
Как будто ее ум — это то, что мне нужно.
ГЛАВА 8
Я НЕ БУДУ ЗВАТЬ ЕГО УЧИТЕЛЕМ
ХАННА
Я с трудом могу смотреть ему в глаза.
Мой брат даже не замечает мой дискомфорт, но Нолан — другое дело. Его длинные пальцы барабанят по стойке, пока Хейз обсуждает моего бывшего, отчего мне хочется провалиться сквозь землю, особенно когда Нолан так внимательно слушает.
По крайней мере, на этот раз он не подслушивает, но все же.
— Папа сказал, что он в долгу передо мной, — говорит Хейз, откусывая пиццу.
— За что? — Я даже не уверена, хочу ли услышать ответ.
— За то, что забрал тебя от Коа.
Нолан пристально смотрит на меня. Я чувствую его взгляд на себе, как горячее, обжигающее клеймо.
— Я сама ушла от Коа. — В моем голосе звучит раздражение. — И разве он не нравился родителям?
Хейз хмыкает.
— Он обращался с тобой как с дерьмом.
Я хмурюсь.
— Но они этого не знали.
Брат что-то бормочет себе под нос, доедая пиццу:
— Теперь знают.
— Хейз! — Я кричу ему в спину, но уже мчится к двери
— Извини, я тебя не слышу! — кричит он прямо перед тем, как щелкает замок.
Мало того, что Хейз только что по неосторожности унизил меня перед Ноланом, так он еще и оставил с ним наедине впервые с тех пор, как тот предложил мне помощь в постели.
Я уже на взводе и чувствую неловкость. Последнее, что я хочу сейчас, — это повернуться к нему лицом, но он откашливается, и я знаю, что это мой сигнал.
Я резко разворачиваюсь, и тут же встречаюсь с его взглядом. Мой пульс учащается, и, хотя я не думала, что это возможно, внезапно я чувствую себя еще менее уверенно, чем раньше. Его пальцы снова отбивают ритм, и звук будоражит мои нервы.
— Значит, — начинает Нолан, — твой бывший не только не мог отличить фальшивый оргазм от настоящего, но еще и плохо обращался с тобой? — Он что-то бормочет себе под нос, когда я не отвечаю. — Что именно он сделал плохого, кроме того, что не смог тебя удовлетворить, Ханна Банана?
Меня охватывает жар, и я пытаюсь направить свои эмоции в гнев.
— Ну, по крайней мере, он не называл меня детским прозвищем…
Нолан слегка кривит губы, обнажая белые зубы на долю секунды.
— Тебе не нравится прозвище. Принято к сведению.
Из меня вырывается тяжелый вздох. Получать пикантные уроки от соседа брата и звездного игрока хоккейной команды Уайлдера — ужасная идея. Ничего не выйдет. Мне и так некомфортно, когда он смотрит на меня с другого конца комнаты, не говоря уже о том, чтобы сдаться его прикосновениям.
Я начинаю проходить мимо кухонной стойки, к которой прислонился Нолан, ощущая в груди чувство поражения. Близость с кем-то
