как дышать и проглотила немой крик, встречаясь с совершенно черными и злым взглядом.
А он еще как заорет:
— Убью, блядь.
Но почти тут же, пока я едва ли не словила инфаркт миокарда от страха, обмяк, вдруг впившись в меня пристальным взглядом. Улыбнулся блаженно и качнул головой.
— Я в рай попал, да? Ну, чего молчишь, Ангел?
И снова отрубился.
Глава 5 — Страшно
Варя
Иду на кухню, ищу там нашатырь, а сама вся изнервничалась. Руки вон как трясутся, ну что за непруха такая? Народ веселится, выпивает наяривает «оливье», пока я тут пытаюсь растормошить мужика, свалившегося камнем на мою голову.
Возвращаюсь в комнату, а он все лежит на диване, и глазом не моргнет. Подхожу к побитому, несколько секунд мнусь невнятно, потом все же подношу ватку с нашатырем к его носу. Ну давай, друг открывай глаза, неужели мне скорую вызывать придется? И что я им скажу? Нашла незнакомца на улице? А вдруг он потом на меня кляузу напишет? Нет буду ждать.
И мужик, в самом деле, открывает глаза, постанывает, кажется, окончательно в себя приходит. Беру графин на столе, наливаю воды и подношу к нему. Он бегло окидывает взглядом комнату, затем на мгновение замедляет его на мне. Улыбается зачем-то.
Наверное, все же, сотрясение.
И пока незнакомец меня осматривает как-то блаженно, едва ли не пуская слюнку, успеваю несколько раз нервно глотнуть. Он осушает стакан воды, затем кое-как, не без кряхтения, поднимается и теперь предстает передо мной в сидячем положении. Дотрагивается пальцами у висков, видно голова болит.
И смачно так, трехэтажно материться. Воспроизвести не смогу — то из непереводимого.
— Я вас на улице нашла, — решаюсь я начать конструктивный диалог первой. — Хотя... вы и так, наверное, это помните. Правда ведь?
Но мужик лишь смотрит на меня как-то уж больно странно и упорно молчит._А я начинаю не на шутку психовать. Ну, как бы, посидели и расходимся. У меня тут бутылка водки без дела пропадает и горе не запитое сердце бередит.
— Слушайте, кому нужно позвонить, а? Все-таки Новый год на носу. Вас, уверена, ваша семья ищет волнуется.
Мужик несколько раз моргает, словно пытается сообразить, что ответить. К слову, если приглядеться, он такой — видный. Холеный, если убрать кровоподтеки на лице и чуть поплывший взгляд.
— Твою мать — вырывается у него, и я снова вздрагиваю от неожиданности.
— Что? При чем тут моя мать?
— При том, что я нихрена не помню. В голове пустота и мертвые с косами стоят.
— Вы шутите?
— А я похож на Петросяна?
— Да вроде бы нет — поджимая губы, разглядываю его более внимательно.
— Значит я абсолютно серьезен, Ангел.
— Меня Варя зовут — зачем-то говорю я.
— Эх варвара, нам ли быть в печали. — чешет мужик макушку и снова улыбается мне как шальной. А меня начинает реально напрягать этот разговор.
— Так погодите. Давайте еще раз: вы что правда ничего не помните? Совсем-совсем ничего? — мое сердце ухает в пятки.
— У-у, — он снова вздыхает, затем закрывает глаза и какое-то время сидит так.
Начинает рыскать по карманам. Долго. Пытается найти хоть что-то, за что бы можно было зацепиться, но не находит ровным счетом ничего. И с разочарованным стоном констатирует неутешительный факт — Пусто. Даже телефона нет.
— Ох, как же нам теперь... ох, я... я и не знала, что такое бывает от, что там с вами могло приключится? — тараторю, поднимаясь с табуретки. Меряю шагами комнату, нервно кусаю ногти.
Это что ж теперь получается, мне его никуда не выгнать?
— Может, в полицию? — предлагает он, переводя на меня мутный взгляд. От слова «полиция» я едва не подскакиваю на месте. Нет. Нет. Нет. Только не полиция.
Уверена, там слушать небылицы про амнезию не станут, а мужик всяко расскажет, как я его огрела. Или постойте... он это вообще помнит?
А если пока нет, но потом его накроет неприглядной правдой, и он меня подведет под монастырь? Ну уж нет, лучше потяну время. И хотя бы бой курантов провести дома, а не в изоляторе. А потому, раз и моя вина тут однозначно есть, надо выправлять карму.
— Может… есть хотите? — с лучезарной улыбкой выдаю я.
— Хочу. Очень хочу, — кивает он и снова мне улыбается, от чего я зачем-то краснею, как маков цвет. Ну а что? На меня давно так мужчины не глазели. А может быть и вообще никогда.
— Тогда мойте руки и будем садиться, — бормочу я невнятно.
— А в душ меня пустишь? — я даже не замечаю, как мужик переходит на «ты», но внезапно иду ему на уступки.
— Конечно! Встать-то сможете?
— Не тыкай мне, Ангел, — мужик поднимается, его пошатывает, но вижу, уже явно себя лучше чувствует. Слава богу!
— Варя я, — повторяю вновь, протянув руку. Он правда не пожимает ее, и я тут же убираю ладонь, отчего-то снова смутившись.
— Ангел мне нравится больше, Варя. — Как-то сухо отзывается он.
— А как мне… вас... ой, то есть, тебя называть?
— Я…
— Так?
— Блядь, — сокрушается незнакомец. — Что за херовая ситуация? Но я реально не помню, ни кто я такой, ни как меня зовут. Давай пока оставим мое имя в покое, дай свыкнуться с мыслью, что я ничего не помню, даже когда в последний раз пил.
Ничего не отвечаю, только понимающе киваю. Приятного явно мало, узнать, что ты забыл даже свое имя. Хотя я бы не отказалась от такой функции, может не было бы настолько обидно из-за Женьки, себя, неудавшегося семейного счастья и будущего.
Ладно, не время накручивать. Сперва нужно с этим товарищем разобраться.
— У вас вся рубашка в крови, — замечаю я, кивая на его испорченную одежду.
— Что, отмудохали меня, да? — начинает он ощупывать свое лицо и тут же кривится. — Сука, вот же падлы, так и есть.
— Дать вам что-нибудь переодеться?
— Тебе, а не вам, Ангел. Еще раз выкнешь мне и я тебя поцелую.
— Чего? — охаю я и выпучиваю на мужчину глаза.
— Страшно? То-то же... — и топает в ванную комнату, начиная тут же стягивать с себя одежду, пока я стою и зависаю на эту занимательную картину.
Пальто — минус. За ним пиджак. Дальше рубашка.
Так, Варвара, соберись, нашла чем заниматься!
— Нравится? — замечает мой взгляд мужчина и хмыкает, а я только отворачиваюсь и даю по газам.
Ничего подобного! Вообще, такие боровы не в моем вкусе. Слишком крупный, раскачанный детина. Весь такой брутальный. Одним словом — хищник! Да и староват на мой
