к себе. Причем ручищи эти расположил отнюдь не на спине.
— Для чего ты пришла?
— Э-э…
— Нет, я про другое, что ты хочешь получить за секс?
— А то ты не знаешь, — горько иронично усмехаюсь.
— Повышение? Деньги?
— Это само собой, но главное месть.
— Кому?
— Так мужу моему. Изменил мне ради повышения. Я вот теперь тоже хочу.
— Это уже интереснее.
Неожиданно вновь включается фонарик, закрываю глаза, потому что он светит прямо в лицо. Илья берет меня за подбородок, поворачивает голову влево и вправо.
— Внешность мне подходит.
Фонарик выключается. Мотнула головой, чтобы отцепить от себя мужскую руку. Илья совсем себя странно вести начал.
— Не слишком ли мелко для мести? Просто в отместку, с кем-то переспать? — вкрадчиво спрашивает Илья.
— Мелко? А что еще можно сделать? Я уже много всего передумала. Когда из командировки вернется, того ему… чик-чик, сделать, когда спать будет? Так я не кровожадная, духу не хватит.
Мощная мужская клетка подо мной стала сотрясаться подо мной от беззвучного смеха. Ничего себе Илья смеется, я чуть не свалилась с него от такого смеха, но когда начала сползать, он сам поддержал и вернул на место. Вообще разговор непонятный, но и и правда любопытный, раньше мне с Ильей не было так интересно, а тут прям нервишки натянулись.
— Если мстить, то мстить с удовольствием. Важен ведь не сам факт измены, сама по себе она не так нужна. Хочется ведь, чтобы он осознал, что сделал, почувствовал всю ту боль, через которую почувствовала ты. Ревность, обиду, ощущение предательство. Чтобы морально мучился и горел в в пламени боли. Чтобы он понял, что та, с кем он изменил тебе, никто по сравнении с тобой, а сам он только грязь под твоими ногами.
— О-оу, — изумленно тяну я. — Не, я ничего такого не планировала, всхлипнула. — Так что, ты даже не хочешь со мной переспать?
— С чего вдруг?
— Если бы хотел, то не стал бы отговаривать.
— Разве я отговаривал? Потрогай там, где трогала недавно. Разве это не главный показатель желания с тобой переспать?
Хм. Потрогала. На всякий случай несколько раз, основательно. Нет, ну желание и правда присутствует, кажется, даже стало больше хотя куда уж больше-то? В первый раз при прощупывании я об этом не подумала.
— Ладно.
Шмыгнула носом и начинаю стягивать вниз лямки своего платья.
— Молнию на платье расстегнешь?
Молния расстегнулась просто-таки молниеносно, но вместо того чтобы стянуть платье, опять передумала, засмущалась. Во мне сегодня столько противоречий.
— Что такое, Анна?
— Я не могу это сделать, — грустно сообщаю я темноте. — Можно я пойду?
Моей теперь уже обнаженной спины коснулась теплая, большая рука. По коже сразу побежали мурашки от этого прикосновения. аккуратно ведет рукой вдоль позвоночника вверх и затем вниз. От этого простого движения у меня внутри все переворачивается. Ощущаю себя, как кошка, которую гладит хозяин.
— Как я уже говорил, сам факт того, чтобы с кем-то переспать ничего не значит. Так себе месть, неизвестно, кто после этого будет чувствовать себя хуже. То, что ты находишься в постели другого мужчины, уже можно считать изменой, то, что позволяешь ему себя трогать. Тебе нравятся эти прикосновения?
— Угу, — мычу я. Еще немного, и мурлыкать могу начать, так это приятно.
— Вот, это тоже измена, но с учетом того, что ты получаешь от этого удовольствие, месть становится куда значимее и слаще, даже без факта самого сближения.
Кладу голову на грудь Ильи, устало прикрываю глаза.
— Хочешь сказать, что…
— Месть нужного совершать осознанно, понимая и осознавая, что делаешь, для чего, и какой результат хочешь получить.
Илья вдруг резко потянул мое платье наверх, я, уже не сопротивляясь, позволила стянуть с себя одежду, оставшись только в нижнем белье.
Кажется, опять зажегся фонарик, ощущаю это сквозь закрытые глаза. Рассматривает что ли? Ну пускай, белье у меня красивое сегодня.
Переложил с груди на постель рядом с собой. Зажмуриваю глаза еще сильнее. Страшно, но сбегать уже не тянет.
Лежу и жду каких-то действий со стороны Ильи, но ничего не происходит. Жду еще. Нет, не проявляет активности. Неужели от меня ждет? Для меня было подвигом уже то, что я вообще сюда дошла.
Ну ладно, могу и я. Проникаю, значит, рукой под одеяло, кладу ладонь на широкую твердую грудь, начинаю подробную инспекцию, поражаясь тому, сколько, оказывается, в Илье сюрпризов. Так с виду и не скажешь, что он плотно каким-нибудь спортом занимается. Такие крепкие, мощные мышцы. Но эти-то ладно, а вот нижние если не через одеяло потрогать? Может, там просто одеяло было излишне плотное?
Веду свою любопытную руку вниз, но ее накрывает мужская ладонь, не давая продвинуться ниже.
— Не сейчас.
— Почему это? Мне надо сейчас.
— Физическое желание есть, а вот морального — никакого. Близость с не совсем адекватной женщиной, до конца не отдающей отчет своим действиям — не мой уровень.
Если бы не было темно, я бы пальцем у виска покрутило, еще совсем недавно, этой же ночью, я, такая, как есть, была вполне по уровню Ильи, сам к себе звал.
В который уже раз делаю рывок в сторону выхода.
— Нет, спи сегодня здесь. Не хватало только, чтобы в таком виде к кому-то в номер ворвалась или другие приключения нашла на то самое место.
— Я сюда и ехала за приключениями! — громко возмущаюсь я, одновременно пытаясь спихнуть с талии тяжелую руку. Не хочет по хорошему, сейчас орать буду. — А-а! Наси…
Рот мне залепила вторая мужская рука.
— Вот неугомонная.
— М-м!
Тяжеленный Илья навалился сверху, придавив к кровати так, что дышать трудно, еще и рот закрыт. Пытаюсь вырваться, но очень быстро выбиваюсь из сил. Обмякла.
— М-да, физическая подготовка слабая, еще и никаких навыков самообороны, — недовольно произносит голос, уже будучи сверху.
Я еще не сдаюсь! Обвиваю мужскую талию ногам, а руками шею, изибаюсь, тянусь вверх и губами прикасаюсь к твердым мужским губам, затем просительно провожу по ним кончиком языка. Что, совсем никакого морального желания, нет? Честно сказать, в момент, когда он ответил, жадно захватив мои губы в требовательном, жестком поцелуе, про наличие мужа забываю напрочь.
У меня еще никогда не было такого улетного, бесшабашного, умопомрачительного и порочного поцелуя, я как будто целуюсь с самой тьмой, или скорее демоном, что в ней притаился.
Поцелуй долгий, страстный, никто не хочет останавливаться, но первым все-таки прекращает почему-то демон. Точнее Илья, в котором оказалась так много сюрпризом.
— Женщина, вот что ты творишь? — довольным тоном ворчит горячий Илья, умеющий так властно требовательно целовать.
