Потому он и заметил её смерть.
— И как же умерла эта примечательная особа?
— Спокойно, во сне. В своей постели, в которой на сей раз была одна.
— И в её смерти не было ничего странного? Где её тело? Его вскрывали?
— Нет. Да и зачем? Умерла и умерла.
— То есть, никто даже не осмотрел его на предмет ран и повреждений?
— Ты говоришь как сыщик, — немного озадаченно заметил капитан. — Конечно, тело осмотрели. Но я, видишь ли, ничего в этом не понимаю. Если речь идёт о ранах от меча и копья, я что-то могу сказать, а вот во всём другом ничего не смыслю. Потому я, как обычно, поручил осмотреть тело лекарю, господину Кариньяну. Он ничего не нашёл и заявил, что нет никаких повреждений, кроме царапин на руках.
— Что за царапины? — насторожился Марк.
— Вот это и есть единственная странность в этом деле! Царапины были такие, словно её поцарапала кошка. Горничная сказала, что вечером помогала хозяйке раздеться, и никаких царапин не было. Кошки в доме нет. Ах, да, лекарь говорил ещё что-то о том, что её ногти странно потемнели, и даже решил было, что её отравили, но больше никаких признаков этого не нашёл. Я опросил горничную. Она сказала, что хозяйка последнее время была то сердита, то счастлива, но для женщины её нрава это обычно. Её никто накануне не навещал, она никуда не выходила, никаких угроз не получала. Короче, у меня не было причин сомневаться в том, что её смерть была естественной. Я доложил об этом господину барону и с его разрешения закрыл дело.
— Ты не сказал, где теперь её тело, — напомнил Марк.
— Его нет. У нас маленький городок, друг мой. Места слишком мало, чтоб использовать его под кладбище, и потому мы, подобно алкорцам, сжигаем мёртвых на костре. После того, как дело было закрыто, её тело отвезли на Огненный холм, сожгли и пустили пепел по ветру.
Марк задумался.
— Она болела? Может, у неё были какие-нибудь припадки, она кашляла или страдала коликами?
— Нет, — мотнул головой капитан. — Она была здоровее моей кобылы!
— И никого не смутило, что такая молодая и здоровая женщина вдруг умерла?
— Может, и смутило, да какой в этом прок?
— И то верно, — Марк задумался, и вдруг заметил, что недовольство на лице юного оруженосца сменилось искренним любопытством.
— Куда направимся для начала? — спросил тот, поймав его взгляд.
— Туда, где можно купить приличную одежду, — ответил Марк. — Если я явлюсь в таком виде к свидетелям, они, подобно вашему господину, решат, что я разбойник, испугаются и не станут со мной говорить. И ещё мне нужен меч, — он перевёл взгляд на капитана. — Может, одолжите мне на время подходящий клинок?
— Почему нет… — пробормотал Бонен и обернулся куда-то в сторону. — Филипп, выбери для него что-нибудь получше.
Один из стражников поднялся из-за стола и вышел, а вернувшись, положил перед Марком меч в ножнах. Взяв его, Марк вытащил клинок из ножен и вопросительно взглянул на капитана.
— Да, это всё, что есть, — ворчливо ответил тот. — Не отдам же я тебе свой меч! Хотя, он тоже не лучше. У нас всё оружие такое, или ещё хуже. Всё приходит в упадок! — неожиданно воскликнул он и ударил кулаком по столу. — При старом-то бароне здесь был порядок, но его сын… слишком молод. Его не интересует ничего, кроме охоты и увеселений. Делами занимается его дед, сир де Легаре, но он уже стар, да и умом не блещет! Я говорил ему, что нам нужно новое оружие! Наши мечи потемнели, лезвия выщерблены до зазубрин. И что? Вместо того чтоб заказать мечи нашим оружейникам, он решил купить их на стороне и при этом не слишком потратиться! И в результате привёз вот такое старьё или новое, но у того и вовсе клинки ломаются при ударе! А ты говоришь полтысячи воинов! Нам и от сотни таким оружием не отбиться!
— Ладно, ладно, — успокоил его Марк, вернув клинок в ножны. — Это добрый меч, хоть и старый. В умелой руке он ещё послужит.
— Вот и хорошо, — проворчал рассерженный капитан и потянулся к кувшину с пивом.
После обеда Марк вместе с Раулем отправился в город. Был тёмный день, и людей на улице было не так много. Вскоре Марк убедился, что Ранкур — очень маленький городок, и от площади перед замком были хорошо видны городские ворота. Центральная улица, ведущая к ним, была чуть более оживлённой, потому что вдоль неё тянулись освещённые маленькими фонариками прилавки торговцев, над которыми висели кованые вывески.
Оруженосец, снова надувшись, вёл его мимо гостеприимно распахнутых дверей и улыбчивых приказчиков, с поклонами приглашающих их войти. Вскоре он действительно свернул в небольшой магазинчик и, по-хозяйски оглядевшись, указал торговцу на Марка, пояснив, что нужно подобрать ему приличный наряд. Тот понятливо кивал, а потом смерил покупателя опытным взглядом и поинтересовался, какого рода костюм тот желает, какой цвет и какую ткань.
— Хочу охотничий камзол из лейденского жаккарда миртового цвета, отделанный тесьмой с орнаментом, шитым из старого золота, — выпалилМарк и, заметив испуг на лице купца, рассмеялся: — Неси, что есть! Я выберу!
Тот вздохнул с облегчением и юркнул в заднюю дверцу, после чего вернулся с целым ворохом одежды. Придирчиво рассмотрев всё, Марк остановился на белой муслиновой сорочке, чёрных штанах и синем камзоле из узорчатого сукна. Сапоги он оставил свои, и, удалившись с купцом в другую комнату, переоделся. Взглянув в мутное зеркало, стоявшее в углу, он счёл свой наряд вполне пристойным, и щедро отсыпал торговцу серебра из своего кошелька.
Тот кланяясь проводил его до двери и просил заходить снова, чем очень удивил Рауля, который и без того был поражён внезапным преображением странного незнакомца, назвавшегося бароном де Сегюром.
— Куда теперь? — присмирев, несмело спросил он.
— Для начала мне нужно поговорить с лекарем, который осматривал тело. Его имя Кариньян.
— Я знаю, где он живёт, — закивал юноша. — Он лечил меня от колик, когда я был мал, — добавил он и покраснел.
Они пошли дальше и Рауль снова заговорил:
— Эта улица носит имя первого барона де Ранкура, которого звали Родолфом. Все улицы здесь названы именами славных предков нашего господина.
