Оборона противника состояла из отдельных узлов сопротивления и небольших гарнизонов в населенных пунктах.
Фашисты не ожидали на второстепенном направлении широких наступательных действий Красной Армии. Они намеревались удерживать занимаемый рубеж до весны наличными силами. Только в конце декабря, обнаружив сосредоточение наших войск, враг начал спешно перебрасывать резервы из Франции и Германии.
Условия, в которых нам предстояло действовать, были очень тяжелые. Леса и болота занимали девять десятых общей площади. Войска могли двигаться лишь по лесным дорогам и просекам, покрытым в ту пору глубоким снегом.
У противника в этих районах проходила разграничительная линия между группами армий "Север" и "Центр". У нас - между войсками северо-западного и западного направлений.
Забегая вперед, скажу, что и на этом, казалось бы, второстепенном направлении обе стороны вели ожесточенные бои с решительными целями.
Красная Армия, захватив стратегическую инициативу на главном направлении и расширив фронт активных действий, продолжала наносить по врагу удары в январе 1942 года. Немцы упорно оборонялись, стремясь остановить продвижение советских войск. Основной своей задачей в этот период гитлеровское командование считало удержание занимаемых рубежей, чтобы выиграть время для подготовки новых резервов, необходимых для наступления весной 1942 года. Располагая значительным количеством войск, техники и боеприпасов, немецко-фашистская армия имела большие возможности для организации прочной обороны.
В то же время советское командование считало, что в сложившейся обстановке гитлеровские войска, деморализованные поражением под Москвой и плохо подготовленные к боевым действиям в зимних условиях, не смогут оказать достаточно упорного сопротивления до тех пор, пока не будут восполнены понесенные ими потери. Поэтому Ставка решила использовать сложившуюся обстановку прежде всего для завершения разгрома основной вражеской группировки на московском направлении.
Главный удар планировалось нанести таким образом, чтобы окружить и уничтожить значительные силы группы армий "Центр". К решению этой задачи привлекались армии левого крыла Северо-Западного фронта, войска Калининского, Западного и Брянского фронтов. Здесь должны были свершиться важнейшие события.
Исходя из общего замысла и полученной задачи, командующий Северо-Западным фронтом генерал-лейтенант П. А. Курочкин решил силами 3-й ударной армии нанести удар в общем направлении Красуха, Великие Луки, а 4-й ударной - на Пено, Андреаполь. Правее 3-й ударной армии наступала частью сил 34-я армия в направлении Монаково, Ватолино. Перед этим объединением стояла задача: после окружения демянской группировки противника выйти на реку Ловать, овладеть городом Холм и обеспечить действия 3-й ударной армии с северо-запада. Следует отметить, что такая задача, как выяснилось впоследствии, оказалась для этой армии совершенно нереальной.
В ходе подготовки операции боевой состав нашей 3-й ударной претерпел некоторые изменения. В нее были включены 23, 33 и 257-я стрелковые дивизии, 20, 27, 31, 42, 45 и 54-я стрелковые бригады. Армия усиливалась двумя артиллерийскими полками РВГК, двумя дивизионами реактивной артиллерии, двумя танковыми батальонами, шестью лыжными, четырьмя саперными и одним инженерным батальоном. Всего в армии насчитывалось: людей - 51 600, танков - 35, орудий 142 и минометов - 347.
Командующий 3-й ударной генерал-лейтенант М. А. Пуркаев решил главный удар нанести центром армии в направлении Тереховщина, Слотино, уничтожить противостоящего противника и к исходу четвертого дня наступления выйти на линию Новая Русса, Слотино, Ивановское. В дальнейшем предполагалось развивать наступление в направлении Велилы, Мухино и овладеть рубежом река Большой Тудер, озеро Лучане.
Дивизии, входившие в первый эшелон 3-й ударной армии, были сколочены, хорошо управляемы и полностью укомплектованы личным составом и вооружением. Во всех соединениях и частях велась большая партийно-политическая работа. Коммунисты и комсомольцы составляли четвертую часть личного состава дивизий и бригад, являясь цементирующей силой войск. На 1 января 1942 года в соединениях армии насчитывалось 5412 членов и кандидатов партии и около 9 тыс. комсомольцев. Проводились партийные и комсомольские собрания, посвященные предстоящим боям. В войсках царил боевой подъем. Люди с нетерпением ожидали начала наступления.
Вечером 3 января полковник Юдинцев послал меня в Красуху, в штаб 3-й ударной армии, за боевым приказом. Вероятно, с целью соблюдения секретности боевой приказ по армии, занимавший семь страниц, был написан от руки чернилами. Вместе с офицерами, прибывшими из других дивизий и бригад, я тут же взялся снимать с него копию.
Перед 33-й стрелковой дивизией, усиленной 106-м дивизионом реактивной артиллерии, 146-м танковым батальоном, 469-м саперным батальоном и 79-м лыжным батальоном, была поставлена задача: совместно с частями 257-й стрелковой дивизии окружить и уничтожить противника, занимавшего рубеж Болошово, Машугина Гора, Залучье. Главный удар предстояло нанести правым флангом севернее озера Щучье. К концу первого дня боев дивизия должна была выйти в район Баталовщина, Игнашевка, выбросив вперед подвижные группы лыжников. Ширина полосы наступления 10 километров.
Справа 23-я стрелковая дивизия уничтожала противника в районе Заозерье, Ровень-Мосты. Слева 257-я стрелковая наступала в направлении Задубье, Гуща, Барутино.
Командование дивизии и работники штаба тщательно проанализировали привезенный мной документ. Детально разобравшись в поставленной перед нами задаче, полковник Макарьев выслушал мнение начальника штаба, начальника артиллерии и военкома дивизии. Затем нанес на карту свое решение. В первом эшелоне действовали 164-й и 82-й стрелковые полки. Они, в частности, получили указание: не ввязываясь в борьбу за населенные пункты, находящиеся на переднем крае обороны противника, стремительно наступать в заданном направлении.
Против нас оборонялись подразделения 415-го пехотного полка гитлеровцев, усиленные охранным батальоном.
Получив наш приказ, часта дивизии начали выдвигаться в исходные районы. Стрелковые подразделения выходили организованно: дороги были предварительно расчищены, личный состав имел хорошую подготовку, отлично поработала разведка. Хуже было с приданными частями. Танковый батальон и дивизион "катюш" застряли где-то в пути.
Такое же положение сложилось, вероятно, и в других дивизиях. Поздно вечером из штаба армии пришло распоряжение: 8 января боевых действий не начинать.
Понадобились еще почти сутки, чтобы все выделенные для наступления части прибыли на свои места. Лишь после этого мы получили боевое распоряжение штаба 3-й ударной, в котором указывалось: "Артподготовка - 8.30 9.1.42, начало наступления полков - 9.00 9.1.42".
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
