— Правда? — произнесла она, едва слышно смеясь.
— Правда. — Он улыбнулся ей знакомой улыбкой, перед которой Линдсей никогда не могла устоять. — Это было для меня настоящим открытием, дорогая. А теперь скажи тоже, как ты соскучилась по мне и как ты рада, что я вернулся.
— Ты слишком многого хочешь, Райан. — Она тщетно пыталась скрыть прозвучавшее в ее голосе удовлетворение. — Но ты ведь всегда хотел или все, или ничего, не так ли?
Глаза Райана потемнели от гнева. И тут же прояснились. Линдсей снова удивилась своему спокойствию. Она опять заметила смущение и замешательство во взгляде Райана, словно ее равнодушие поразило и его.
— Ты ведешь себя так, словно мы совсем незнакомы.
— А я и не уверена, знаю ли тебя, Райан, ты здорово изменился. Три года — срок долгий.
— Поверь, ты не должна так со мной говорить. — Он поймал ее взгляд. За три года не было дня, чтобы я не думал о тебе, Лин, — хрипло произнес Райан. — Не было ночи, чтоб я не проснулся, желая обнять тебя…
— Вот как? — Она приподняла бровь и словно случайно обошла вокруг стола, который оказался между ними. — Недаром говорят, что каждый получает кару по грехам своим.
Глава 2
— Не терзай меня понапрасну, Линдсей! — Он отвернулся от нее и тяжело оперся о подоконник руками, низко опустив голову.
Линдсей смотрела на него в раздумье, слегка сбитая с толку тоской, прозвучавшей в его сильном голосе. Ты ведешь себя как дурочка, подсказывало ей какое-то внутреннее чувство. Бог свидетель тому, он уже ушел от тебя однажды, а ты ведь так любила его. И, возможно, уйдет вновь, когда представится случай. Может быть, и он по-своему любил тебя.
На какое-то мгновение она вперила взгляд в его широкую спину, потом со вздохом бросила сумочку на стол.
— Может, ты хочешь чего-нибудь выпить, Райан?
Он обернулся и тревожно посмотрел на нее Его настороженность позабавила Линдсей, и она улыбнулась, кивнув головой в сторону стенки из хрома и стекла:
— Бар в этой секции.
Он подошел к бару и критическим взглядом осмотрел бутылки.
— Либо ты приобрела вкус к дорогим напиткам, либо тебе приходится ублажать высокопоставленных клиентов.
Райан вопросительно указал на рюмку и, когда она покачала головой, отказываясь от своей порции, налил себе коньяку.
— И то, и другое. Можешь присесть.
Она опустилась в белое кожаное кресло, которое стояло возле окна, а Райан продолжал расхаживать по комнате.
— Ты чертовски здорово набираешь очки, мадам, — спокойно произнес он, рассматривая вставленный в рамочку премиальный диплом за лучший проект. Ходят слухи, что ты преуспеваешь, тебя считают признанным молодым дарованием. — Он повернулся к ней и оперся плечом о стену. — Ты профессионально работаешь, Лин. Я горжусь тобой.
Линдсей тихо рассмеялась.
— У меня был хороший учитель, Райан. Неожиданно он по-мальчишески задорно улыбнулся.
— Если б это была моя заслуга, я бы гордился собой, дорогая. Ни я лишь указал нужное направление, остальное ты сделала сама.
Она не хотела признаться себе, как порадовала ее похвала Райана.
— Но ты и сам достиг немалою.
— Нет. Нет, не совсем так. — Он долго молчал, задумчиво потягивая коньяк. — И потом, я дорого заплатил за это Заплатил такой ценой, какую не мог себе и представить.
В его голосе звучала горечь, которой Линдсей раньше никогда не слышала.
— За все приходится платить, Райан, — тихо заметила она. — Ты ведь сам говорил мне, что секрет успеха заключается в том, чтобы добиваться своего любой ценой.
Он невесело хмыкнул и сделал большой глоток коньяку.
— Да, но прежде, чем начать добиваться чего-то, нужно определить цель.
Линдсей с любопытством взглянула на него.
— Ну, а что скажешь ты, Райан? Ты выбрал свою цель?
Он удивленно посмотрел на нее.
— Да. Возможно. Но в конце концов я убедился, что цель моя ложная. Он не отрывал взгляда от нее. — Я объехал полмира в поисках того, что ждало меня здесь.
— В поисках славы, известности и признания, — поддразнила его Линдсей, внезапно раздражаясь оттого, что разговор принял такой оборот. — Ты живая легенда, Райан Маккрей. Чего еще может пожелать мужчина!
— Я бы все это отдал за то, чтобы повернуть время вспять, — с твердой убежденностью проговорил он. — Но на то, чтобы понять это, ушло почти три года, черт побери; самую большую ошибку в своей жизни я совершил, когда ступил на борт самолета и отправился в Рио без тебя.
— Наша жизнь полна ошибок, Райан, — быстро отозвалась она.
Разговор, несмотря на все ее усилия, снова приобретал тревожный характер, и она хотела опять вернуть его в безопасное русло.
Едва заметная тень недовольства пробежала по лицу Райана.
— Ты что, посещаешь курсы «Правил хорошего тона для преуспевающих бизнесменов» или берешь уроки вежливости? — проворчал он. — Ты так и сыплешь банальностями.
— Я изучала «Курс светских бесед за коктейлем», — легко парировала она, хотя его подковырка и задела ее. — Эту науку нам преподавали с первого семестра вместе с гражданским инженерным искусством и техникой проектирования.
— Черт побери, Линдсей, я пришел сюда не для того, чтобы упражняться в словесных баталиях! Я стараюсь кое-что объяснить тебе, дай мне шанс. Я хочу извиниться за…
— Тебе не в чем извиняться, — перебила его Линдсей. — Три года назад ты принял решение, которое счел правильным. Не нужно ничего объяснять.
— Я хотел, чтобы ты была там со мной, Лин.
— Но не как жена, — непринужденно, чуть насмешливо ответила она.
Отчаяние исказило его волевое загорелое лицо.
— Лин, я…
— О, не тревожься, Райан, — со смехом успокоила его Линдсей. — Я не собираюсь разыгрывать из себя покинутую любовницу. Забудем прошлое, тогда я была еще очень молода и наивна, а потому и думала, что если мужчина пригласил женщину разделить с ним постель, значит, любит ее. С тех пор я повзрослела.
— Ты действительно так думала? — спросил он упавшим голосом. — Ты действительно думала, что я не любил тебя?
Ей вдруг стало неловко, и она отвернулась, разглаживая складку на юбке.
— Тогда я была мечтательницей со своими представлениями о любви, Райан, и я пережила потрясение, когда мне пришлось распроститься с грезами и столкнуться с суровой, обыденной жизнью. Впрочем, после того как я приняла решение, мне стало легче.
Он внимательно посмотрел на нее.
— Что ты имеешь в виду? Она улыбнулась, удивившись, что воспоминания уже почти не причиняют ей боли.
— Я решила поехать вместе с тобой, Райан. Однако, когда вернулась в Бостон, чтобы сказать об этом, тебя уже не было.
