меня. Я и забыл, что строю политическую карьеру. Не особо она мне нужна. Я юрист, вполне успешный. Мне нравится моя работа. А вся эта показуха и кутерьма бесит. Но, благодаря вчерашней бредовой акции я нашел Полину и узнал, что стал отцом.
У меня два сына!
Пусть с опозданием, но я сделаю все, чтобы мои дети ни в чем не нуждались.
— Да! — рявкаю в телефон.
— Максик, а ты где? У нас съемки рекламного ролика в восемь утра должны быть. Тебе уже гримироваться пора, — пиар−директор лепечет слащаво, я аж кривлюсь, будто лимон кусанул.
— Отменяй все, у меня выходной сегодня, — обрубаю резко и отключаюсь от абонента.
Не хочу слушать ее уговоров и претензий. Я устал, имею право отдохнуть. Мне разобраться с семейством нужно, правду узнать у них.
Только хочу завести тачку, как из подъезда выскакивают мои близняшки. Сердце радостно екает, выхожу из машины. Полина останавливается, когда меня видит. Потом презрительно фыркает и хватает мальчишек за руки. Идет мимо, будто не знает меня.
— Полин, давай отвезу, куда нужно, — предлагаю, ни на что не надеясь.
— Не нужно, здесь недалеко, через три двора всего, — отвечает все же.
Ясно, с девушкой контакта так и нет. Тогда я делаю ставку на мальчишек.
— Пацаны, хотите прокатиться? Запрыгивайте! — открываю заднюю дверцу.
Они не обманули моих ожиданий, вырвались из рук матери и с восторженными визгами кинулись к машине. Полина и глазом моргнуть не успела, так и стоит с открытым от удивления ртом, пока пристегиваю малышню.
— Это нечестно! — топает ножкой.
— В машину садись, поехали, — настроение мое ползет вверх.
Кажется, подружиться с сыновьями будет гораздо легче, чем укротить их мать. Ну да ладно, пока и этого хватит.
— Спасибо, дядя, клутая тачка! — благодарит меня малыш, когда отстегиваю его возле детского сада. — А мы в садик идем, там у нас длузья будут.
— Удачно подружиться, — приобнимаю ребенка, тут же отпуская.
Но я успел почувствовать маленькое тельце сына. Сумасшедшие эмоции, знать, что это мои дети, офигенно!
— Меня Андлейка зовут… а он Матвейка, — показывает на брата, который тоже будто ждет, чтобы его обняли. Обнимаю и его.
— А я… — собираюсь сказать, что я отец, но Полина обрывает.
— Побежали! Опаздываем!
Я жду, пока она отведет детей, чтобы отвезти до дома. Вскоре выходит, и сразу сама идет к машине. Садится на переднее сиденье. Надо же!
— Значит так, Чудинов, — начинает сразу, злобно сдвинув брови. — Хватит меня преследовать, охранять и караулить! Иначе полицию вызову, если еще раз у своего подъезда увижу. Понял?
— Услышал, — соглашаюсь, заруливая в ее двор. — У меня тоже условия. Если запрещаешь мне общаться с моими сыновьями, то мне придется обратиться в суд. И тогда я буду иметь право забирать мальчишек на выходные. Для начала.
— Ты не посмеешь! — шипит, наставляя на меня палец.
— Полин, я говорил — со мной лучше дружить. И алименты тебе придется оформить, это не для тебя. Я обязан обеспечивать своих детей. Я еще за все года насчитаю, думаю, там на приличную жилплощадь хватит.
— Нам ничего от тебя и твоей семейки не нужно! Ты чего как баран уперся? Тебе же лучше — ни забот, ни хлопот. Считай, что я аборт тогда сделала.
— Ты ничего не знаешь. И не бойся моих родителей. Я вас в обиду не дам.
— Уже дал… идиот! — выскакивает из машины и бежит к подъезду.
А я смотрю вслед, второй раз за утро. Потом еду к законной жене. Через час я въезжаю во двор огромного особняка. Все родные и друзья думают, что я здесь живу, с женой. Только один друг знает правду. Мы с Гошей учились вместе на юридическом, в вузе сдружились.
Сразу иду в спальню, где Снежана еще нежится в постельке. Торопиться некуда, что ей еще делать. Присаживаюсь на кровать.
— Снеж, давай разведемся? — сразу к делу перехожу.
И вдруг понимаю, а какого хрена я ее спрашиваю? Она мне фактически никто. Ну было пару раз, опять же по настоянию родителей, которые внуков требовали. На большее меня не хватило. Ледышка она, и будто вокруг все замораживает.
— Я сегодня на развод подам, — говорю твердо. Сразу ухожу, но на пороге меня настигает вопрос.
— Нашел их? Максим, зачем нам разводиться? Разве ты и так не свободен? Ну помогай бывшей, на детей мелочевку подкидывай. Даже можешь в койку к ней залезть, я не против. Но развод…
— Значит, ты знала, что Полина беременна тогда была? — смотрю на красивую изящную женщину в шикарной кровати и тошнить начинает. — Видеть тебя не могу.
— Максим! Ну зачем тебе этот геморрой? — летит следом за мной. Именно летит, как ведьма. Только полы шелкового пеньюара развиваются, будто красные языки пламени. — Ну не вписываются они в нашу жизнь…
— В твою точно нет, — усмехаюсь. — А в моей жизни моим сыновьям и их матери как раз самое место. Вот только не скоро Полина меня простить сможет. Но я все сделаю, чтобы это случилось быстрее. Так что, извини, хватит с меня, пора заканчивать этот фарс. Я сам все сделаю.
Будто гора с плеч упала. Глыба ледяная рухнула. Подсознательно я винил Снежану, за то, что уговорила на свадьбу, расписала все так, что я повелся. Думал, она поможет мне остаться с Полиной. А она наоборот, помогла моим родителям рушить то, что тогда было дорого мне.
Сам виноват. Теперь даже не уверен, что получится все вернуть. Полина меня ненавидит.
Глава 6
Полина
Я зла, как тысяча чертей! Вот не мог он не лезть в нашу жизнь? Не понимает, что теперь опасность угрожает детям. Про себя уже не говорю. Он живет с закрытыми глазами будто, не видит, какие страшные люди его окружают.
Я не могу усидеть дома, хоть и устала невыносимо. Спускаюсь вниз, приоткрываю дверь подъезда и выглядываю. Уехал. Бегу на остановку. Проезжаю несколько кварталов. В большом новом доме мама работает консьержкой. Она утром на смену заступила.
— Поля, ты чего? — испугалась мама, увидев меня. — Случилось чего?
— Да все то же самое — Чудинов, мам. Он теперь не отцепится от нас. Алименты свои сует. Я отказалась. Так он, знаешь, что придумал?
— Нет…
— Он сам на себя решил на алименты подать, — хожу по небольшому кабинетику мамы, вне себя от злости.
— Ну Поль, это нормально, когда отец, который не живет с детьми, платит на них алименты. Разве нет? — мама удивленно смотрит на меня.
Сказать ничего не успеваю, к окошку подошел жилец и попросил маму
