не хотят в его мафиозные дела влезать, то очень неплохо, если они просто будут на вершине нормального бизнеса…
Опять же, сейчас у этого Джино плохие отношения со своим братом, который в полиции работает, но они неизбежно улучшатся, если отец будет знать, что сын работает на легальном заводе, который охраняется мафиозной структурой его брата. Тут уже хочешь не хочешь, а в лицо брату фыркать не станешь — он безопасность твоего сына обеспечивает. Глядишь, и отношения у них наладятся.
И, кстати, про отца Альфредо, этого полицейского. Надо будет подумать также и над схемой, когда вместо выхода на пенсию и трудоустройства на заводе, он при твоей поддержке начнёт стремительно карьеру делать в полиции. Сам понимаешь, тут подмазать, там подмазать — и он до комиссара вырасти сможет… Главное знать кому и сколько заносить, а по этому поводу тебя Джино просветит…
Мы уже знаем, что от мафии отец Альфредо никакой поддержки не примет, раз так сильно со своим братом ругается, который в мафию подался. Но кто сказал, что он не захочет принять поддержку в своей карьере от серьёзной фирмы из Северной Италии, которая решила открыть филиал на территории Сицилии? Тем более, если в нее сын большим начальником устроился? Захочет, скорее всего, вряд ли честолюбие настолько ему чуждо. Только надо очень грамотно разговор с ним построить на эту тему, чтобы точно не обидеть. Вести разговор о том, что вы как фирма из Северной Италии с низкой преступностью хотели бы видеть стремительно растущим в чинах именно его, неподкупного честного полицейского, не готового принимать деньги от мафии…
Тогда у нас получится через Альфредо иметь сразу два рычага влияния. И на его дядю-мафиози, и на его отца в сицилийской полиции. Они оба будут заинтересованы, чтобы у нашего завода всё было хорошо.
Черт возьми, наверное, чтобы этот фактор лучше сработал, надо тогда Альфредо сразу директором на Сицилию и посылать… Черт с его диссертацией, он все равно ее не очень охотно и пишет. Пошел в аспирантуру сугубо потому, что не знал, что делать дальше после окончания университета…
Фирдаус уже совсем ошалел от моих выкладок, кивал уже просто безмолвно, да помечал что-то себе в блокноте. Я время от времени паузы делал, так что он вполне справлялся с конспектированием.
— Так, и вот еще вспомнил, что тебе надо Тареку предложить.
И я начал излагать Фирдаусу идеи про строительство аквапарка и уличных силовых тренажеров…
Попрощались с ним, договорились, что после того, как он с японским послом пообщается, приедет и расскажет мне, как все прошло. А также за выходные еще раз все нюансы моих предложений по Сицилии продумает, поищет слабые места. Сердечно попрощались, и он уехал. А я, глянув на часы, понял, что минут через пять надо уже и на радио выезжать. Тузик, бесконечно счастливый из-за такой длинной утренней прогулки, охотно домой пошел.
Допил поспешно практически остывший чай, схрумкал печенье. Потом глянул на подарки от Фирдауса, и съел батончик «Сникерс». Питательная штуковина для быстрого перекуса. Калории нужны перед выступлением, завтрак вообще самой солидной частью трапезы должен быть, ну тут уж как получилось. Ясно, что на постоянной основе я так делать не буду…
В этот раз на радио, в отличие от прошлого, когда руководство прибежало все контролировать и Николаев сам был на взводе, поработали расслабленно и душевно. Суббота имеет свои преимущества, видимо, ни высокого, ни среднего начальства на месте не имеется… Ну и срочности нет той после пинка откуда-то сверху.
И по зданию, когда передвигался почти никто не попадался, в отличие от будних дней. А в будни куча народу суетится вокруг…
Начали с арабо-израильских противоречий. Пришлось немного залезть в историю, начиная с библейских времён, чтобы описать, как именно израильтяне видят ситуацию, в отличие от арабов. Николаев, выслушав все это, влез с комментарием:
— Но эти претензии из текста Ветхого завета звучат достаточно странно. Мало ли что происходило несколько тысяч лет назад, даже если допустить, что все именно так и было…
— Полностью согласен с вами, даже несколько сотен лет способны радикально изменить всю ситуацию в том или ином регионе. Что уже говорить про тысячи лет? Но проблема с точкой зрения израильтян заключается в том, что ее практически без всяких условий поддерживают Соединённые Штаты Америки и их союзники. И даже если союзники в отдельные моменты отступают, достаточно одних американцев, чтобы создать неприятности всем арабским государствам в регионе… Так что не так важны те исторические претензии, которые выдвигают израильтяне, как то, что при помощи американцев их продвигают по праву сильного, ломая хребет о колено всем, кто не согласен…
— И как вы считаете, будет развиваться ситуация в регионе в дальнейшем? — спросил меня Николаев.
— Американцы будут делать все для того, чтобы уговорить отдельные арабские государства заключить мир с Израилем, не выполняя резолюций ООН о том, что он должен вернуть оккупированные территории. Впрочем, американцы никогда и не считались с мнением ООН, если оно вдруг отличалось от их собственного мнения. С этой точки зрения ничего нового. Просто будет присутствовать определённое лицемерие. Они же тоже как члены Совета безопасности ООН голосовали за то, чтобы эти резолюции в отношении Израиля были приняты. А на деле выполнять их совершенно не собираются…
— А что же арабские государства? Просто молча будут смотреть на это и прогибаться под указания Вашингтона? — возмутился Николаев.
— Ну вот они попробовали иначе… Не получилось. В этом регионе мира американский империализм и его союзники оказались слишком сильны… Это не повод для прогрессивных сил сдаваться, конечно, в борьбе за справедливость, но и иллюзий иметь тоже ни в коем случае не нужно.
Вот примерно в таком духе мы с ним и проговорили полчаса…
Сделали перерыв на десять минут, попили чайку. Николаев рассказал, что та моя прошлая передача, которую я приехал экстренно записывать по просьбе Латышевой, наверху понравилась. Впрочем, кому именно понравилась, он так и не сказал. Вполне может быть, и сам не знал этого. Ему могли его начальники спустить просто информацию, что все воспринято наверху хорошо… Скорее всего, так и есть, не его уровень такие детали знать.
Перешли ко второй теме, по освещению Всемирного конгресса миролюбивых сил в Москве. Я за несколько минут рассказал, по поводу чего этот конгресс собирался, и насколько важна поднятая на нем тематика для современного мира. Минут семь уделил подробному разбору речи Брежнева. Ясно, что без
