нет. Все средства у него, я лишь веду хозяйство, да за каждую копейку отчитываюсь. Подарки и одежду он сам мне покупает. Когда-то мне это казалось невероятным проявлением заботы и любви. А сейчас я понимаю, что он все у меня забрал. Вернее, я все ему отдала, даже возможность выбирать.
– Некуда бежать? – хмыкнула тетя Люся. – Тогда или рой могилу, или принимай бой.
– В смысле?
– У тебя какие варианты? Бежать. Терпеть. Бороться. Он ведь хоть и говно, но человек. Я имею в виду не бессмертный. Со слабостями. Ищи их, рой носом. Борись. И беги. Я помогу, чем смогу. Но сильно не рассчитывай. Старая я. И мужа твоего тоже боюсь. Он властный тип, вон на какой машине его возят. Знаешь, был в моей жизни один мужик гнусный. Все ходил за мной. Подкараулил как-то меня после работы. Да попытался наброситься. Он сильный. А я маленькая, слабенькая, он на три головы выше. Не знаю, что тогда на меня нашло. Но я кинулась на него, как больная, бешенная. И отмудохала так, что его лицо стало похоже на пельмень. Пьяный он, конечно, был. Повезло мне очень. Но я тогда крепко ему надавала. Не знаю, как не убила. И ты знаешь, он больше за мной не ходил. Тогда я поняла одну золотую истину: ты или быстро бежишь, или принимаешь бой. Но непременно действуешь. А не сидишь и ждешь, пока из тебя котлету сделают или отбивную и достоинства лишат. Думай, детка, думай. Ты же не котлета?
– Уже почти, – вздохнула я. Но ее слова попали прямо в душу и в голову. И стали прорастать. Пускать стебли, ветвиться у меня в голове.
Она поила меня чаем и успокаивала. А я думала о том, что буду сражаться.
Глава 3
Можно ли любить чудовище? Ну конечно. Я любила своего мужа. Хотя, скорее, это была не любовь, а какая-то зависимость. Ведь любила не того, кто меня тиранил. А того, каким он был когда-то. Даже когда он открыл свое настоящее лицо, я вспоминала его прошлого. И оплакивала своего героя. Я помнила каждую минуту своего былого счастья и понимала, что проблема еще и в том, что я по-прежнему надеюсь. Верю, что все наладится и вернется мой прежний любимый Паша. Что это временные трудности. Или я сама виновата, вот он и психует. Не бывает ведь идеальных людей. И я не идеальна. Я порой ловила себя именно на таких мыслях. Он же может быть нормальным! Идеальным!
И это был самообман. Самый жестокий из всех возможных.
Разговор с соседкой меня взбодрил. Во-первых, она единственная, кто мне поверил. А во-вторых, я понимала, что она права. Эти качели будут постоянными. Только плохого постепенно станет гораздо больше, чем хорошего. И в конце концов муж меня убьет. Совершит то, что невозможно будет исправить. И мне необходимо начать с того, чтобы признать: муж – чудовище. И он никогда не был принцем. Это я его таким выдумала, поверила. И отдала все ключи от собственной жизни. Бери, рушь, делай что хочешь. Он и делал, что хотел. Не принц. Монстр.
Знаете, в чем наша проблема? Женщин? Мы слишком терпеливы. Нас с детства учат терпеть и прощать. А еще заботиться о других. Иногда вопреки своим интересам. Природная материнская жертвенность, мать ее. Терпеть, прощать и надеяться на лучшее. А иногда надо просто уйти. Сразу. Как только чувствуешь этот внутренний дискомфорт – отстаивать свои позиции, бороться за каждый сантиметр своего я.
Но нам хочется отдавать себя без остатка. И надеяться, что все впрок. И будет отдача. Или пусть ее не будет, но нашему любимому человеку станет хорошо. Даже если нам в это время плохо. Все ведь во благо.
Я вышла от соседки с пустой головой и села возле подъезда. Босиком. Мне не хотелось идти к родителям. Я знала, чем кончится этот побег. Они отправят меня обратно. Удивительно, как быстро он завоевал их внимание и доверие. А может, им просто не хотелось вникать в проблемы дочери? Я думала и об этом.
Паша, видимо, увидел меня в окно.
Он спустился и отвел меня домой. Пытался даже на руки подхватить. Но я просто пошлепала босыми пятками за ним.
Это был чертов мир между нами. Он был нежен и учтив. А я слишком измотана, чтобы начинать бой сначала. Да и смысл начинать, если я точно проиграю? Я просто сжала зубы и терпела, пока он покрывал мое тело поцелуями, безмолвно плакала. А потом уснула.
Утром он ушел на работу, а я нашла телефон службы поддержки женщин, подвергающихся тирании от близких людей. И позвонила. Иногда надо посмотреть правде в глаза.
Минут 30 меня всячески мотивировали на жизнь. Говорили абсолютно правильные вещи. Но когда внутри дырка, эти слова выскакивают, не оставив даже осадка. Я поняла, что если я не найду в себе сил для борьбы, то мне никто не поможет. Ни одна служба поддержки и даже спасения. Разве что отпевание спасет мою душу. И все.
Соседка была права. У моего мужа есть слабые стороны. Если порассуждать – то это его работа, его статус, его лицо. Я знала, что он рвется к власти. Строит карьеру. Но он пока в середине пути. И этот путь очень тернист. Один неверный шаг, скандал – и репутацию сложно будет восстанавливать из пепла. И это мой шанс. Нет, не бежать и не кричать, что он меня бьет. Это редко срабатывает у нас. Через день уже все встанут на его сторону и будут говорить, что я сама мужика довела. Ведь ничего не сделала для того, чтобы он меня не бил.
Я знала, что его любят. Его ценят, ему доверяют. Он свой. В любом коллективе. Для моих друзей и даже родителей. Он – свой больше, чем я. Мне никто не поверит. Моему слову. Никогда. Чудовище в образе принца очаровало всех.
Но ведь это и есть его слабое звено. Его образ идеального во всем. Его репутация. Мне просто надо его подловить. И собрать компромат. Да такой, чтобы не отвертелся, чтобы все факты налицо. И он испугался бы огласки.
Эти мысли меня взбодрили. Конечно, не свет в конце тоннеля, но маленькое озарение.
Что еще мне нужно? Наверное, самое главное, что я уяснила – нельзя быть жертвой. Как только сложишь лапки – тебя раздавят. Сожрут и не поперхнутся. Сейчас я жертва, и надо
