Можно было всю прогулку дедукцией заниматься.
– Давай мы потом присоединимся? А начнёт пусть Петька, раз он такой у нас – почти Шерлок. – Летка смотрела на Петьку, прищурившись: дескать, ну как? Принимаешь вызов?
Но он попытался отвертеться:
– Мы далеко, что отсюда разглядеть-то можно?
– А мы будем постепенно к нему подходить. Можно вообще пару раз мимо прогуляться, чтоб все детали рассмотреть. Ты давай не увиливай! Сам же хвастался, что чуть ли не круче знаменитого сыщика.
– Точно-точно, начинай, а потом и мы, – поддержал Летку Сашка. – Работай, Холымысы. Что ты можешь сказать об этом человеке?
– Ну… Это мужчина!
Сашка засмеялся, но Летка его остановила:
– Саш, ну чего ты? Надо же с чего-то начинать!
– Ладно, ладно. Петь, извини! Просто смешно немножко стало.
– Конечно, ржать над другом любой может! – Петька мастерски изобразил обиду. – А я всё правильно делаю. Потому что, когда описывают человека, сначала говорят, мужчина это или наоборот.
Летка хмыкнула:
– Наоборот – это как?
– Ну, женщина, – Петька почему-то засмущался, – или девочка. Или бабушка, например. Потом говорят, какого он роста. Этот вроде довольно высокий. Саш, видишь? Там, у моего подъезда, дерево растёт, и ветка одна у него свисает. Вроде невысоко, но до неё даже наш сосед дядя Паша не дотягивается, я точно знаю. Потому что один раз из окна выбросили мусор в пакете и он на ветке повис. Все идут мимо, а из этого рваного мешка на их головы дрянь всякая сыплется: очистки картофельные, скорлупа от яиц. На дядю Пашу вообще пачка от сметаны свалилась, прямо на голову. Он орал как сумасшедший, и даже матом.
– Петь, ты по делу давай.
Они прошли уже половину пути, и Сашка боялся, что из-за лишней болтовни они не успеют довести дело до конца.
– Да я и говорю! Дядя Паша хотел пакет с ветки снять, тянулся-тянулся, на цыпочки вставал, а снять всё равно не смог. Пришлось ему из дома табуретку нести. А этот человек – видите? Он чуть ли не головой в ветку упирается! Или это просто так кажется издалека? – Петька почесал затылок в сомнении.
– Да нет, мне тоже кажется, что он высокий. – Летка чуть прищурилась. – И ещё я думаю, что у него машина есть и что он на ней сюда приехал.
– Почему? – мальчишки выпалили это почти хором.
– Смотрите: сегодня погода неустойчивая, то солнце, то ветер, то вроде дождь собирается. Люди вокруг почти все в куртках. И ещё: если присмотреться, почти у каждого прохожего в руках сумка или пакет какой-нибудь. Там документы, ключи, зонтик и всё остальное, что человеку может понадобиться в дороге. А этот человек – с пустыми руками. И костюм на нём лёгкий совсем. Я думаю, это потому, что он на машине приехал.
– А ещё он бизнесмен наверняка! В крайнем случае учитель. Но я думаю – бизнесмен! – Сашка говорил быстро, как только мог, чтоб друзья его не опередили. – Сегодня суббота, а он в костюме.
– Ну и что? – Лицо у Петьки было недоверчивое.
– А потому, что все нормальные люди в выходной день не брюках с пиджаком, а в джинсах и куртках или толстовках.
– Это точно, – согласно закивала Летка, – я свой противный костюм с юбкой в клеточку терпеть не могу. Если б в нашей школе не заставляли форму носить, я бы всё время в джинсах ходила, а летом в шортах. Вам, пацанам, везёт: у вас нормальная одежда, не платьица какие-нибудь с оборочками.
– А я тебя в платьице и не видел никогда, – сказал Сашка, а про себя подумал, что, наверное, Летка и в платье выглядела бы вполне ничего.
– И я не видел! И я тоже костюм терпеть не могу! – Петька заорал так, что незнакомец вдруг повернулся в их сторону. – Чёрт! Он на нас смотрит!
– Да ладно, Петь. Ну смотрит. Подумаешь! Мы ничего плохого не делаем, просто гуляем себе. А ты, Саш, не договорил про костюм.
– Ну, я просто хотел сказать, что есть люди, которые привыкли к костюму. А раз они на работе всё время в пиджаке, то им и в голову не приходит, что можно в другой одежде из дома выйти.
Пока Сашка выкладывал свои соображения, они подошли уже довольно близко к мужчине. Тот стоял прямо возле Петькиного подъезда и не сводил с них глаз. А Сашка вдруг захихикал:
– Петь, а Петь! А он рыжий! Ну мы болваны! Столько всего обсудили, и никто не сказал, что он рыжий! Шерлохомсы!
Сашка от смеха согнулся пополам и не сразу заметил, что ни Летка, ни Петька к веселью не присоединились. Стоят как вкопанные и пялятся на мужчину в костюме, который и вправду оказался рыжим. Но его волосы были совсем не похожи ни на Леткины красно-рыжие, ни на Петькину шевелюру с медным оттенком.
Пару лет назад Петьке купили красную футболку. Цвет был такой, что смотреть больно, – «вырви глаз», сказала Петькина бабушка. Но после первой же стирки футболка стала блёклой и пятнистой, а заодно покрасила бабушкин бежевый халат и голубое постельное бельё. Сашка зашёл к другу в гости как раз в тот момент, когда его мама достала бельё из стиральной машинки. Тётя Оля долго ругалась на «линючую дешёвку» и собственную невнимательность. А Петька тогда расстроился. Футболка ему нравилась: впереди на ней были две птички из «Angry Birds», жёлтая и голубая, которые тоже пострадали от стирки – съёжились и слегка облезли. Носить линялую футболку Петька не стал, и из неё сделали половую тряпку. Приходя к другу в гости, Сашка иногда елозил грязными подошвами по птичьим физиономиям, которые давно уже не выглядели злыми, а казались скорее грустными.
Человек, который сначала замер на месте, а потом начал нерешительно двигаться в их сторону, тоже был какой-то… неновый. Казалось, что незнакомца слишком долго полоскали в горячей воде и он там полинял, причём весь целиком – от головы по пяток. Неяркие рыжие волосы, удлинённое лицо с густой, но будто выгоревшей россыпью веснушек, светло-серый костюм и галстук в мелкую и тоже серую клеточку. Рубашка – то ли белая, то ли желтоватая, не разберёшь. И даже ботинки были какого-то невнятного цвета. Чем ближе мужчина подходил, тем лучше становилось видно его лицо, которое всем троим показалось странно знакомым. Брови кустиками, светло-карие глаза в почти незаметных ресницах, нос с небольшой горбинкой, широкий рот с чуть вздёрнутой верхней губой…
Летка, кажется, сообразила первой. Она внимательно посмотрела на Петьку, потом на мужчину, снова на Петьку и наконец сказала очень тихо:
– Петь. А он на тебя похож. Ты его знаешь?
Петька замотал головой. Он тоже остановился, взял на руки Муху и прижал
