Я внимательно всмотрелся в прелестницу. Хороша, ничего не скажешь. Даже не знаю, как реагировать на этот «подарок» Ордена. Ведь очевидно, кто-то там специально подобрал девочек в моём вкусе, перед которыми я просто не смогу устоять. Скорее всего, отличительный знак — не первая, а уже вторая ласточка, после самих мечниц. С этой снежкой в самом деле можно было забыть обо всём, выкинуть из головы все тяжкие мысли…
— Ну что, давай обнимемся? — поинтересовалась девочка с распущенными волосами.
Собственно, вопрос был риторическим, её старшая сестра меня уже вовсю тискала, попутно не забыв представиться. Звали её Вита. Следующей до меня дорвалась зеленоглазка, Алис, ну а на закуску жаркий обещающий поцелуй подарила Миса, которая даже среди озорных сестричек выделялась своей бесшабашностью.
— Леон, Высшая просила передать тебе приглашение на Дань Памяти Валери О`Стирх. Мы тебя проводим.
Мы уже натискались, и девочки теперь взяли меня в плотное полукольцо. Я с недоумением перевёл взгляд на вновь заговорившую Виту.
— Что, вот так просто? До космодрома?
— Да. А чему ты удивляешься?
— А где эта? Лита, кошка драная?
— Наверное уже в стае, — пожала плечами медновласка.
— Да ты не переживай, Леон: подумаешь, поучила девочка уму-разуму, — Миса откровенно надо мной подтрунивала. — Уверена, это только на пользу тебе пойдёт. Или обиделся? Что такого бравого воина скрутила какая-то кошка?
Подначка рыжей неожиданно больно резанула по восприятию, и отнюдь не унизительными предположениями. Опять проснулась эта тоска, от которой пытался раз и навсегда избавиться когтями Литы. Мои пустые глаза вперились взглядом в Мису, а ноги сами собой шагнули ей навстречу, отчего девочка едва сдержалась, чтобы не отшатнуться прочь — настолько пугающим и неожиданным был переход от иронии к пустоте. Руки тем временем легли на плечи снежки, придавливая девочку к земле, им вторили окутавшие стройную фигурку поля.
Мечницу буквально вдавило в пол. Всё, что она смогла — это выставить собственную энергетическую защиту. Я дождался, пока она возведёт непреодолимые, как ей казалось, щиты, и только после этого надавил в полную силу. Раздался звук, похожий на взрыв лампочки — спешно возведённая пелена погасла, раздавленная чудовищным прессом чужеродных полей. Нет, звука как такового не было — было некое неприятное ощущение, бьющее по чутью высоких энергий. От силы удара снежки разлетелись в стороны, точно кегли, и только Миса стояла, не в силах пошевелиться, с полным беспомощности и недоумения взглядом взирая на меня снизу вверх.
Я убрал давящее воздействие полей. Руки почти без участия сознания скользнули по торсу вниз, спеша занять стратегическое положение на бёдрах прелестницы. Рывок на себя — и вот уже она в моих объятьях. В обращённых на меня глазах отчётливо пульсировала, разрастаясь, тревога. Тогда я весь вжался в неё, успокаивающе потёрся о шейку, зарылся в рыжие пряди, удобно умащивая голову на её милом плечике. Моё горячее дыхание обожгло и без того возбуждённую республиканку. Она не удержалась, вздрогнула. Чуть постояла так, словно не веря в благополучный исход нарождающегося «конфликта». И в конце концов накрыла ладошкой мою голову, принялась гладить короткие волосы, приговаривая себе под нос что-то нежно-бессмысленное.
— Девочка, моя пелена включается всегда, даже когда в руках нет клинка. Я намеренно дал Лите поработать когтями.
— Ты хотел игры?..
— Нет. Я надеялся, она не удержит контроль над боевыми имплантами. Хотел сдохнуть. Надеялся, она мне поможет в этом — воин должен умереть в бою. Самоубийство — лишь крайняя, нелицеприятная мера.
Опять рыжая вздрогнула. Мои слова плетью прошлись по её восприятию, да и остальным досталось не меньше. Теперь меня не просто окружили. Все девчонки посчитали нужным плотно прижаться ко мне своими телами. Дикая, нереальная ситуация пробрала даже меня. Они пытались поддержать. Показать, что рядом, что хотят помочь и сделают для этого всё. А уж такая мелочь, как физическая близость… Это лишь средство, позволяющее выстроить мост взаимопонимания.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Она так плохо с тобой обращалась?.. Но вроде бы она, наоборот, тебя выходила… Зачем ей давить? Ты же и без того принадлежишь Республике…
— Она тут ни при чём. Всё, что для меня было ценно — осталось там, в Литании… Кто был ценен…
— Послушай, Леон, — начала выговаривать старшая, Вита. — Мы часто теряем близких. Иногда бывает, потеря сильно бьёт по психике. Обычно в этих случаях с нами работают профессионалы, всё же расстроенная психика мечницы — это слишком опасно, чтобы просто пускать дело на самотёк. Ты кому-нибудь говорил о своих проблемах?
— Да у меня как-то никто ни о чём не спрашивал здесь… Эти проблемы ведь не здесь и не сейчас возникли. Месть дала мне отсрочку, об этом знали все республиканки, кто со мной пересекался по Литании. Валери даже оставила кровных… Но они посчитали меня уже покойником и тоже приняли смерть.
— Хочешь сказать, эта… кошка драная… тебя просто драла и пользовала?! — рыжая в моих руках вся вздыбилась. — Вместо того чтобы проводить психологическую реабилитацию?
— Без понятия, чем она занималась, пока я не очнулся, но как пришёл в себя, просто получала то, что я ей задолжал за восстановление нервных узлов. То, что смогла взять, конечно — имплант всё равно работает через раз… — усмехнулся в ответ.
— У тебя ещё и с имплантом проблемы?!. - беспокойство так и плескалось в словах Виты. — Нет, не могли старшие сёстры такого допустить! Это невозможно! Тебя наверняка встретят во время Дани Памяти. Тогда и займутся реабилитацией.
— Вита, ты не хуже меня понимаешь, что тут что-то не так, — Мису аж трясло от негодования. — Зачем вручать награду, если… мы могли прийти, а её вручать уже некому. Ты же видишь — он даже без клинка всю мою защиту в труху! Это… Это… Его нельзя отпускать в таком состоянии! Он же таких дел наворотит!
— Возможно, ошибка была. Или, что вероятней, недопонимание, — Алис казалась куда рассудительней, она старалась сохранить чистоту мысли и ясность выводов. — Недопонимание между теми, кто принимал решения. Кто-то просто не дал начать с ним работать по стандартной схеме.
— Согласна, сестра, — в голосе Виты сквозила задумчивость. — Кто-то из Верховных знал о твоём состоянии? Ведьма?..
— Догадывалась. Она пыталась до того отозвать меня из Литании. Что вообще происходит? О чём вы сейчас?
— Посуди сам. Ты психически неустойчив. У тебя даже с имплантом проблемы, а ведь именно через него обычно и проводят реабилитацию мужчины! И вместо того, чтобы с тобой плотно работать, тебя отдают какой-то… кошке. Ни разу не специалисту по психологической адаптации. Кто-то спустил ситуацию на тормозах. А вот почему, мне не понятно. Ты что-то сделал Ведьме? Задел её?
— Это личное. У нас тёплые отношения.
— Тогда я вообще не понимаю, что происходит! Но у нас чёткие инструкции: доставить тебя на космодром. Твой вылет через три часа. Так что сейчас мы все вместе грузимся в катер, и там попытаемся с тобой немного поработать. Сами. Или ты опять на когти будешь нарываться?..
— Послушай, девочка. Меня можно кем угодно называть, я много гадостей сделал. Но всё это — ради республиканок. Чтобы девочки не умирали. Я не стану тебя ярить. Ты мне нравишься. Вы все нравитесь. Орден сделал мне поистине королевский подарок, прислав именно вас. Моя Валери…
— …Принадлежала нашей ветви, — дополнила Вита. — Да, я тоже сразу поняла, почему именно нас отправили проводить награждение. Хорошо. Пошли.
И мы пошли. И очень похоже, девочки решили не затягивать с началом этой их таинственной реабилитации. Миса и Алис взяли меня за руки, наши ладони плотно переплелись. Пальчики девочек так и сновали, поглаживая, надавливая, провоцируя на ответные ласки. Ну а Вита… Эта роскошная республиканка шла строго передо мной, и её плавно покачивающиеся бёдра будоражили даже те закоулки моего естества, куда не доставали пальчики её младших боевых сестёр.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
