дом, сказал:
— Чувствую, не так всё. Не говори, что хочешь верить в предательство Софьи из-за новой поклонницы, — высказывал он свои сомнения, но всё же последовал за друзьями в карету и сел напротив.
— Пусть Лёшка сначала встретится с братом, — сказал Антон за того.
— Пусть…. ради Бога…. продолжим запланированный спектакль, коль он может принести желанный успех, — вздохнул Николай, но оставался при своём мнении. — Однако, позвольте провести своё расследование, когда вернусь домой.
— Проводи, — взглянул в ответ Алексей и сразу опустил взгляд в пол.
Больше говорить он не хотел. Усталость вновь одолевала… Время от времени принимая обезболивающие лекарства, останавливаясь на отдых на постоялых дворах или трактирах, Алексей наконец-то дождался, когда их карета прибудет в давно желанный город…
…Остроконечные крыши церквей, ратуши, красные крыши белокаменных домов — казалось, Россия была далеко позади. Снова перед глазами раскрылись ворота иного государства. Здесь всё будет будто иначе… Друзья смотрели на город, в котором давно не были, а воспоминания возвращались, радуя души…
Предстояло встретить людей, которых долго не видели. Предстояло рассказать и узнать многое, от чего ощущение начала нового периода приносило тепло того предчувствия, что всё-таки удача будет сопутствовать и дальше.
Карета остановилась у одного из типичных белокаменных домов, недалеко от площади, и друзья вышли к встречающему их у дверей дворецкому. Тот спросил их имена и с поклоном пригласил пройти в дом. Почтительный приём радовал, но когда к друзьям вышел, поправляя белокурый парик и одежду, словно боялся опоздать или выглядеть неопрятно, молодой человек, все замерли со счастливыми улыбками на лицах…
— Великий ангел хранитель у тебя за спиной, тёзка! — воскликнул радостно он, приняв в крепкие объятия Алексея. — Всё узнал, на всё согласен, сразу сообщаю!
— Однако, Бобринский, почему я не удивлён? — улыбнулся Антон.
— Проходите же, скорее, всё сразу за обедом обсудим, а там и отдохнуть надо бы вам с дороги! — пригласил тот, и все прошли в просторную столовую залу, где за столом уже пил чай молодой офицер.
Застыв на пороге, Алексей уставился на него, получая в ответ тепло улыбки. Оба стали улыбаться, общаясь взглядами, а словивший момент Николай сразу спросил Бобринского:
— Доктора бы сюда. У меня имеется несколько вопросов, да и Лёшке он будет часто необходим.
— Всё устроим, — обещал тот и заметил. — Однако, видя, как Лёшка уже ходит с тростью, я бы не терял надежду на полное выздоровление.
— Ты и на этот раз победишь, не так ли, братец? — поднялся офицер из-за стола, продолжая улыбаться, и отставил чашку.
Он подошёл к брату, крепко его обняв, и они оба глубоко вздохнули, осчастливленные долгожданной встречей.
— Я знал, что могу рассчитывать на тебя, — сказал Алексей, провожаемый им к столу.
— Как я мог оставить в беде? — было брату больно видеть страдания его, но вера в победу над недугом и несчастьем была велика. — Ты правильно сделал, что написал мне тогда. Видишь, вместе поразмыслив, мы пришли к решению. Может не так оно верно, но Мамонову придётся страдать похуже твоего, уж постараемся.
— А ваши родители не выдадут случайно? — поинтересовался Антон, тоже сев к столу вместе с остальными, и брат Алексея сразу ответил:
— Ни одного из нас они не выдадут. Так что можете быть спокойны. Наш план выдать Алексея за меня очень даже выполним. А о том, что мы не близнецы уж точно будет трудно узнать. По воле судьбы я в свете не бываю. Никто меня не видел и внешности не знает. А уж родители, если понадобится, скажут, что мы похожи, как две капли… Но, — с улыбкой поднял он палец. — Чтобы не обманывать, договаривать факт, что похожи не внешне, а душой, не станут.
Дружно посмеявшись с вдохновением на успех, все переглянулись, а до сего времени переживающий Николай успокоился:
— Что ж, значит будем уничтожать Мамонова его же оружием.
— Будет весело, — улыбался Бобринский. — Жаль, мне не увидеть сего представления… В театр ваш не пускают пока. Но вы ведь будете сообщать?
— Конечно будем, — кивнули друг другу друзья, и брат Алексея добавил, обратившись к Бобринскому:
— Да ты бы и сам времени не уделил. Столь всё внимание занято теперь некоей особой, а?
— А ну-ка, ну-ка? — прищурился Антон на них. — Не говорите мне, что и здесь любовью стало пахнуть?
— Не только пахнуть, друзья, — смутился Бобринский и все вновь засмеялись, радуясь за его счастье…
Глава — 7
На следующий день, после того, как врач осмотрел Алексея, Бобринский пригласил друзей пройти на двор, где, как он сообщил, всех скоро приятно удивит некий гость. Выйдя на двор, друзья помогли Алексею сесть на скамью, а сами вокруг оглянулись.
— Нет, он ещё не приехал, — вышел к ним брат Алексея, а, взглянув на карманные часы, добавил. — Но сей господин пунктуален, так что есть ещё пять минут.
— Очень интересно, — сел возле Алексея Антон. — Но такие сюрпризы я вот не люблю.
— А где Бобринский? Он выйдет? — поинтересовался Николай, и брат Алексея оглянулся на дверь:
— Говорит с доктором. Должен выйти.
— Мне доктор тоже нужен, — сорвался с места Николай.
Он скрылся в доме, а в открытые дворецким ворота прошли прибывшие гости. Антон так и поднялся от возмущения видеть явившегося с визитом давно исчезнувшего из поля зрения Михаила Аганина, брата Софьи, вместе со своей возлюбленной Анастасией…
— Какого чёрта?! — выругался и Алексей, уставившись на них, как Антон.
— Прошу принять тепло, — сказал ему брат, на что Алексей удивился:
— Пётр? Ты что?! Я же писал, как всё было!
— И что? — улыбнулся тот. — А я узнал, что Михаил с тех пор дружен с Бобринским, а ради любимой, во спасение которой служил Мамонову…. сбежал же! Удалось скрыться! Достаточно сказал?
Алексей промолчал. Подошедший Михаил был не менее удивлён видеть его здесь и стоял посреди двора, как вкопанный, взирая на живого Алексея, видимо, до сих пор не догадываясь о том, что тот жив.
— Вот и доказательства, что жив, — улыбнулся ему Пётр. — Теперь Вы видите, Михаил, я не лгал, когда мы с вами намедни беседовали. Но хотелось бы поддержки. Ведь и Вам хочется расправиться с Мамоновым.
— Да, — прозвучал ответ Михаила, уставившегося на Алексея с той же пронзительностью, что и он на него.
Увидев их в окно, Николай решился всё же постучать в кабинет, где Бобринский беседовал с врачом. Тот сразу пригласил войти и сообщил:
— На мои вопросы ответы я получил, и про Алексея доктор уверяет, что поставит на ноги да быстро.
— Состояние здоровья Вашего друга, — добавил доктор. —
