магические существа.
«Мы хотим, чтобы наши дети были рабами демонов, если Тьма одержит верх? Или оказались на побегушках у светлых магов просто, потому что добро и ангелы победили? Нет! Мы сотрем с лица Земли и добро, и зло! Мы построим новый мир!» – вещал предводитель «Миротворцев».
Он оказался слишком харизматичным. Продуманные речи легко переманивали на его сторону уставших от бесплодной борьбы служителей Добра, Зла и обыкновенных людей. Он просто давал то, о чем они мечтали на данный момент: конкретную цель, ясные задачи и сверхмощное оружие.
Так недолго почувствовать себя всемогущим, но жесткая дисциплина держала всех в рамках. «Миротворцы» стремились захватить планету, а точнее, ее энергетические и магические ресурсы. Ведь девизом третьего тысячелетия стала фраза: «Кто владеет энергией, тот владеет всем миром». Но это было еще только начало. Ведь «Миротворцы» занялись экспериментами. Жестокими, опасными, направленными на то, чтобы получить еще больше энергии. Любой ценой.
– Энергия владеет миром, ага! Если бы жизненная энергия нашей Сэм считалась, мы стали бы круче «Миротворцев»! Саманта, в тебе все чересчур! Одни крайности, честное слово! – частенько сердясь на нее, по-доброму выговаривала старшая сестра.
Лили хмурилась, но в глазах всегда, несмотря ни на что, светилась гордость за сестричку. Ведь Саманту не воспитывали отец с матерью, нет. Только близняшки Ксандр и Лили. Хотя они и были старше девочки всего на десять лет, но сумели привить самые важные качества, которые понадобились ей в этом нелегком мире.
Позже, двигаясь по своему жизненному пути, Саманта не раз сталкивалась с такими же словами. Со сказанными уже не столь ласково и доброжелательно: «Чересчур, слишком…»
С самого детства Саманту бросало в красности. То она слишком резка и нетерпима, волчонком бросаясь на соседских мальчишек, разоряющих гнезда. То наоборот, воплощение добра и нежности, которое тащит в дом все беззащитное и пищащее. А потом не спит ночами, выпаивая из бутылочки очередного полуслепого щенка.
И сила Саманты была хаотичной, порывистой. Особенно в самом начале. Тогда ее выплески, вообще, не контролировались хозяйкой, в связи с чем происходило множество неожиданный ситуаций. Одну из них Саманта точно не забыла бы никогда – свое первое убийство.
Пятилетняя девчонка в пышном коротком платьице бежала по серым улицам полуразрушенного города. Ее длинные волосы сестра заботливо завила в кудряшки, которые смешно подпрыгивали в такт бегу. Новые сандалии звонко стучали по асфальту. Девочка, похожая на персиковое пирожное… Такая редкость на этих улицах, которые помнят слезы, кровь на бетонных блоках, трупы, раскинутые посреди мостовой. Маленькая девочка, еще и одна, в таком месте – это безрассудство.
«Но я же смелая! Я же не какая-то там скучная взрослая!» – говорила себе Саманта.
Она сбежала от глупой сестры, которая отказалась идти с ней в город на аттракционы. Мол, именно сегодня, в День Рождения Саманты, какие-то «Миротворцы» планировали очередную бойню в городе. Девочка в слезах бросилась к брату, но и он был непреклонен.
Разозлившись на них, Саманта решила улизнуть. Слишком редко в ее, еще такой недолгой, жизни выдавались праздники, и она не собиралась менять свои планы из-за каких-то дурацких… неважно, в общем.
Замедлив шаг, она брела по городу и слышала, как в отдалении рвутся бомбы. Аттракционы уже не казались такими заманчивыми. Не то, чтобы она боялась – брат научил, что в первую очередь нужно быть храброй перед самой собой и ни в коем случае не показывать своего страха, но… Неуютно как-то было.
Саманта уже думала над тем, чтобы повернуть назад и вернуться домой. Возможно, Лили и не заметила ее побега. Но громкие крики и грубый мужской смех заставили замереть на месте, словно испуганную птичку. Отряд «Миротворцев» был совсем рядом.
Опомнившись, девочка ловко нырнула за угол разбитого здания. Худенькое тельце легко скрылось в расщелине между камнями. Даже при большом желании ее никто не заметил бы.
Огромные черные глаза, не отрываясь, следили за группой мужчин, что толкали связанных людей, среди которых были, в основном, женщины и дети. Их запихнули в большой фургон, крытый решеткой, но отъезжать не спешили. «Миротворцы» оперлись о стену близлежащего дома, болтая между собой. И снова Сэм услышала этот смех. Смех мужчин, пьяных от власти и вседозволенности.
Глава 6
Саманту чуть не стошнило. Отвращение комком подкатило к горлу. Больше всего на свете сейчас хотелось выбежать из укрытия, выхватить у одного из них автомат, гранатомет – любое оружие… и расстрелять их в упор! Но Саманта понимала, что это безумие. Они скрутят ее, как слепого котенка. Котенка? Саманта вдруг увидела, как по улице, переваливаясь, бредет крупная кошка, серая в черную полоску. За ней бежали, играясь, маленькие котята. Они скакали, запрыгивая на спины друг к другу, и пронзительно мяукали.
– Люди для экспериментов? Ага, проверить еще нужно, люди они или нет! Знал я одну такую, даже поразвлечься с ней хотел, – хохотнул один из «Миротворцев». – А она как когти выпустила, демоница…
– Без штанов убегал? – второй толкнул его в бок.
– Иди ты! Заткнись! Черт, что это там?
Саманта напряглась, еще сама не зная, почему. Наверное, древний животный инстинкт, доставшийся от отца-оборотня, которого она не видела ни разу в жизни. Саманта чувствовала одно: опасно. Опасно! Но что она могла сделать? Она – маленькая девочка в платьице, похожем на персиковое пирожное, против тринадцати взрослых и сильных мужчин, вооруженных до зубов?
– Смотри-ка, там кто-то копошится! Эй, ты! Прячешься от нас? – рыкнул один из «Миротворцев».
Саманта похолодела от ужаса. Мужчины смотрели на груду мусора: картонных коробок и черных пакетов. Среди них лазили котята с кошкой. Пытались отыскать какую-то еду. Но «Миротворцы» видели лишь шевеление мусора.
– Да не трогай. Сто пудов какой-то бомжара, – с отвращением сплюнул другой мужчина.
– А зачем он в нашем городе? Это же наш город! На-а-аш! – загоготал первый.
С этими словами он молниеносным жестом выхватил автомат. Застрекотала очередь. Она прошила картонные коробки, и за шумом выстрелов почти затерялось отчаянное мяуканье. И матери-кошки, и каждому из котят хватило пули. Только одного чудом не зацепило. Малыш, испуганно мяукая, попытался отбежать, спрятаться. Он был таким робким, таким маленьким, но отчаянно сражался за свою жизнь. И Саманта не выдержала.
Она выбралась из своего убежища и кинулась вперед. Минута – и Саманта подхватила котенка на руки, крепко прижимая к груди. Наверное, грустно смотрелась картина: «персиковое пирожное» посреди серой улицы, обнимающее котенка, а рядом
