Ченс прикоснулся к краю шляпы коротким, почти резким движением, прощаясь с удивленной публикой, быстро повернулся на каблуках и мгновенно растворился в галдящей толпе.
— Кажется, ты задел за больное, Хэнкок, — пробормотал Маркус, когда Ченс отошел достаточно далеко. — И весьма больное. — Он удивился и озадачился, потому что за все годы общения ни разу не видел Ченса расстроенным или разгневанным.
Дженни спрыгнула с изгороди и последовала за старшим конюхом. Два раза она теряла его в толпе, но снова находила взглядом возвышающуюся над всеми серую широкополую ковбойскую шляпу. Ченс был почти на голову выше большинства присутствующих, а рост девушки не превышал пяти футов четырех дюймов. И в свои шестнадцать она не обещала заметно подрасти.
— Ченс! — крикнула она. — Ченс! — повторила еще громче. — Подожди меня!
Дженни чувствовала, что он слышит ее. Видела, как в покачивании шляпы над толпой появилась некоторая нерешительность.
Да, он действительно слышал ее, но продолжал рассекать толпу с отчаянным желанием скрыться, уйти как можно дальше от воспоминаний, которые так неожиданно и так грубо нахлынули на него.
Но в зовущем голосе слышались настойчивые нотки.
Ченс слишком хорошо знал Дженни. «Лучше остановиться», — подумал он и, обернувшись, попытался вычислить ее местонахождение.
Девушка увидела его лицо над толпой. Резко остановившись, прикусила губу, пораженная неприкрытым выражением боли и гнева в его глазах.
«Черт! Сколько она будет там стоять?» Он чувствовал себя голым. «Дженни поняла слишком много… из того, что следовало бы похоронить навсегда». Глубоко вздохнув, он постарался подавить выползающие из глубины подсознания страхи.
— Дженни! Я здесь! — крикнул он и двинулся навстречу. — С днем рождения, девочка! — Он улыбнулся, и она радостно засмеялась. Потом Ченс взял ее за руку. — Пошли. Я хочу увести тебя из этой толпы.
Дженни крепко обхватила сильную, мускулистую ладонь. Ей было все равно, куда идти. Единственным желанием в последние два года было следовать за Ченсом Макколом, даже в вечность. Однако любопытство взяло верх.
— Куда мы идем? — спросила она, как только веселящийся народ остался за спиной, а впереди показалась конюшня.
— Ты хочешь получить подарок в день рождения или нет? — усмехнулся Ченс, заметив выражение, появившееся на ее лице. Этот маленький клубок нервной энергии никогда не оставлял его равнодушным. На самом деле именно она являлась той единственной причиной, по которой он так долго оставался на ранчо «Три Т».
Если он уедет, кто защитит и позаботится о Дженни?
На отца приходилось рассчитывать в самую последнюю очередь. Он всегда был слишком занят своими делами. Ченс прекрасно понимал, что значит быть никому не нужным. Быть необходимым Дженни доставляло ему не меньшее удовольствие, чем ей.
— Подожди здесь, — приказал он, ушел и вернулся раньше, чем Дженни смогла как следует рассмотреть его спину и длинные ноги в обтягивающих джинсах. — Вот! — Он протянул ей большую, почти плоскую коробку, обернутую в ярко-красную бумагу. — С днем рождения, Дженнифер Энн, — ласково произнес Ченс, с улыбкой наблюдая, с какой жадностью и нетерпением она принялась срывать обертку.
Чтобы найти этот подарок, ему пришлось потратить полдня. И еще приложить все усилия, чтобы она не узнала о нем раньше времени. У Ченса почти не было секретов от Дженни. Во всяком случае, он не рассказывал ей лишь о том, что изредка в его жизни появлялись женщины, которых он время от времени посещал, но ни о какой любви речи не шло.
— Ой, Ченс, какая прелесть! — Солнце засияло на кованых серебряных розетках, украшающих седло ручной выделки. Обхватив молодого человека за шею, девочка прижалась к груди и запечатлела на щеке легкий поцелуй раньше, чем он успел убрать ее руки.
— Счастливые шестнадцать лет! — усмехнулся он.
Но улыбка исчезла с его лица, когда она закончила фразу в рифму:
— Вот только принца нет как нет!
Возбужденные голоса и шум празднества внезапно исчезли для Ченса. Он был потрясен мгновенно возникшей мыслью. Кровь запульсировала в жилах. На мгновение даже перехватило дыхание. Он посмотрел на нее так, словно увидел впервые, и этот облик намертво запечатлелся в его мозгу — пухлые, чуть приоткрытые губы, темные, до плеч, волосы, развевающиеся на ветру… Он был потрясен охватившим его желанием немедленно повалить ее на землю и…
В полном ошеломлении Ченс отступил назад, пытаясь успокоиться и понимая, что необходимо сохранять дистанцию. Она всего лишь ребенок, слишком юная… и, черт побери, очень красивая. Он поспешил переключиться на другие мысли, чтобы ситуация не смогла выйти из-под контроля. Убедил себя, что Дженни просто неосознанно проявляет свою только что пробудившуюся женственность к любому мужчине. Ченс понятия не имел, насколько все ее желания были направлены исключительно на него.
— Ну, ты не права. — Он постарался шуткой снять напряжение. — Я помню, как несколько лет назад один молодой человек по имени Мелвин набивался тебе в принцы. И пытался поцеловать. Правда, для него тогда дело закончилось расквашенным носом. — Рассмеявшись, он потянулся, чтобы погладить ее локоны. В тот же момент Дженни схватила его руку и прижалась к ней лицом, снова притягивая его к себе.
Сердце Ченса замерло и застучало с перебоями. Девушка, закрыв глаза, принялась гладить его ладонью свою щеку. Он оцепенел. Все его тело напряглось и одеревенело. «О Боже, если ты есть, прекрати это немедленно или сделай так, чтобы это длилось вечно!» Ченсу хотелось прикоснуться к ней, но он не смог себя заставить даже шевельнуться.
Когда она успела превратиться в прекрасную девушку? Куда девался тот смеющийся сорванец, который бегал за ним по пятам последние пять лет? Внезапный порыв ветра взметнул прядку ее волос. Ченс ощутил на щеке их шелковистое прикосновение. Он открыл рот, пытаясь что-то сказать, но вместо этого прихватил губами непослушную прядь. Вздрогнув, крепко сжал ее руки, не зная, оттолкнуть Дженни или, наоборот, прижать к себе.
Он почувствовал сквозь рубашку ее крепкую, упругую грудь. Танкетки и шорты еще больше подчеркивали изящные загорелые ножки. Ченс зажмурился и подавил стон, представив себе на мгновение, как этими ножками она обнимает его. Такое трудно вынести. Чертыхнувшись, он дернулся, отстраняясь от нее, словно получил пощечину. Это ощущение напомнило ему, от чего бежал он тогда, когда на его пути оказалось ранчо «Три Т». Дженни еще ребенок. Он не имеет права думать о ней… таким образом.
Девушка открыла глаза и улыбнулась, увидев на лице Ченса выражение потрясения, смешанного со страстью.
