Читаем без скачивания Проблески рассвета (СИ) - Витанов Алексей

Тем временем Башня гудела от новостей сверху донизу. До каждого мага долетела весть о произошедшем в Тренировочном Зале.

— Первый ученик вызвал гнев графа Вэриниуса! Граф послал своего человека на дуэль!

— Говорят, Мэнлиус Алэйр использовал запретное заклятие! Но никто не знает, к какой школе относится это заклятие. Его прозвали Чёрной Комнатой!

— Не говорят, а использовал! Я всё видел своими глазами! После Чёрной Комнаты пал сам Джозефус Клетес! Мы все слышали его крики изнутри!

— Да, говорят, он кого-то там увидел. Вроде бы своего отца.

— Своего отца? Мэнлиус что, некромант? Мы держим в башне некроманта?

— Нет, дубина, Клетес-старший недавно приезжал! Да и сам Джозефус говорил, что ещё вчера общался со своим отцом по Дальносвязи. Алэйр не мог убить отца Джо так быстро!

— Почему нет? Что, если всё это было его коварным планом по устранению врагов?

— Тогда он был бы более влиятелен и граф его бы не провоцировал. Здесь что-то другое…

— Я кое-что слышал. Говорят, что в паре археологических экспедиций, когда брали учеников на практику, Мэнлиус применил Чёрную Комнату против демонов и монстров. Ещё говорят, она подействовала безотказно.

— Какого чёрта из хранителя легенд делают демонолога?

— Вряд ли нам скажет магистр. Интересно, он отмажет своего ученика?

— Вряд ли. Он созывает суд. Похоже, наш зазнайка, который сторонился всех и вся, порядком забылся и, наконец, ответит.

— Они хотят на время запретить дуэли! Возмутительно! Так что пусть лучше Алэйр действительно ответит. Будет знать, как нарушать правила!

— Точно, никто не должен чувствовать себя особенным!

— Но что, если Мэнлиус всё-таки избежит наказания? Не надо ли нам его покарать?

— Идиот! Хочешь сам попасть в Чёрную Комнату?

— Если на него навалятся несколько сильных учеников, то вряд ли она ему поможет…

— Магистр этого так не оставит!

— А мы скажем, что отстаиваем исключительно интересы Башни! В Совете найдётся поддержка… Что… Эй, вы куда? Почему никто не хочет бороться за наши интересы?

Суд был созван вечером. Советники прибыли на заседание в качестве присяжных, магистр был вынужден отказаться от роли судьи и сидел в зале. На его роль взяли одного из советников. Направляясь в Зал Правосудия, Мэнлиус всей кожей ощущал направленные на него враждебные взгляды. Снова нахлынул страх, заставивший дрожать подобно листу на ветру. «Это конец. Я влип накрепко» — билась в голове одна единственная мысль. Конечно, у Мэнлиуса появился козырь, но сейчас всё казалось бесполезным. Появилась мысль, что предложение советника принимать не стоит, что всё это опасная и сложная для понимания интрига. Эту мысль подстёгивал страх, привычно вернувшийся из подсознания.

Хотя это здание висело в воздухе, этажи считались от моста, который вёл в башню. Мэнлиуса провели через нулевой этаж Блока Дознаний, вызвавшего у парня ещё больший трепет. Здесь можно было увидеть цилиндрические камеры с механизмами для допроса самыми жуткими способами.

Затем они прошли через первый этаж, где ожидали те, кто не попал в Зал Суда  (процесс был объявлен публичным, в назидание). Обстановке здесь была менее мрачной, но по-своему строгой. Чёрные с красными вертикальными линиями стены окружали преступника со всех сторон. Стены покрывали изображения Последнего Пути. Жнецы — зловещие фигуры в тёмных балахонах с черепами вместо лиц и с косами проводили души в последний путь к Вратам Судьбы. Другие фрески изображали суд над душами в затерянном среди северных льдов Городе Мёртвых. Те, кто не достаточно очистил свою душу, проходили суровые испытания. И лишь затем очистившейся душе позволяли пройти через Врата.

Потолок окружали гранитные колонны с крылатыми, как у статуй других богов статуями Ларгиторда — бога закона и создателя человечества. Лицо бога, как обычно, скрывала свирепая маска, которая по замыслу скульптора должна была лишать надежды даже на божественное прощение. Уже здесь Мэнлиус ощутил на себе полные ненависти и страха взгляды рядовых магов. Его сердце забилось от собственного беспокойства ещё сильнее, а кровь прилила к вискам, путая все мысли.

Наконец, он вошёл в Зал Суда на втором этаже. Круглое помещение было набито битком. Мэнлиуса подвели к трибуне в центр. Трибуна судьи и присяжных возвышалась перед ним, усиливая ощущение подавления. Чёрные крылья вздымались над трибуной словно косы Жнецов, готовые вот-вот обрушиться на преступившего закон. Над самой трибуной снова высится Ларгиторд с мечом в одной руке и весами в другой. Судья и присяжные одеты в подражание Жнецам — крылатые чёрные мантии с капюшонами и черепами. Стены здесь выкрашены подобно ледяной пещере, где обычно проводился Последний Суд для души. Причём во льдах неизвестный художник изобразил корчащиеся в муках души.

Сидевший в центре судья повернул голову в его сторону. Мэнлиус отвёл взгляд и старался смотреть куда угодно, только не в глаза судье. Магистр сидел в зале и его колючий изучающий взгляд непутёвый ученик тоже чувствовал. Поворачиваться к учителю ему сейчас особенно не хотелось.

Обвинитель смерил Мэнлиуса взглядом, полным превосходства. На него парень старался тоже не смотреть. Мэнлиус помнил этого мастера, его фальшивое внимание и якобы дружеские советы. Он игнорировал их, и теперь обвинитель, видимо, был обижен. А вот защитник поприветствовал дружеской улыбкой. Здесь ситуация была с точностью да наоборот. Защитник с самого начала относился к Мэнлиусу как к баловню судьбы, то есть презрительно. Но сейчас именно он выступал на его стороне.

Зал заполнял гомон. Собратья-маги оживлённо обсуждали перспективы дела, Мэнлиуса и свои собственные. Первый ученик вдруг ощутил отвращение к ним всем, кого должен был считать собратьями по Искусству. «Маг должен быть просветлённой и просвещённой личностью» — вспомнил Мэнлиус слова учителя. «Уровень мага определяет не только его силу, но и его просветлённость».

Первый ученик повернулся и ещё раз окинул взглядом этот паноптикум физиономий, в которых смешались все мыслимые негативные эмоции. Страх и напряжённость, злорадство и превосходство, уничижительное высокомерие… И самое главное — злоба. Столько злобы от других на самого себя Мэнлиус никогда не чувствовал. «Да чёрта с два кто-то из них просветлён хоть на мизинец» — с ненавистью подумал он.

И лишь несколько лиц в зале выражали абсолютное спокойствие. Адриан, Аэтиус и граф Вэриниус. На фоне этого сравнения Мэнлиус проникся даже своеобразным уважением к последнему и задумался, отчего это чувство возникло. На душе царил полный раздрай и уровень самоконтроля стремился к нулю.

Судья тем временем откашлялся и щёлкнул пальцами, вызывая звуковую волну, подобную звуку гонга.

— К ПОРЯДКУ! — отчётливо во всех точках зала прозвучал его голос. — Подсудимый прибыл, начинаем суд. Обвинитель и защитник на местах. На защиту приглашён Людовик Овидиус, мастер-кудесник. Обвинителем в свою очередь согласился выступить Неэвис Ариес, мастер магии земли. Для начала рассмотрим обстоятельства дела. 14 день Сентарии Восходящей. Идёт слушание дела по применению Запретного Заклятия на дуэли 13 числа между учеником Мэнлиусом Алэйром и учеником Джозефусом Клетесом. Джозефус Клетес представлял интересы графа Виктора Бенедиктуса этер Вэриниуса. Мэнлиус Алэйр применил заклятие, значащееся в секретном отделе Реестра Одобренной Магии как Чёрная Комната. Согласно условиям контракта Мэнлиус Алэйр обязался применять заклятие только в стычках с демонами, хищниками и монстрами. Из людей данное заклятие разрешается применять только к чернокнижникам, а также в случае самообороны на миссиях и во время войны. Заклятие ввело Джозефуса Клетеса в глубокий шок и теперь он нуждается в длительной реабилитации. Таковы все обстоятельства дела. Можно начинать обсуждение. Попрошу сторону обвинения, представляющую интересы графа Вэриниуса, огласить свои требования.

— Дамы и господа, уважаемый совет, господин судья — откашлявшись, начал обвинитель. — По-моему здесь всё ясно. Ученик магистра Амброзиуса Мэнлиус Алэйр нарушил закон «О Запретных Заклятиях». Он должен понести наказание в виде пяти стандартных лет лишения свободы, но также потерять право на личного учителя и обучаться далее на общих основаниях в какой-нибудь отдалённой башне Альянса Возрождения. Вторая мера предлагается, поскольку я считаю, что господин Алэйр нарушил закон, исходя из исключительности своего положения как первого ученика. В Башне не должно быть исключительных учеников, даже если ученик пользуется вниманием самого магистра.