Почти сразу же кончил Лешка. Но не успел он еще отстонать, как настал мой черед. И тут... Первые, робкие капельки брызнули Игорю в рот!
— Ого! Взрослеет юноша, — прокомментировал он, облизывая мою головку. — Ну что ж, с первым семенем! — и он крепкой своей рукой пожал мне мой «хвост», а затем — руку.
— Странные зверьки мы все трое, — заявил вдруг Алексей. — Начали о возвышенных материях, а закончили банальным трахачем. Точней — пососульками.
— Изба-сосальня, — съехидничал я.
— Ребята! А кто сказал, что секс менее возвышен, чем философия о мирах? Кстати, даже у Некрасова есть о нашей любви. Не верите? Так послушайте!
И Игорь, став на кровати во весь рост, стройный и обнаженный, сияющий в свете Луны, вытянул руку вперед и с чувством произнес:
Есть мальчики в русских селеньяхС красивой округлостью лиц,И с грацией нежной в движеньях,С любовью без сна и границ. Их разве слепой не заметит, А зрячий о них говорит: Пройдет — все забудешь на свете... Поглянет — навек покорит.Красивые стройные ноги,Румяные попки у них,Но пыльные брюки с ДорогиХранят их от взоров других. Они улыбнутся несмело: Им трудно бывает решить Что выйдет — веселое дело Иль новое море обид.Не жалок им бабник с красоткой:Вольно ж все по девкам гулять!Лежит на них юности кроткойИ ласки наивной печать. Но коль вас любовью затронет - В игре не сробеет: возьмет - И член под губами застонет, И в нежную попку войдет...
Пока мы сидели, открыв от обалдения рты, поэт наш плюхнулся рядом с нами и спокойно продолжил свою тему:
— Это — классика. А есть и другое. Кстати, и йоги, к вашему сведению... — Тут Игорек задумался, а затем продолжал: — Значится, так. Кто из вас слышал о Тантра-йоге? Так вот. По тантризму один из вариантов — выделение энергии вследствие занятий любовью. Так что когда парочка начинает крутить любовь, то энергией несет от них, что от АЭС! А вот на что ее направить... О! Есть идея! Давайте-ка попробуем, а я затем сконцентрирую то, что получится. Только искренне! Не стесняться!
Надо ли говорить, что в процессе этого монолога поникшие наши члены вновь налились силой и...
Лешка склонился ко мне, я к нему. Наши губы ласкали друг друга в самых неожиданных местах. Слегка щекоча друг друга губами и языком, мы доводили друг друга до дрожи, до экстаза. Игорь же тем временем вынул из висевших на стуле брюк ремешок и одел его прямо на голое тело, потуже затянув его на поясе. Затем сгреб все наши и свои шмотки в простыню, завязал ее на манер тюка и прицепил к пояску.
Мы абсолютно не поняли, что это вдруг взбрело ему в голову. Но и не старались понять. Разве до того нам было!
И тут Игорь присоединился к нашей игре. Его губы ласкали наши ягодицы, дразнили члены, а жесткая кучерявая шапка волос приятно щекотала наши тела.
Вдруг я, извернувшись, закинул ноги ему на плечи, и колени мои приятно погрузились в сферу черного одуванчика волос.
Игорь сделал молниеносный выпад, словно выстрелил, и вонзился в меня. Я ощутил, как горячая волна прошла по моему телу. Лешка же впился губами в мой член, свой оставляя на съедение мне. От волнения и страсти кожа моя покрылась пупырышками, по ней бегали мурашки, как от разрядов грозы, но это только увеличивало сладость этих минут. Где-то вдали не прекращаясь гремел гром. Но я не понимал, как это странно — гроза среди ясного неба. Я был всецело в Любви!..
Казалось, что мы начали светиться от счастья. Казалось?! Сквозь волны блаженства я все же увидел, что тела наши светились голубоватым светом электрических разрядов, с каждой секундой все ярче и ярче. И свет шел не от грозы — нет, он шел от нас. Казалось, это наша любовь зажигает огни. Да и грозу за окном.
Все трое одновременно приблизились к заветному рубежу. Еще мгновенье! Еще чуть-чуть...
И грянул гром! Ослепительная вспышка, вылетевшая из нас вместе со стоном и влагой. Вспышка, сменившаяся вмиг чернотой.
Мы падали! Нет, мы взлетали! Нет, мы летели, куда мы хотели! Трое, слившиеся воедино в любви, мы летели сквозь расколовшийся мир, сквозь тьму, сквозь концентрические круги к огонькам среди них... И любовь наша была сильней извечного страха пустоты...
Забавно: трое в полете, не считая кулька с одеждой... В полете сквозь лопнувшее пространство...
* * *Мы так и вернулись.
Лешка — с Кольцом.
Я — с Монеткой.
А Игорь, разумеется — с пуговицей-амулетом... Да, мы вернулись. Потом. И объявили ошарашенной медичке, что сбегали на пруд купаться. А что, вода-то парная. Для здоровья полезно. И если она наш фонарик приняла за вспышку молнии — так кто же ей лекарь!
И она, кажется, поверила.
Но сколько же мы еще летали!
Потом...
Орияна, март-ноябрь 1992 года
История вторая
Один вне дома
Если кто-то вам скажет, что любовь невозможна под пулями — не верьте.
Дон Жуан, «Сладострастец»
Тот, кто отрицает психо-сексуальный аспект магии — просто лжет...
Пусть оба участника знают, что магическое духовное действо, которое предстоит совершить, отличается от обычного сношения.
Этот ритуал могут выполнять и партнеры одного пола.
Дональд Майкл Крэг, «Современная магия»
Учитывая, что большиство героев этой истории живет в параллельных измерениях, просьба обитателям нашего мира на роли этих знаменитостей не претендовать...
Автор
1
Случилось все это, когда я учился в школе. Мы — то есть я, Лешка и Игорек — по-прежнему занимались своими тантрическими фокусами. Для не читавших первых историй напомню: сдружились мы в пионерлагере три года назад, и тогда же Игорек, наш юный командор, обучил нас азам тантрической йоги.
Идея проста: отдавшись безраздельно любви, тантристы выделяют энергии поболее, чем атомный реактор. А вот на что эту энергию направить... Игорек сумел направить ее на разрыв барьеров сопределья, и мы путешествовали по параллельным измерениям, как у себя дома. Мы попадали в миры диковинные, и в миры, ничем от нашей Земли не отличавшиеся. В одном из них даже прослыли демонами (правда, все это были происки одного не совсем трезвого гремлина, но мы об этом, увы, узнали слишком уж поздно). Но всегда, стоило лишь нам захотеть вновь домой — мы уединялись, и наши нежные юные тела, сплетясь в объятиях любви, вновь окутывались голубоватым сиянием и, сломив барьеры пространства, мчались вперед...
