Читаем без скачивания Мир наизнанку - Галина Куликова

– С чего ты вообще взяла, что она что-то утаила?

– Ну… просто я подумала: Сухарев – не тот человек, которому может довериться такая женщина.

Ратников вперил взгляд в полированную крышку стола, пытаясь вызвать к жизни образ Артема Сухарева, потом раздумчиво кивнул:

– Да, в этом что-то есть. Тогда, может быть, ты сама с ней побеседуешь?

– А этика? – нахмурилась Лиза. – Сухарев и так-то отнесся ко мне… э-э-э… несколько предвзято.

Ратников так удивился, что непроизвольно выпучил глаза и даже пару раз по-совиному моргнул:

– Предвзято? А как же его слащавая любезность, которой он одаривает всех без исключения женщин?

– Никакой любезности. Со мной он ужасно недружелюбен.

– Странно, странно. Весьма странно. Ну да ладно. Если ты говоришь, я тебе, конечно, верю. Тогда, если не возражаешь, скажем, что автор идеи – я сам. В этом случае наш Тёма не станет показывать характер.

Лиза кивнула:

– Конечно, я могу оказаться не права. Здесь нет ничего, кроме женской интуиции…

– А что? Это интересно. Уж чего только мы не использовали в своей работе! А вот женскую интуицию – еще ни разу.

– Детективы пока ничего не выяснили? – спросил Иван, примериваясь к салату.

– Еще слишком мало времени прошло. – Ольга старалась скрыть свою растерянность и леденящий сердце холод.

Они сидели в небольшом уютном кафе за столиком у окна, и Ольга не сводила глаз с тротуара, бездумно провожая взглядом прохожих, словно следила за рыбками в аквариуме. Иван был поглощен обедом и состояния собеседницы, кажется, вовсе не замечал.

– Я так и не понял, почему ты не рассказала Вадьке, – продолжал он, энергично нагружая вилку едой. – Он умный и порядочный, и, в конце концов, вы с ним давно уже вместе. Речь ведь идет о твоей сестренке. Вадька сам находился в таком же положении, ему одному приходилось присматривать за Любочкой. Он, как никто, должен понять твое беспокойство за сестру.

– Послушай, а почему ты на ней женился? На Любочке? – спросила Ольга, пытливо поглядев на своего визави. Иван удивленно вскинул голову, и она быстро добавила: – Я понимаю, любовь и все такое. Но ведь можно было просто встречаться, не обременяя, так сказать, себя обязательствами.

– Да Вадька бы меня просто убил! – усмехнулся Иван. – Если бы я позволил себе такое – жил с Любочкой во грехе.

После этой тирады он мгновенно смутился и мучительно покраснел. Ольга хмыкнула и покачала головой.

– А как ты думаешь, почему Вадим не хочет идти со мной под венец? – с тоскливой интонацией спросила она. – Он не делился с тобой? Может быть, я чем-то его не устраиваю?

– Знаешь, милая, – Иван отложил вилку и взъерошил волосы на затылке, как делал всегда, когда находился в затруднении, – мы с ним вообще не очень-то обсуждаем такие дела. Думаю, это как раз из-за того, что я женат на его сестре. Понимаешь, какую бы мысль о женщинах я ни высказал, он всегда будет примерять ее к Любочке.

– Я попросила его заехать ко мне днем, – призналась Ольга. – Думаю, пора наши проблемы как-то решить.

– Хочешь поставить его перед выбором: или свадьба, или амба – разбежались?

– Вадима не так-то легко поставить перед выбором. Я уже пыталась, если честно, – смутилась Ольга.

– Н-да, как-то все не вовремя, мне кажется, – пробормотал Иван. – Не лучше ли тебе сначала все же попытаться помочь Жанне? А потом уже разбираться с Вадимом? Что скажешь?

Ольга тут же представила, как Вадим, ее Вадим, дождавшись, пока она отвернется, бросает на Жанну полный обожания взгляд. Ее мгновенно затошнило. Конечно, Иван не догадывается о ее состоянии. А что, если взять сейчас и обрушить на него правду с той же внезапностью, с какой ее обрушили на нее? Она хорошо представляла себе смятение Ивана, человека до мозга костей порядочного во всем, и горько усмехнулась. Нет, черт возьми, люди ничего не знают друг о друге. Живут рядом, дружат, даже женятся, и со временем начинают казаться своим близким прозрачными, как стекло. А на самом деле – они все те же закрытые, непредсказуемые личности. Такими были и такими останутся. Непознанные вселенные, чьи истинные побуждения, желания и мысли порой непостижимы, необъяснимы и… невероятны.

Порочная сущность Вадима сводила Ольгу с ума. Нет, она ничего не скажет Ивану. Как ни странно, такое признание смущало ее, будто, высказав правду, она и сама окажется виноватой в чем-то постыдном и унизительном. Может быть, между Вадимом и девочкой и не было до сих пор ничего такого… И все равно – дела это не меняло. Для нее, Ольги, не меняло.

– Знаешь, ты не очень расстраивайся из – за Вадима, – попытался утешить ее Иван. – И я дурак, что убеждаю тебя обратиться к нему. Думаю, в вашей ситуации это не слишком приятная для тебя перспектива. Но ведь я сам могу помочь! Послушай, как только детективы что-то выяснят, сразу позвони мне. Я вполне в состоянии разобраться с этим типом по-мужски, вполне. Если не хочешь, чтобы я устраивал самосуд, и пойдешь путем, так сказать, официальным, я тебя поддержку морально. Пройду с тобой по всем инстанциям, если будет нужно. Мне не хочется, чтобы ты чувствовала себя одинокой.

– Спасибо, – пробормотала Ольга.

Однако она все равно чувствовала себя одинокой. Одинокой, как никогда. До сих пор она не сталкивалась в жизни с такими трудностями. Чаще всего ее одолевали трудности бытовые, которые не ставят тебя в тупик и не заставляют кусать локти. Или плакать по ночам, зарывшись в подушку.

Ольга рассталась с Иваном, ничем не выдав своего смятения. На столе в кухне лежал перевод, который она бездумно бросила посреди фразы, чего никогда прежде не делала – всегда заканчивала главой или по крайней мере абзацем. Поглядела на часы – два. С минуты на минуту он появится, таинственный Он, маска, под которой скрывается чудовище. Или, напротив, чудовище, внутри которого прячется ее Вадим – немножко замкнутый, внимательный, добрый…

Когда прозвенел звонок, она так сильно вздрогнула, что руки взлетели и стукнулись о стол. Но это был не Вадим, а Жанна.

– Привет, у нас сегодня не было химии, – объяснила она, бросая портфель под вешалку. – Есть что-нибудь пожевать?

– Суп в холодильнике. Еще курица. Но, кажется, ты ее не любишь, – отрешенно сказала Ольга.

Появление Жанны все испортило. Она не успела продумать, как поступить, когда в дверь снова позвонили. «Наверное, Вадим встретил ее после школы, и они пришли вместе. Просто для конспирации разделились возле подъезда». Войдя в дом, Вадим не чмокнул Ольгу в щеку, как бывало раньше, хмурый, прошел в гостиную, как будто подозревал, что разговор не обещает быть легким. Сел в кресло, глянул исподлобья – симпатичный брюнет с зелеными глазами, с выражением какого-то затаенного упрямства на мужественном лице. Ольга заметила, что у нее дрожат руки. Она не знала, как, каким образом бросить в лицо Вадиму все… все то, что нужно бросить!

Жанна громыхнула на кухне кастрюлей, будто напомнив, что они в доме не одни.

– Наверное, ты ждешь, что я извинюсь, – внезапно подал голос Вадим, и Ольга даже не сразу сообразила, что он имеет в виду их отношения.

Вадим изо всех сил старался глядеть ей в глаза, но у него плохо получалось, и взгляд то и дело убегал в сторону.

– Мне было с тобой хорошо, но… ничего настоящего между нами так и не возникло.

Ольга окаменела. Он ее бросает! Он пришел сегодня сюда, чтобы заявить о разрыве. Какая насмешка судьбы! А она сидит, словно парализованная. Потому что не может при ней, при Жанне, устроить скандал. Да что там скандал. Если принимать во внимание силу чувств, сжигавших ее сердце, должен произойти не скандал, а по меньшей мере светопреставление. Но его придется отложить на потом.

– Ну оглянись назад, на наши отношения, и будь честной, – говорил между тем Вадим. – Между нами все время существовала дистанция. А наша совместная жизнь оказалась чередой сплошных будней. Ни у тебя, ни у меня не было желания совершать безумства. Ольга, ведь мы даже никогда не называли друг друга шутливыми прозвищами, не хохотали по пустякам, да у нас и не было общих приятных пустяков… Ты понимаешь, о чем я?

Она понимала. Она понимала, что он без ума от этой маленькой фиглярки, которая притаилась где-то на кухне и, наверное, не дыша, прильнула к щелке в двери.

– Во сколько ты сегодня заканчиваешь работу? – не ответив, спросила она, приложив усилие, чтобы расцепить побелевшие от напряжения пальцы.

Ей необходимо высказаться. Как можно быстрее. Сегодня.

– Сегодня закончу поздно, часов в девять. Ведь у нас День дурака, не забыла? Начальник желает устроить очередную пьянку. А нашему народу дай только повод повеселиться и напиться…

– Жаль, – сухо сказала Ольга. – Я должна сказать тебе кое-что наедине. Ну, значит, в другой раз.

– Да, давай лучше в другой раз.

Вадим с силой растирал руками колени. Нервничал. «Какой же ты ублюдок, – подумала Ольга. – А я просто дура, что не раскусила тебя раньше».