Черные брови заинтересованно приподнялись.
– Надеюсь, в исполнении моей названой сестры это не одно и то же?
Но можно смело выдыхать, он позволил увести разговор в сторону.
– Обижаешь! Я там все попробовала!
– Вот это меня и настораживает.
Во избежание дальнейших пререканий Крейр сгреб руку суженой, перевернул ладошкой кверху. Теплый, немного шершавый палец ласково обвел линию жизни… линию сердца… Губы мягко коснулись каждого пальчика.
Царевна таяла. Закрыла глаза и полностью отдалась пьянящим ощущениям. Откинула голову к нему на плечо, когда по шее заскользили мягкие губы, оставляя за собой вереницу мурашек. Вцепилась в короткие гладкие пряди, притягивая его ближе, не желая отпускать.
Забыла! Про твердолобость упрямого жениха и старомодные правила, которым уже даже в этом мире никто не следовал. Знала, что все будет как обычно: раздразнит только. Но и об этом с радостью забыла.
Только выгибалась соблазнительно и прижималась все теснее.
Все оборвалось как обычно.
– Лизка! – перекрывая сладостный звон в ушах, до сознания долетел резкий голос. – Я ведь тоже не железный!
Ундина подавила разочарованный вздох. Повезло с женихом, ничего не скажешь…
Теперь бы еще дрожь как-то унять.
– А какой? Деревянный?
Ответом было нечто среднее между рычанием и шипением. Уже кое-что. Лизка даже подумала, что надо бы чаще его к духам отправлять, он тогда такой… неуравновешенный… И, улыбаясь своим исключительно неприличным мыслям, демонстративно скрылась в купальне.
Глава 3
Темная свадьба, или О приворотах и их последствиях
Хорошо ночью в Угодьях, тихо.
Рядом размеренно дышит суженый, прижимаясь несильно, в окно тихо скребется кривая ветка. Зловеще немного, да Лизка успела привыкнуть, даже полюбить звуки спящего дома.
Где-то далеко провыл одинокий волк. Оборотень? Еще дальше, у самого океана, наверное, что-то плеснуло. И серебристый свет, бледной дымкой разлившийся по спальне, испуганно дрогнул.
А встать и задернуть шторы было попросту лень.
Ш-ш-ш-ш-ш… По каменным плитам пола прошелестели тяжелые юбки. Кому там не спится в поздний час? Показалось?
– Лизка? Ли-и-изочка!
Царевна осторожно сняла тяжелую руку колдуна со своей талии и, стараясь шуметь как можно меньше, на цыпочках прокралась к двери. Только бы не заскрипела!
– Яла? Ты чего не спишь?
Дверь не подвела.
Лизанда оглянулась на спящего колдуна, умиленно улыбнулась расслабленному выражению лица суженого и выпала в коридор.
– У меня там… проблема… – Ялисса выглядела испуганной и почему-то виноватой.
Ох, не к добру… У царевны даже под ложечкой засосало от дурного предчувствия.
– Что случилось?
– Идем покажу. – И, не дожидаясь согласия, колдунья подхватила ундину под руку и увлекла в сплетение коридоров, уводя на нижний уровень.
Шли быстро и потому совсем недолго. Только босые ноги Лизки все равно успели замерзнуть, что, само собой, хорошего настроения царевне не добавляло.
И очень скоро очутились у двери покоев колдуньи.
– Ты только не сердись, ладно? – Ялисса просительно посмотрела на Лизанду и распахнула дверь.
О, это было трудно!
– Ялка, ты что наделала?! – задохнулась от негодования Лиза.
Светловолосый парень – тот самый, из клуба – в розовом интерьере, изобилующем рюшами и подушечками всех форм и размеров, смотрелся комично. В голову Лизаветы невольно закрались крамольные мысли. Еще и напомаженные мужчины в женских одеждах почему-то вспомнились…
– Это не я! – пискнула в свое оправдание любительница приворотного зелья.
– Ми-и-и-илая… – с блаженной улыбкой протянул иномирец. Но глаза его оставались совершенно безучастными.
Девушки испуганно переглянулись. Яла так и вовсе придушенно пискнула, сжатая в крепких объятиях.
– Вот как знала, что добром это не кончится, – посетовала Лиза.
Щеки колдуньи залил румянец, что для нее уже являлось событием из ряда вон выходящим.
– Мое зелье должно было подействовать совсем не так! Не так сильно… И обратимо! А в итоге он за нами пролез в портал и… вот. – Яла развела руками и на всякий случай уточнила: – Уже несколько часов!
Дела… Лизка еще раз оглядела обнявшуюся парочку и в задумчивости поджала губы.
– А сколько, говоришь, действует твое зелье?
Вид у колдуньи сделался совсем жалким.
– Две недели!
– Поздравляю, подруга, ты их запомнишь надолго!
Дальше дружно искали ответ на сакраментальный вопрос: что делать? То есть девушки искали, а иномирный гость восхищался объектом внезапно проснувшегося чувства. То здесь обнимет, то там поцелует и на скрип зубов злобной колдуньи не обращает совершенно никакого внимания.
Лизавете была очень по душе идея пойти и честно рассказать все Крейру. Влетит, конечно, но он умный и сильный и наверняка знает, как надо поступить. То есть надо было вообще никуда не ходить, но теперь уже поздно. И срочно требуется подходящий выход из щекотливой ситуации.
– А может, его обратно в портал?
Принудительно влюбленный сделал вид до того обиженный, что Лизка чуть не расхохоталась.
– Нельзя, – покачала головой царевна. – Он же теперь от нас не отвяжется.
– Правильно, не отвяжусь, – подхватил блондин. – Ялочка, я же люблю тебя, – и подтвердил свои слова фанатичным блеском в глазах.
Девушки слаженно вздохнули. Похоже, дело серьезно!
– Вот именно, – склонила голову набок Лиза. – А нам через три дня за подарком возвращаться. Да и бесчеловечно это…
Мастерица приворотов засопела протестующе, но с возражениями не нашлась.
– И что ты предлагаешь?
Ундина задумалась:
– А есть у вас маги с таким даром, чтобы память стереть могли? И вообще навести порядок в голове?
– Есть, но не у нас. Сама понимаешь…
Лизка понимала отлично. Кто же согласится с темными бок о бок жить! Вон даже менталисты сбежали!
И сама она сейчас очень хотела последовать их примеру.
– Тогда план такой: до свадьбы ты его прячешь, а потом я с Жаном поговорю, он теперь почти царь, должен что-нибудь придумать. И не смотри на меня так, сама виновата! Продержишься три дня?
Ялисса вздохнула мученически и кивнула.
– Поздравляю, милый, – обернулась Лизка к блондину. – Ты попал! Смотри, не обижай мне его. – Это она уже подруге. Хихикнула и направилась к двери. Теперь ей здесь делать нечего.
– Использую по максимуму! – в тон ей отозвалась колдунья.
А Лизке почему-то подумалось, что использовать парня будут совсем не так, как ему мечтается.
Предсвадебные дни прошли в суете. Рано утром царевна отправлялась в забег по учителям, модисткам, поварам и прочим очень нужным в праздничных делах личностям и только поздней ночью возвращалась обратно в покои. Сил доставало разве только на то, чтобы суженого поцеловать и улечься поудобнее.
Зато к вечеру последнего дня столько дел переделала! Манеры и правила поведения на свадьбе усвоила, клятву зазубрила, меню проверила и лично продегустировала, десять ядов нейтрализовала, напитки еще раз попробовала, план рассадки гостей утвердила. И прочее, прочее, прочее.
И сейчас с восторгом в глазах взирала на роскошное платье цвета бирюзы с золотыми нитями. Красота! Без слов ясно, что она ундина.
– Госпожа, вы нарушите все существующие традиции, – пискнула миниатюрная фея-портниха и недовольно взмахнула прозрачными крылышками.
Ах да, традиции… Лизанда окинула взглядом строгое черное платье, сохранившееся еще с первой попытки, и кисло скривилась. Подумаешь!
– Крейр в курсе.
Точнее, завтра будет, когда все собственными глазами увидит. Но этого лучше вслух не говорить, иначе феечек коллективный инфаркт хватит.
Царевну одарили несколькими изумленными взглядами, но от комментариев воздержались. Не посмели. Невеста правителя темных колдунов многим внушала трепетный ужас, и феи не были исключением.
Дальше последовала примерка, щедро сдобренная восхищенными вздохами портних. Лизавета и сама с замиранием сердца вглядывалась в большое зеркало в бронзовой оправе, силясь отыскать в отражении черты той прежней себя. Но тщетно. В молодой ундине от земной студентки разве что воспоминания остались, да их обычным глазом не увидишь.
Странно, как девчонки по ту сторону портала узнали? С пробуждением силы, доставшейся от матери, изменилось все – от фигуры, которая вдруг обзавелась аппетитными формами, до цвета глаз, сверкавших синими искрами. И на коже теперь золотистый загар красовался, несмотря на то что солнце не желало посещать колдовские Угодья даже летом.
– Просто чудо как хороша! – раздалось позади восхищенное.
Лизка согласно кивнула и только потом обернулась.
– Лули! Ты что здесь делаешь?!
Золотая рыбка обиженно сморщила носик.
– Я – твоя сваха. Как можно было забыть?!
Действительно, такое не забывают. Лиза приветственно обняла подругу матери и, отстранившись, принялась выпутываться из платья.
