дверцу.
– Вот дерьмо!
Я умираю. Господи, пожалуйста, дай мне воздуха.
В моих глазах стояли слезы, я безуспешно пыталась протолкнуть в легкие хоть немного кислорода, но в моем горле, казалось, образовался жуткий ком. Карсон смотрел на меня широко открытыми глазами, и я была уверена, что начинаю синеть.
– Сестра Кристин, твое время наконец пришло![3] – неожиданно выпалил Карсон.
Даже посреди панической атаки я непонимающе моргнула. «Что за?..»
– И теперь лишь ты сама должна сказать: «Все хорошо».
Он сделал шаг назад, а я в еще большей растерянности уставилась на него, не прекращая судорожных попыток вздохнуть. Карсон указал на меня пальцем:
– Но куда же ты идешь, куда спешишь?
«Какого черта он делает? Ну КАКОГО ЧЕРТА он делает?»
Ох! Немного воздуха. «Это хорошо, это очень хорошо, Грейс».
– Ты же знаешь, те мальчишки не хотят с тобой играть, пора признать, – пропел он очередную строфу и, опустив голову, пристально посмотрел мне в глаза.
«Лучше, мне лучше. Чем больше воздуха, тем лучше. Порядок. Я в порядке. Почему он поет, пока я изо всех сил стараюсь не умереть? А ведь у него очень приятный голос, глубокий, с легкой хрипотцой. Ну конечно же, у него оказался приятный голос. Ну конечно же, у него оказался просто ОБАЛДЕТЬ КАКОЙ сексуальный голос. О, а вот и воздух. Отлично. Я в норме».
Мое дыхание стало почти размеренным. Как только паника отступила, я поняла, что песня «Сестра Кристин» играет через динамик лифта. Карсон подпевал динамику, чтобы отвлечь меня от приступа. И это сработало.
Песенный куплет сменился барабанным соло, и Карсон, прикрыв глаза и покачивая головой в такт музыке, с чувством принялся играть на воображаемых барабанах.
– Летишь вперед, На что тебя толкнет Мечта найти свою любовь? Тебе сегодня повезет.
Я ничего не могла с собой поделать и тихонько рассмеялась. Услышав мой смех, он резко открыл глаза. На его лице читалось облегчение, и он тепло мне улыбнулся. Это была та самая улыбка, которую он адресовал пожилой леди и которая едва не сбила меня с ног. Она была такой искренней.
И что-то мне подсказывало, что так Карсон улыбался не часто.
Спустя секунду его лицо снова стало серьезным, и, приблизившись ко мне, он продолжил размеренно подпевать динамику:
– Как же быстро ты растешь, малыш, Маме страшно оттого, что ты решишь – пора С огнем играть.
Напевая, Карсон поднес к губам кулак, делая вид, что это микрофон. Допев очередной куплет, он протянул кулак в мою сторону. Я удивленно моргнула, разглядывая его руку, но, поскольку адреналин от сладкого облегчения, что я буду жить, разнесся по моей крови, я сделала то, что точно бы не стала в иных обстоятельствах. Схватив его кулак, я с удовольствием пропела в него:
– Сестра Кристин, в жизни множество тревог, Не сдавайся и не бойся ничего – И счастье ждет Вот-вот!
Карсон склонился ко мне, и мы запели хором:
– Вот-вот!
Отскочив назад, он еще раз изобразил барабанную партию, а после снова протянул мне кулак:
– Летишь вперед, На что тебя толкнет Мечта найти свою любовь? Он мчал к тебе ночь напролет.
Наши лица были всего в нескольких дюймах друг от друга, и я чувствовала его мятное дыхание, когда он пел со мной в унисон:
– Тебе сегодня повезет.
В этот раз Карсон изобразил гитарное соло, двигая бедрами в такт гитарным риффам и зажимая воображаемые аккорды, а я покатывалась со смеху, наслаждаясь его абсурдной выходкой.
Он лишь ухмыльнулся в ответ и снова затянул припев.
Когда песня замедлилась, приближаясь к концу, он облокотился рядом со мной о перила.
– Сестра Кристин, твое время наконец пришло! И теперь лишь ты сама должна сказать: «Все хорошо». Летишь вперед… летишь вперед…
Карсон замолк. Мы стояли уставившись друг на друга, и теперь уже его дыхание было прерывистым. Я дышала ровно и размеренно, а вот его грудь быстро поднималась и опускалась, после такого-то выступления. До меня дошла вся нелепость происходящего, и я расхохоталась, а Карсон вслед за мной. Когда наш смех затих, он сказал:
– Если ты хотела услышать, как я пою, Лютик, то могла бы просто попросить.
Улыбнувшись, я ему благодарно кивнула:
– Спасибо тебе. Кто бы мог подумать, что сестра Кристин исцеляет от панической атаки? Правда, спасибо.
Карсон улыбнулся в ответ. И тут раздался телефонный звонок.
Карсон поднял трубку.
– Да?
Я встревоженно его разглядывала, пока он слушал человека на другом конце.
– Так долго? – простонал он. – Неужели нельзя сделать это быстрее? – голос в трубке снова принялся что-то объяснять. – Да, хорошо. Но держите нас в курсе, ладно?
– Что они сказали? – нетерпеливо спросила я, как только он повесил трубку.
– Ну, хорошая новость – в отеле знают, что мы застряли, и помощь уже в пути. Плохая – ждать нам придется часа два.
– Часа два? – воскликнула я. – Два часа? – в этот раз уже спокойнее. – Нам придется просидеть здесь два часа?
– Боюсь, что так, – прислонившись к стене, он соскользнул по ней на пол и уселся, устроив локти на коленях.
Смерив его взглядом, я вздохнула и тоже села на пол. Притянув к груди колени, я предусмотрительно расправила свое белое вязаное платье так, чтобы оно закрывало ноги до лодыжек. Карсон заметил мои старания и слегка нахмурился. Затем выражение его лица и вовсе стало отсутствующим.
– За два часа можно многое успеть. Есть идеи, Лютик? – он приподнял брови, многозначительно улыбаясь.
Ага, долго ждать не пришлось. Вернулся тот самый Карсон Стингер, светило порноиндустрии.
– Зачем ты это делаешь? – я неодобрительно прищурилась.
Он прикусил губу и со скучающим видом протянул:
– Что именно я делаю?
– Эта твоя маска… Весь из себя такой порочный тип, да?
– Маска? – Он с минуту смотрел на меня задумчиво. – Маска означает, что я под ней что-то скрываю. Интересно что?
Отведя взгляд, я пожала плечами.
– Парня, который только что дурачился передо мной, напевая «Сестру Кристин»? И все ради того, чтобы мне полегчало.
– Я сделал то, что было необходимо. Лишь бы ты не распрощалась с жизнью у меня на глазах, – тут он усмехнулся. – Если мне суждено два часа торчать в лифте, то лучше бы не с трупом. Может, я и занимаюсь всяким безумным дерьмом, но некрофилия не входит в этот список.
Я изобразила, будто меня тошнит от его слов.
– Боже, ты действительно… – Я задумчиво пожевала губу. – Нет, знаешь что? Я на это не куплюсь. Ты блефуешь, Карсон Стингер. Ты не подонок, но ты
