действительно поделилась со мной личным, вот так просто. И от этого признания не она, а я почувствовал себя неловко.
Протянув ей монетку, я отошел в сторону, наблюдая, как она прицеливается и делает бросок, согнув руку в локте.
Пока Грейс сосредотачивалась, я изучал ее лицо. Черт, она и правда очень красивая девушка. Обладательница той классической красоты, на которую хочется смотреть не отрываясь, так гармоничны ее черты. А еще она была сексуальной – стройной, но с округлостями во всех нужных местах. Держу пари, когда она выходит утром из душа, она так же хороша, даже без всякого намека на макияж. Мой член дернулся в штанах при этой мысли. Вот для этого сейчас точно не время. Чтобы отвлечься от образа выходящей из душа обнаженной Грейс, я ощутимо прикусил себе язык.
Грейс бросила монетку. Я наблюдал за ее броском. Секунда, и монетка со стуком приземлилась прямо в цель. Я не удержался от смеха, когда Грейс вскрикнула и вскинула руки в победной позе.
Но подождите-ка, в этом, в сущности, не было ничего смешного. Разве что выражение восторга на ее лице всколыхнуло во мне желание подхватить ее на руки и сжать в объятиях. Всего на миг, пока я не вспомнил, что не люблю объятия. Ни с кем. Никогда.
Я вздохнул и попытался изобразить как можно более скучающий вид.
– Так что ты хочешь узнать обо мне?
Она прищурилась и в нетерпении облизнула губы, так, что я снова, теперь невольно, прикусил язык. Грейс опустилась на пол и подтянула ноги к груди, прикрыв их подолом, как уже делала раньше. Я ждал ответа.
– Секрет, который ты никому прежде не рассказывал, да? – задумалась она. – Ладно. Почему ты снимаешься в порно?
– Это вовсе не секрет, – усмехнулся я. – Это забавно, и за это отлично платят.
Она нахмурила свои аккуратные бровки.
– Нет, Карсон. Почему ты на самом деле снимаешься в порно?
– Не у всех, кто снимается в порно, испорченное детство или темное прошлое, – я отмахнулся от ее вероятных намеков. – Эта индустрия сильно изменилась за последние годы. Уровень безопасности довольно высокий, за этим тщательно следят.
Грейс продолжала молча на меня смотреть. Вздохнув, я тоже опустился на пол. Неужели я действительно углублюсь в эту тему, да еще с незнакомкой? С этой принцесской?
Минуту или две я сидел неподвижно, уставившись на двери лифта, а после, почти против собственной воли, заговорил:
– Моя мать была порнозвездой в восьмидесятых. Однажды она забеременела. Насколько знаю, это случается нечасто, но если все-таки случается, то проблема решается быстро. Но она не стала сообщать об этом. Так что я ублюдок от одного из сотни подобных мне ублюдков. Как тебе такая сказка, Лютик?
Она смотрела на меня широко распахнутыми глазами, а ее губы приняли форму буквы «о».
– Но это все равно не объясняет, почему ты это делаешь.
– Я фактически рожден для этого, детка, – хмыкнул я. – Сотворенный в грехе и похоти. И мне суждено делать то же самое.
– Это не твоя вина, что ты был… – И черт бы меня побрал, если эти ясные голубые глаза не были полны жалости. Я почувствовал, как внутри меня что-то сжимается, и мне дьявольски не понравилась эта реакция.
– Нет, как и не твоя в том, что у тебя такой хорошенький ротик. Но, может, если ты подползешь немного ближе, мы сможем воспользоваться данными нам Богом преимуществами, чтобы ближайшие пару часов прошли немного быстрее.
Ее щеки заалели.
– Я поняла, для чего ты это делаешь. Этакий ходячий секс, да? Но это всего лишь маска. Все ради того, чтобы скрыть тот факт, что ты стыдишься самого себя.
– Мой маленький доктор Фил, снова вы? – я громко рассмеялся. – Скажи мне, где ты получила степень по клинической психологии? В Университете Брехни Собачьей? А себе диагноз поставить сможешь? Осознаешь, что вся эта игра в идеальную принцесску – попытка примириться с мыслью, что вместо брата должна была умереть ты? Но знаешь что? Твой брат умер. И все твои хреновы старания уже ничего не изменят.
Она судорожно вздохнула, в ее глазах отразилась боль. Я тут же почувствовал себя полным дерьмом.
– Ах ты ублюдок! – прошипела она, вставая на колени, и прямо так рванулась в мою сторону. Почти мгновенно боль в ее взгляде сменилась гневом.
Я тоже вскочил. От ее ублюдочной брани у меня сжалось сердце. Она намеренно использовала это слово, потому что я сам ей его подсказал.
– Ханжа, – прошипел я в ответ.
– Мужик-шлюха!
– О, как изобретательно, Снежная королева.
Мы едва не столкнулись лбами посреди лифта, оба стояли на коленях. Она вскинула вверх голову, чтобы смерить меня свирепым взглядом. Я знал, что на моем лице застыло точно такое же выражение.
– Дерьма кусок!
– Фальшивка.
Она издала рассерженный рык и, сжав руки в кулаки, уперла их в бока. Я подался вперед, призывая меня ударить.
И вдруг мы начали целоваться. Яростно, со злостью, прямо-таки вцепившись друг в друга, давая волю рукам, которые беспорядочно зашарили по чужому телу. И будь все проклято, но она была на вкус как солнечный свет и как вся сладость и свежесть этого мира.
Глава 3
Грейс
Мы отчаянно хватались друг за друга, задыхались, стонали, практически обезумели от гнева и похоти. Или это был только гнев? Нет, нет, гнев не может быть таким приятным чувством. Мое тело горело, нервные окончания были напряжены, каждая клеточка буквально изнывала от желания, лишь бы Карсон коснулся меня еще, еще. О боже, меня трогает Карсон Стингер, светило порноиндустрии. Нет! Да! Да! О да! Трижды «да» против одного «нет». Большинство побеждает! Боже, он был так хорош на вкус. Мята и что-то еще, нечто особенное, только его. Едва я ощутила этот вкус, меня оставили последние крохи здравомыслия. Проведя языком по его губам, я буквально впилась в его рот, отчаянно желая нашей близости. Желая его. Казалось, он так же сильно меня хотел. Его язык переплетался с моим, а руками он удерживал меня за ягодицы. Когда он рывком притянул меня ближе, я почувствовала его эрекцию. О боже, наверняка у него отличный член. Уж точно большой! О, я чувствовала через одежду, насколько большой. И я терлась о него как обезумевшая мартовская кошка. Обезумевшая мартовская кошка, добравшаяся до валерьянки или еще какой-нибудь кошачьей дури. Что там заставляет и так спятивших перевозбужденных кошек дойти до крайней степени безумия? Такой в эту минуту была я.
Мяу!
Я почувствовала, как Карсон тянет меня
