к себе. На крыльце, правда, обернулась и для успокоения души еще немножечко постояла, глядя на пустой дом. — Точно. Показалось.
Заперев входную дверь и на всякий случай подергав за кольцо на крышке в подпол, я поднялась в спальню, скинула одежду и рухнула в кровать.
Остаток ночи и первая половина дня прошли без происшествий.
Проспав до полудня, я потянулась, на всякий случай проверила светлого соседа — отсутствует! — и в потрясающем расположении духа спустилась в кухню. Приготовила завтрак и наивкуснейший кофе с привкусом победы, подтянула к себе гримуар.
Открыла…
И моментально приуныла!
«…для активации заклинания необходимо, чтобы ведьма была влюблена», — насмехалась книга.
— А без издевок ты умеешь общаться? — язвительно спросила я.
Гримуар пошуршал страничками и в отместку заменил все заклинания только одной этой строчкой. Было очевидно: без издевок колдовская книга общаться умела, но не хотела.
Я тяжело вздохнула.
По традиции, каждая вступившая в силу ведьма в день своего совершеннолетия открывала круг и призывала в свою пока еще пустую книгу зелий и заклятий духа-хранителя, который помогал ей всю оставшуюся жизнь.
Но то простые ведьмочки.
Меня же угораздило родиться в прославленном роде Блэков, могущественных ведьмаков и самых прекрасных ведьм. Вернее, конечно, будет сказать «самых сильных», ибо никто конкурсов красоты среди ведьм не делал. Но ведьмы рода Блэк решили, что они самые прекрасные, и пока оспорить этот, мягко скажем, спорный факт дураков не нашлось.
В общем, по семейной традиции мне достался черный гримуар, который передавался из поколения в поколение от самой сильной ведьмы с черной искрой магии к более молодой и перспективной.
Никогда не забуду тот день, когда прабабка протянула мне завернутую в темно-синий бархат книгу.
— Вот, дорогая внучка. Дарим сейчас, но это на совершеннолетие, — заявила она, злобно скалясь. — Береги, как дракон бережет свою сокровищницу.
Ага. Конечно.
Нашли что доверить девятилетке.
В моих руках гримуар трижды горел. Дважды тонул. И не упомню, сколько раз был использован в качестве метательного орудия, а также подставки под тарелку с бутербродами и чашку с кофе.
Я-то в итоге повзрослела и, смею надеяться, поумнела. Осознала всю ценность и неоспоримую пользу доверенного мне артефакта, но не гримуар.
За сотни лет в компании с дурными ведьмами из рода Блэк характер духа-хранителя, заключенного в обложке, окончательно и бесповоротно испортился. Что он и демонстрировал вот прямо сейчас, надувшись на свою хозяйку не пойми из-за чего.
— Ну не помню я, правда, не помню! — взорвалась я, так и не сообразив, чем могла так сильно задеть тонкую душевную организацию ведьмовской книги.
Гримуар воинственно зашуршал страничками и кровожадно щелкнул замком, намекая на то, что кое-кому все же придется встать на колени и начать молить о прощении.
— Да что бы я, Саманта Блэк, унижалась перед каким-то гримуаром?! Этого никогда не случится! — заявила я, развернулась и вышла из кухни, напоследок так громко хлопнув дверкой о косяк, что по штукатурке над входом пошла трещина.
И все та же я спустя каких-то полчаса:
— Гримуарчик, миленький, ну пожалуйста, — неискренне ныла я, склоняясь над мстительной книгой. — Смотри, что у меня есть? Смотри, какая мягкая бархатная тряпочка? А это? Это же твое любимое средство для полировки кожи. Ну прости, прости. Я больше так не буду.
Разомлевший гримуар нехотя отщелкнул замочек, давая доступ к вековой магической мудрости.
— Вот и молодец! А теперь дай нормальное зелье, — молитвенно сложила я руки перед собой. — Без сомнительных пунктов про влюбленность.
Гримуар раскрылся на той же странице.
Я упала на стул, поджав под себя одну ногу, и в очередной раз пробежала состав и способ приготовления выбранного зелья глазами. Увы, но трижды проклятая строчка «…для активации заклинания необходимо, чтобы ведьма была влюблена» никуда не делась.
Побарабанив пальцами по столешнице, я решила, что не так уж и хочу варить это самое зелье невероятной удачи, и перешла к вечному и приземленному зелью от похмелья. Нужный рецепт нашелся на одной из первых страниц, и угадайте, что я там увидела!
— Тааак… — протянула я, лихорадочно переворачивая страницу и вновь натыкаясь на строчку про влюбленную ведьму. И снова. И снова. И снова…
— Только не говори, что теперь пункта про влюбленность мне не избежать ни в одном из рецептов зелий, — простонала я, хватаясь за голову.
Гримуар громко и крайне выразительно промолчал, чем окончательно добил мое прекрасное настроение.
Я выскочила на улицу, сердито прошлась между грядками и так злобно зыркнула на вылезшего из норки крота, что тот поторопился забраться в нее обратно и замуровать вход.
— За что?! — взвыла я раненой татью на болоте и сделала еще парочку нервных кругов по участку.
По всему выходило, что гримуар своего решения не изменит, и гребаный пункт про любовь никуда из рецептов не исчезнет, фактически заблокировав часть моих способностей. И выхода два: вспомнить, в чем я так сильно провинилась перед гримуаром, что он так вспылил, или… влюбиться!
— А что… мысль дельная, — вслух подумала я и потерла пальцем переносицу. — Еще бы только узнать, как теперь влюбляются, и все будет тип-топ.
Кинувшись обратно в дом, я переоделась в свое лучшее платье: черное, с V-образным вырезом, подчеркивающим грудь, глянула на себя в зеркало и отправилась в город. Платье было удобным и оттого нежно любимым, но, как оказалось, совершенно неуместным для похода в городскую библиотеку.
Мне пришлось трижды повторить свою просьбу, прежде чем до старенького архивариуса дошло, что у соблазнительного выреза есть еще и голова, которая что-то от него хочет.
— Простите, госпожа ведьма. А вы могли бы повторить свою просьбу?
— Мне нужны любовные романы, — рявкнула я, потеряв терпение, и выпустила искру.
— Романы? — переспросил архивариус, с трудом поднимая взгляд выше. — Ах да, любовные романы.
Он быстро юркнул за свой стол, безнадежно заваленный бумагами, дернул один из ящичков, с видимым трудом отыскал в нем карточку с моим именем и развернулся. Взгляд опять утонул в интригующих глубинах выреза.
— Господин архивариус! — возмутилась я, прикрыв эти самые глубины ладонью с магическим перстнем.
— Да-да… — встрепенулся архивариус, открывая карточку и доставая с подставки перо. — Какие конкретно любовные романы вы хотите взять в нашей библиотеке?
Я беспомощно огляделась, ибо никогда ранее не то что не читала книги про вымышленную любовь, но даже близко не представляла какими они бывают.
— А какие есть?
— У нас широкий выбор сентиментальной прозы на любой вкус и любые женские ожидания, — уверенно заявил работник библиотеки, явно входя в рабочий раж. — В горячих новинках этого сезона темы измены и свадебного переполоха. Также набирают обороты популярности
