Рисн тосковала по приключениям. Во время обучения она непрестанно жаловалась на то, что бабск таскает ее по всему Рошару. Она думала, ее ждут богатые клиенты и торговля шелками во дворцах, но вместо этого оказывалась то в одном захолустье, то в другом. Они путешествовали по всевозможным труднодоступным местам, которые никто другой не счел бы достойными посещения.
Рисн не уставала удивляться тому, что бабск не вышвырнул ее за борт после первого дня жалоб, не говоря уж о сотнях таких дней. Повзрослев, она обнаружила, что искренне скучает по тем поездкам. Отправиться в новое место? Исследовать торговые возможности мифического острова? И возможно, попутно спасти Чири-Чири? Подобная перспектива будоражила.
Тем не менее оставались некоторые проблемы.
– Светлость, – сказала Рисн, – у меня прекрасная команда, опытная и хорошо обученная. Но вы должны понимать, что моряки бывают суеверны. Мы поплывем к запретному острову вскоре после того, как оттуда вернулся корабль-призрак... Признаться, я целый день ломала голову над тем, как преподнести им эту идею. Она внушает страх.
– Я могу отправить с вами одного-двух Сияющих для поднятия морального духа, – предложила Навани.
– Это поможет, – согласилась Рисн. – Вы не могли бы кое о чем попросить королеву Фэн? Вы сказали, что она одобрит это задание. Личная просьба нашей королевы имеет большой вес для моряков. Тогда они отправятся не в обычный рейс, а в рейс по королевскому предписанию.
Кроме того, это усилит авторитет Рисн на корабле. По идее она в этом не нуждается, но после того, как своеобразно к ней отнеслись в первом плавании... что ж, не помешает, если ее слова подкрепит королевское предписание.
– Этот вопрос я решу. Мы с королевой Фэн давно обсуждали подобную экспедицию, и я уверена, что она охотно напишет вашим морякам. – Навани прищурилась. – А что насчет вас, капитан? Я поручаю вам нелегкое задание. Достаточна ли плата? Могу ли я предложить еще что-нибудь женщине, которая владеет собственным кораблем и держит в качестве питомца мифическое существо?
Рисн посмотрела на Чири-Чири. Той уже надоело играть, и она вместо того, чтобы грызть, тихонько похлопывала сферу лапой. Заметив взгляд Рисн, она взмыла в воздух и полетела к паланкину отдыхать.
Потребности. И взаимосвязи.
– Буду честной, светлость. Чири-Чири... нездорова. Мне кажется, эта экспедиция ей поможет. Поэтому я готова отправиться в плавание только ради нее. Мне не нужно особой платы. Однако, если вы готовы выслушать, я кое о чем попрошу.
– Говорите свободно, – предложила Навани.
Свободно, как летает Чири-Чири... На что похожа такая свобода? Когда ты ничем не скована?
– Правда ли, – начала Рисн, – что вы изобрели платформы, которые могут подниматься высоко в небо?
– Да. С них стреляют наши лучники во время боя.
– Но вы этим не ограничиваетесь? Например, конструкция снаружи, которая считается лифтами?
– Я поделилась планами с королевой Фэн, – сказала Навани. – Не понимаю, что еще вы хотите от меня...
Она осеклась, видимо, заметив, как Рисн отвернулась от Чири-Чири и уставилась на нечто другое – на свое кресло на колесиках.
Кресло давало ей некоторую свободу, но все равно его нужно толкать. Рисн надеялась заполучить кресло с большими колесами, которые она могла бы вращать сама. Удивительная конструкция, но чересчур громоздкая. Кроме того, не так много дорог и полов подходят для человека на колесах. Даже если катить кресло самой, ее способность к передвижению будет сильно ограничена.
А вот если вместо этого парить? Может, не так хорошо, как получается у Чири-Чири, но почти все что угодно лучше, чем кресло на колесах. Кресло означает свободу, но еще все время напоминает, что мир не приспособлен для таких людей, как Рисн.
– Мои ученые работают над опытными образцами, которые могут вас заинтересовать, – сказала Навани. – Поскольку я все равно отправляю в экспедицию письмоводительницу, можно назначить ее из числа тех, кто сведущ в наших новых фабриалевых разработках. Она проведет несколько экспериментов на корабле и продемонстрирует вам возможности этой технологии.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Это подойдет, светлость, – отозвалась Рисн. – Остальные ваши условия очень щедрые. Они приняты. Считайте, что сделка состоялась. «Странствующий парус» в вашем распоряжении.
3
Лопен никогда не думал, что в мире столько разновидностей людей.
О, разумеется, он ожидал, что их много, но не столько же. В Уритиру можно полюбоваться на кого угодно. Как они одеваются, как говорят, как едят. Сегодня он пронесся мимо стинцев, которые перевязывают бороды шнурками, отчего те напоминают длинные колбаски. Мимо женщин ташикки, которые носят цветастые накидки. Мимо торговцев из Нового Натанана, кожа которых отливает синевой, словно в венах прячутся сапфиры.
Все такие разные. Лопен решил, что, само собой, люди должны быть как горы. В том плане, что издалека они все одинаковые. Взлети повыше, пронесись над ними на всей скорости, и некогда присматриваться. Заостренные. Покрытые снегом. Горы. Ясно-понятно.
Подлети поближе, и у каждой найдутся свои неповторимые зубцы и голые пятачки, где проглядывают скалы. На некоторых даже растут цветы, у разломов, из которых выходит теплый воздух. С людьми проблема в том, что все смотрят на другие народы издалека. Видят их как большие, похожие на горы пятна. Чужеземцы. Странные. Ясно-понятно.
Вблизи так на людей не посмотришь. Каждый человек неповторим.
Его спрен Руа выскочил из бокового коридора и от радости заложил петлю. Похоже, нашел реши. Лопен должен был встретить их сегодня. Отлично! Он сплетением увеличил скорость, пронесшись в паре футов над головами прохожих в коридоре. Некоторые испуганно вздрогнули. Само собой, он делал одолжение: им нужно привыкать к ветробегунам над головой. Чего от него ждут? Что он пойдет пешком?
Руа принял один из своих излюбленных обликов – летающий чулл с размашистыми крыльями – и пристроился рядом с Лопеном. На следующем перекрестке он свернул налево. Они вылетели в атриум: у большого открытого пространства не было крыши, только десятки ярусов с балконами и огромное окно.
Лопен наконец разыскал гостей реши. Бури! Как они умудрились забраться так далеко внутрь за столь короткое время?
– Молодец, нако, – похвалил он Руа, потом сплел себя с землей и опустился рядом с гостями.
Лопен зашагал к ним, разведя руки.
– Приветствую! Я Лопен – ветробегун, поэт и ваш покорный слуга. Должно быть, ты король Релу-на!
Его предупредили, что король будет одет в мантию. Это был невысокий мужчина с седеющими волосами, впрочем, спереди его одеяния расходились, обнажая крепкие грудные мышцы. Его сопровождала группа свирепых, вооруженных копьями мужчин в набедренных повязках.
– Я говорю от имени короля, – произнес высокий мужчина на хорошем алети. Волосы у него были заплетены в две длинные косы. – Можешь называть меня Талик.
– Само собой, Талик! – отозвался Лопен. – Любишь летать?
– Не знаю что и сказать, – ответил Талик. – Не ты ли должен...
– Поболтаем позже.
Лопен сграбастал Талика под руку, зарядил его буресветом, махнул остальным, и оба взмыли в воздух.
Они неслись вдоль окна, оставляя позади один этаж за другим. Лопен держал крепко. Этот парень Талик – важное лицо, так что не стоит его ронять или еще чего. Талика окружили спрены потрясения в форме бледно-желтых треугольников. Стало быть, наслаждается полетом.
– Слушай, как я понял, ты живешь на гигантском крабе посреди океана? – спросил Лопен, пока они летели. – На по-настоящему большом крабе. Больше города. Один мой кузен, само собой, клялся, что у него жил краб, у которого в роду были чуллы, но вряд ли это возможно, хоть он и доставал мне до колен. Шквальный краб и правда был большим, но дом у него на спине не построить. Офигеть, вело! Ты заслуживаешь уважения, если живешь на гигантском крабе. Кто вообще живет на крабе? Обычные люди не живут. Только такие, как ты.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
