и Аня взялась за шерсть. Вика унесла бельё, рваное в клочья, взглянула на часы и, уже торопясь, просто перевернула матрац:
– И так сойдёт! Пссссина!
За полчаса они худо-бедно вдвоём прибрали и эту комнату. Далеко не идеально, но и времени было уже в обрез. Ободки на головах девушек-горничных противно завибрировали, пульсируя и неприятно сжимая голову.
– Время! Время! – Запаниковала Вика. – Уходим, сейчас же!
Побросав весь свой скарб в тележку, они закрыли прибранный номер снаружи, и бегом покатили тележку к подъёмнику, но не смогли вовремя остановить её, разогнавшуюся.
– Б-у-м! – Влетела та в стену. Некоторые вещи попадали с неё, правда тоже на подъёмник. Ведёрко с белым порошком просыпалось, но тот в реакцию не вступил.
Споро дёрнув подсвечник вверх, приводя механизм спуска в действие, Вика побежала вместе с Аней вниз по лестнице. Этот ободок так противно жужжал и давил! Хотелось его сорвать с головы, но отчего-то Аня посчитала, что это окажется неверным решением. Вон и Вика не трогала свой ободок с пушистыми ушками.
– Мы закончили! Всё! – почти выкрикнула Вика, пробегая мимо дворецкого на первом этаже и дальше, вниз по лестнице. Аня скакала следом, едва ли не перепрыгивая через пару ступенек.
– Отличная работа! – кивнул дворецкий и что-то нажал под столом стойки ресепшена.
Ободки на головах горничных тут же успокоились. А вот одёжка Ани в ближайшее время требовала чистки, без вариантов! Так и второй комплект пройдёт примерку.
– У него там кнопка от наших «головных уборов»? – пытаясь отдышаться, выдохнула Аня уже в подвале, когда девушки стояли возле двери комнатки Вики.
– Да, – кивнула подруга, и ободочек на её голове чуть сполз вниз, а ушки остались на месте, – успели...
– Слушай, а у тебя на ободочке совсем не как у меня ушки, такие пушистые! И крепятся, смотрю, отдельно! – и Аня цап одно ушко, потянула его поглаживая. – Мя-я-гонькие!
– Ня-я-у! – отчего-то пискнула Вика и блаженно заулыбалась, как дурочка.
[1] Aqua maris в переводе с латинского означает «морская вода».
Ночь третья, или День в городе и вечер в холоде
Гуляя как-то по округе,
Вы щебетали, две подруги,
А с наступленьем темноты
Всё изменилось, даже – Ты!
«Чего-то как-то мне после вчерашних окровавленных и расцарапанных номеров немножко не по себе», – чистя зубы в уборной, размышляла с утра Аня, пока за дверью её ожидала очередь.
Ей сегодня плохо спалось остаток ночи, всё кошмары в голову лезли. И хотя она ещё не работала в других местах, но ей всё больше и больше начинало казаться, что нынешнее место работы у неё «со странностями». Вот она и поднялась сегодня раньше всех, самой первой успела добраться до туалетной комнаты.
Белки глаз с тоненькой красной сеточкой глядели из зеркала на своё отражение. «Недосып. Впервой что ли?» – Аня закрыла глаза и ладонями плеснула воду на лицо. Запах. Вода пахла железом. Девушка открыла глаза и... Выплеснула воду из ладоней. Красная! «Кровь? Опять мерещится! Особняк же старый, трубы, наверное, давно проржавели». Выключив горячую, девушка оставила только холодную воду. Так и есть: вода сначала порыжела, а затем приобрела прозрачность. Горячая вода – ржавая. Умывшись холодненькой, Аня даже взбодрилась от этого.
Наверху, в холле, горничных ждал утренний инструктаж:
– Уборка, стирка. Сегодня необходимо сделать выезд в город, пополнить некоторые запасы. Урсула, сама выберешь себе двух помощниц, – отдавал распоряжения дворецкий.
– Да, мой Лорд! Анна и Виктория, – на немецком языке ответила старшая горничная.
– Ладно, если хочешь, можешь позволить девочкам прогуляться по городу, – так же, на немецком распорядился дворецкий, и старшая горничная кивнула.
– А нам для выезда тоже униформу полагается носить? – на всякий случай Аня спросила Вику.
– Конечно, мы же на работе, а не на прогулке будем! – кивнула та. – Но это не точно, я ещё в таких мероприятиях не участвовала.
– Спасибо! Очень полезная информация, – съязвила Аня.
Когда инструктаж закончился и дворецкий распустил отделение горничных, то он поманил к себе Аню:
– Рад сообщить, что постояльцы уже начинают положительно отзываться о Вас и выражают желание об увеличении Ваших ночных смен, – сообщил дворецкий Ане. – А ещё Вам просили передать вот это! – и дворецкий протянул Ане несколько мармеладных конфеток в прозрачных обёртках.
Аня сразу отметила про себя, что дворецкий при обращении к ней перешёл с «ты» на «Вы». «Неужели «Вы» ещё заслужить надо было? – слегка удивилась она. – Так что: они меня приняли и довольны?» Отказываться от угощения было бы, наверное, некрасиво. Девушка приняла подарок и сделала книксен[3], как её учили на курсах горничных в России.
«Странный он какой-то, этот дворецкий. Днями и ночами напролёт дежурит, без передыху. Он когда-нибудь отдыхает? Он, вообще, спит? Всегда аккуратно одетый, чистенький и подтянутый. Но вот его лицо... Лицо и внешность... Как только девушка отворачивалась от дворецкого, то сразу же его лицо стиралась из её памяти. Круглое? Вытянутое? Волосы: тёмные или же светлые? Я не знаю!!! Как же так?» – удивлённо оглянулась Аня. Сейчас она чётко видела, что это уже немолодой мужчина, с короткой причёской, волосы тёмные с проседью, прямой нос, острые, пытливые, жёлтые глаза, короткие, аккуратные усы. «Вот же он! Ничего выдающегося! Внешность, как внешность! Запоминаем!» – решила Аня и закрыла глаза. С ужасом осознала, что образ мужчины стремительно исчезает из её памяти. Уже через пару секунд она снова не помнила, как тот выглядит. Горничная открыла глаза. Так вот же он – стоит перед ней, и ни капельки не изменился: молодой человек с длинными светлыми волосами, аккуратно побритый, кареглазый, нос пятачком, а рот скривился в ухмылке. «Ой! Он же на меня смотрит! А я-то вылупилась на него! Неприлично!» – девушка пожала плечами, твёрдо решив не забивать себе голову глупостями, и пошла вслед за Викой в подвал. «Подумаешь: рыжий, кучерявый, средних лет мужчина! Вроде... А о ком это я сейчас думала? – удивлённо обнаружила Аня полминуты спустя. – О чём-то важном? О важном так легко и быстро не забывается, а я склерозом ещё не страдаю, и в мозгах моих никто не ковырялся»...
С самого утра прислуга шепталась, что какой-то Граф в спешке покинул гостиницу, когда узнал, что сюда прибыл его непутёвый балагур-племянник. Какая потеря для гостиницы! И какие проблемы для персонала!
Урсула
