— Я бы с радостью предложила вам чаю, но не знаю, где его здесь взять, — я улыбнулась Злате. — И я как раз собиралась принять ванну, чтобы освежиться перед ужином.
— Конечно, простите, Агния, не буду вас тогда отвлекать. Если вам что-нибудь понадобится, вы можете позвонить в этот звонок, — Злата показала на шнур, который я сама не заметила, возле туалетного столика.
— Не беспокойтесь, Злата! Я разберусь. Не думаю, что мне что-то понадобится, но все равно спасибо! И за одежду тоже спасибо огромное. А то я уже хотела идти в своем.
И мне с ней вместе окинули взглядом мой комбинезон. И носки. Именно в них, в своих полосатеньких, я и стояла, без кед.
— Можно, но не стоит, — сдержанно улыбнулась Злата. Она вообще производила впечатление очень спокойно и выдержанной девушки. В отличие от меня. Мне почему-то захотелось ее расшевелить, увидеть, как зажигаются эмоциями глаза, сейчас она больше походила на примороженную куклу. Правда, очень красивую.
— Злата, а хотите, приходите ко мне после ужина? Поболтаем? Устроим девичьи посиделки? У нас, в моем мире, это принято. Попросим на кухне что-нибудь вкусненькое и оторвемся, а? — неожиданно вырвалось у меня. Скорее всего, мне захотелось таким образом ощутить свою связь с моим миром, мы часто с девчонками в общаге устраивали такие вот посиделки.
И да, я все-таки увидела, как зажглись ее глаза. Ура.
— С радостью! Конечно, я приду. И позабочусь о вкусностях, — Злата улыбнулась широкой открытой улыбкой. А у меня потеплело на душе. Похоже, это была еще одна заявка в друзья, помимо Малькольма.
Злата ушла, а я решила посмотреть, что из одежды она мне отобрала. На самом верху лежало платье невероятной красоты. И как Злата угадала с моим любимым цветом? Оно было цвета пепельной розы, как и цвета в гостиной моей комнаты. Совпадение?
Ткань, мягкая, струящаяся, немного переливалась. Платье было двойное. Первый слой был из серебристой ткани, что-то вроде нижнего платья. А сверху надевалось второе платье как раз той чудесной ткани. Я решила, что рассмотрю остальные наряды потом, а сегодня вечером надену именно это.
Приняв решение, я отправилась предаваться эстетическому и моральному удовольствию в ванной, погружаясь в пену из умопомрачительных ароматов. Я так расслабилась, что чуть было не заснула. Очнулась от звука громко хлопнувшей двери. Что это? Кто-то приходил?
— Злата? Это вы? — крикнула я, решив, что это Злата забыла что-то и вернулась. Но мне никто не ответил. Я подумала, что мне, наверное, просто привиделось во время дремы и решила не придавать этому значение. Из ванной вылезать не хотелось. И еще совершенно не хотелось идти на это ужин. Но раз приняла правила игры, нужно и дальше соответствовать.
Я выбралась из ванны, вытерлась и просушила волосы полотенцем, фена здесь думаю искать нет смысла. Расчесала их пальцами и попыталась придать им красивую форму локонов. Все-таки придется идти с влажными волосами, не успеет моя копна просохнуть до начала ужина. Среди многочисленных тюбиков определила, какой из них с кремом и обмазалась душистой субстанцией с ног до головы. Удовлетворенно улыбнулась и вышла из ванной. И в ужасе застыла.
Вся одежда из сундука, которую я так и не успела рассмотреть, была изрезана и разбросана по всей комнате. Но больше всего меня добило, что платье, мое прекрасное платье, которым я так восхищалась, изрезанной кучкой лежало прямо посреди комнаты.
Глава 6
Так. Тааак. Ну все. Агния вышла на тропу войны. Вы просто еще не знаете, дорогие мои драконицы, как мы в общаге отвоевывали место под солнцем, иначе бы побоялись соваться ко мне в комнату и пакостить. А то, что это были драконицы, я даже не сомневалась. Кто еще мог пойти на такую подлость? Слишком уже по-женски это выглядело.
Я подошла к звонку и дернула за веревочку. Раздался мелодичный звон и через некоторое время ко мне в комнату вошла служанка, поклонилась и просила, чего я желаю.
Я желала возмездия. Но, конечно, прямо заявить об этом не посмела и просто сказала:
— Позовите, пожалуйста, Малькольма.
Служанка удивленного воззрилась на меня.
— Что-то не так?
— Но как же? Его самого? — она продолжала смотреть все с таким же удивлением.
— Мне стоит еще раз позвонить и позвать другую служанку, которая выполнит мою просьбу? — я постаралась вложить в тон всю твердость, на которую только была способна. — Вы видите, что происходит в комнате? И мне необходимо посвятить Малькольма во все это безобразие.
На этот раз служанка просто молча поклонилась и вышла. Надеюсь, она пошла за этим милым распорядителем.
Тут дверь с грохотом распахнулась и на пороге показались Малькольм и Расмус. А его то каким ветром принесло? Расмус же окинул взглядом гостиную и его глаза полыхнули гневом. Было ощущение, что у него сейчас пойдет дым из ноздрей, настолько он был взбешен. Серые глаза посветлели еще больше от злости.
— Что. Тут. Произошло.
И вот от этих его слов, сказанных даже без вопросительных интонаций и тихим голосом, мне стало страшно. За ту ненормальную, которая решилась на такой шаг.
— Злопыхания злопыхателей? — попыталась я разрядить обстановку.
Расмус перевел взбешенный взгляд на меня. Я на всякий случай сделала пару шажочков назад. Мало ли, полыхнет еще пламенем. А у меня очки расплавятся. Одеться то я не успела, а вот свои любимые очки нацепить смогла, надо же встречать любые невзгоды сквозь оранжевый свет. Кто-то смотрит на мир сквозь розовые очки, я же предпочитаю оранжевые. Так веселее.
Так я и стояла: в коротком полотенце до середины бедер, с мокрыми еще волосами, ну хоть вода с них не стекала, и то хорошо. И в оранжевых очках. Расмус окинул меня хищным звериным взглядом с узким зрачком, задержался на оголенных ногах. Моргнул. Перевел взгляд выше, почти на глаза.
— Расмус, глаза выше находятся, — решила я ему подсказать.
Он моргнул еще раз, узкий зрачок пропал. И только тогда он посмотрел мне в лицо.
— Мне нравятся твои… глаза, — он широко мне улыбнулся.
— Ха, еще бы. Всем нравятся мои…глаза, — я не менее широко улыбнулась ему. Он думал меня смутить? Просто он не жил в нашем мире.
— Так. А теперь серьезно. Что здесь произошло? — Расмус перестал улыбаться, когда еще раз окинул взглядом помещение.
— Как ты догадываешься, — тут я спохватилась, что слишком фамильярно с ним обращаюсь и решила уточнить. — Это же не страшно, если я к тебе вот так, без всяких политесов, вашихсветлостей и на «ты»?
— Если наедине, то можно, — милостиво кивнул он мне. — Но если в обществе с кем-то, то старайся все-таки придерживаться этикета. Не все такие понимающие, как я, — улыбнулся он.
— А придерживаться этикета — это как? — опять решила уточнить.
— Это обращение «ваша светлость» и на «вы», — на этот раз мне ответил Малькольм, который все это время молчал, разве что ходил, рассматривал поврежденную одежду и к чему-то принюхивался. Прямо как собака, которая берет след.
— Ясно. Хорошо, без проблем. Так вот, Злата была так любезна, что, узнав про мои затруднения с одеждой для ужина, принесла мне часть своего гардероба. И я даже уже отобрала себя платье для ужина и пошла приводить себя в порядок. А пока была в ванной, услышала, что кто-то зашел в комнату. Думала, Злата вернулась. Крикнула, но мне никто не ответил. А когда вошла в комнату, увидела все это, — я обвела рукой все обрезки.
Расмус кивнул и посмотрел на Малькольма.
— Малькольм, чувствуешь что-то?
— Нет, похоже она использовала зелье, подавляющее запахи и ауру. Пока не представляю, как ее вычислить, — Малькольм задумчиво расхаживал между обрывками ткани, все еще водя носом. Остановился возле растерзанного платья, закрыл глаза и начал водить над ним руками.
Расмус подался чуть вперед, напряженно вглядываясь в его лицо.
— Нет, не чувствую, — разочарованно выдохнул Расмус.
— Ничего, мы ее «возьмем» на живца, — ухмыльнулся Расмус.
