— Вот он! — воскликнул колдун, когда повернув в очередной коридор, заметил на полке красивый самурайский меч. Его ножны были настолько богато уделаны, что я не смог оторвать от него свой взгляд. И этим мечом убили какого-то императора?
Взяв оружие в руки Лэнгтон не стал вынимать его из ножен и указал головой добавив: — Идемте, не здесь же это делать, — воскликнул он и мы продолжили идти, пока не вышли к большому саркофагу. Это была железная дева, предмет для особых изощренных пыток. Надеюсь, они не посадят меня туда живьем, ведь переход в другой мир, не должен быть таким уж ужасным.
Открыв дверцу саркофага, мистер Лэнгтон позволил нам узреть внутри кровавое месиво. Иглы и шипы с внутренней стороны крышки были все в крови. Завидев это, агент Бекинсаль тонко подметила, что предмет этот стоило бы почистить. На это, отрицательно помотав головой колдун ответил: — Это Железная Дева кровавой Марии. С помощью этого предмета пыток на тот свет отправили тысячи людей и теперь саркофаг проклят. Его невозможно почистить, кровь и кровавая масса появляется обратно, стоит навести чистоту.
— А зачем нам этот предмет? — спросил я, понимая, что все же придется в него полезть.
— Для вашего мертвого тела. Помещенные сюда тела испаряются навеки, оставляя лишь кровавую массу, — сказанное Лэнгтоном, кажись забавляло его самого. Значит, меня все же убьют. Наивно надеется, что попасть в другой мир будет так легко: — Газель, ты бы не могла нам помочь? — воскликнул колдун и его ассистентка, по совместительству падший ангел, достала из под груды металлолома длинную парчу и постелила ее перед саркофагом: — Вот, встань сюда смертный, — сказала девушка и отшагнув на несколько шагов назад вновь погрузилась в свой телефон. А может быть ей вообще нет и тысяч лет, у ангелов же тоже должны быть подростки. Она еще и щеки надула как тинэйджер, стоило Лэнгтону попросить ее сделать что-то для него.
— Мистер Дункан, вы не беспокойтесь, этот меч, великого Сэнго Мурамасы, имеет одну хитрость. Если убить им кого-то, то душа этого человека не найдет покоя ни на земле, ни в аду ли в раю. Но также, если пробить сердце жертвы подумав о каком-то особом месте, то жертва непременно возродиться в том месте, если конечно это не наша земля, ад или рай, — объяснил колдун, крепко схватившись за рукоять меча. Легким движением он достал меч из ножен и свет лампочек отразился блеском на остром лезвии.
— Другими словами, Лэнгтон подумает о мире Изменения и после этого проткнет ваше сердце и вам удастся попасть в другой мир, — профессор попытался перефразировать слова своего друга. Но тот тут же вставил: — На самом деле, вы сначала попадете в место под названием «Пустота», это что-то между мирами, только оттуда вы сможете попасть в другой мир. В общем разберетесь на месте, готовы? — колдун держал меч на наготове.
— Стоп, стоп! — остановил я его: — Нельзя же так быстро, дайте секунду, — спокойным голосом попросил я и тогда профессор, сделав шаг ко мне сказал: — Не беспокойтесь Дункан. Я буду следить за Констанцией и в случае опасности помогу ей. Тоже самое относится и к вашей семье. После вашей смерти, я тут же установил слежку за вашими родителями и сестрой. Помимо этого, я и Лэнгтон разберемся с остальными Эмиссарами и к вашему возвращению, нам останется лишь убить Владык. Поймите, в данный момент это самый быстрый способ попасть в мир Изменения.
— Я не ни на что такое не подписывался, понял? Я же сказал, что завязал! — вновь в глазах колдуна появился некий неведанный мне страх. Даже не посмотрев на своего друга профессор ответил: — С одним ты мне точно поможешь, Эмиссар Владыки Мистики объявился, ты же понимаешь какими последствиями это чревато? — не дав своему товарищу шанса ответить, Лотфи посмотрел на меня и пожелал удачи, после этого отступив на шаг приказал: — Давай!
В ту же секунду Лэнгтон дернулся в мою сторону и пробил мою грудь насквозь. Кровь застыла в горле, а не приятная колющая боль наполнила оба предплечья. Тяжесть свалилась на мои плечи и потеряв равновесие я упал назад прямо в саркофаг.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Интерлюдия 1: Польза проклятий
— Ну? Отправили мы твоего друга в пустоту, теперь ты уйдешь и больше меня не потревожишь, не так ли? — с искренней надеждой в голосе спросил Лэнгтон Кроуфорд.
Его друг профессор Джеймс Лотфи улыбнулся на ребяческую просьбу своего старого друга и воскликнул: — Не дождешься! — эти слова заставили экзорциста безнадежно вздохнуть и покачать головой: — Ты же понимаешь, Лэнгтон, нам без тебя не справиться. Эмиссар Владыки Мистики может творить ужасающее вещи!
Лэнгтон Кроуфорд помотал головой пытаясь отряхнуть от себя неприятные мысли. Он все еще должен был профессору Лотфи услугу, ввиду десятилетнего случая, поэтому сколько бы он себя не тешил отмазками, вернуть свой долг ему придется, и он его вернет.
— Вы про меня не забыли? — Оливия Бекинсаль любезно напомнила двум друзья о своем присутствии. Ирония в ее словах привлеклотак же внимание и Газель, падшегоангелатретьего круга рая, круга личных помощников архангелов. Газель, могла бы занять место очередного архангела именно этому учили ее с ранних лет, еще когда земля полностью не сформировалась. Но, ангел никогда не стремилась к этому. Поэтому выбрала иной путь, Газель была изгнана из рая, за преступление, детали которого были известны лишь ей и архангелу Уриилю. О причине ее изгнания, не знал даже Лэнгтон.
— А что вам надо? — в забывчивости и немного раздраженно спросил мистер Лэнгтон. В данный момент, его тяготила мысль о том, что ему придется вновь вступить в сражение в силами тьмы. Но он боялся, чертовски сильно боялся вновь схлестнуться с ужасными порождениями принца тьмы. Профессор Лотфи никогда его еще таким не видел, хоть ему и была известна причина столько боязливого отношения старого друга. Тем не менее собравшись с мыслями и поняв всю бестактность своего вопроса колдун поспешил извиниться, объяснив свой поведение легкой формой рассеянности.
— Ах, да, вы наверно ожидаете от меня объяснения о роде Бекинсаль. Ну, что же, думаю я смогу уделить вам немного времени в своем кабинете, прошу вас следуйте за мной…и…Газель, принеси нам чаю! — приказал экзорцист. Падший ангел цокнула языком и приподняв глаза к бровям исчезла, оставив после себя легкое солнечное свечение в виде лучика, который ярко пробивается через густую листву хвойного леса.
Вернувшись тем же путем, товарищи очень скоро приблизились к коридору за которым находилась массивная железная дверь, служившей твердыней сокровищницы поколения рода Кроуфорд. За столетия, семейство Кроуфордов занимались темной магией, специализируясь на экзорцизме и магии вуду. И тут, в этом бесконечно обширном помещении хранились самые опасные и древние артефакты, которые семья Кроуфордов так тщательно оберегала.
Сам Лэнгтон Кроуфорд был колдуном в тринадцатом поколении. Именно ему удалось, то, что не удавалось остальному поколению Кроуфордов, а именно найти и захватить сферу Хаоса, одно из самых могущественных реликвий демоновЙонил.
— Джеймс, — тихо обратилась к профессору Оливия. Последний хоть и не позволял никому звать его по имени, Оливии он это позволил стоило им вместе отужинать на свидании. Вторым человеком кто имел право называть профессора по имени был конечно же сам Лэнгтон. Случилось это давным-давно, когда Лотфи проспорил другу. Теперь, так же, как и Газель ему приходилось сдерживать данное слово: — Да, дорогая, — сказал профессор, полностью насладившись этим словом «дорогая». Хоть они и прибывали в неких, пока еще точно не определенных отношениях, Лотфи лелеял себя мыслью, что у них все скоро неожиданно закрутиться, как в самых лучших романах Джейн Остин.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Почему я вижу в глазах мистера Лэнгтона страх? — спросила агент Бекинсаль. Она заметила это еще во время разговора там, наверху, в кабинете Лэнгтона.
— Не поверите, но я сам не знаю. По виду не скажешь, но он является самым сильным колдуном и хранителем земли, по крайней мере он был таковым. Но потом что-то случилось, что-то что связано с его путешествием в Каир, где он нашел сферу Хаоса.
