всё это сработает только в том случае, если она ещё не проговорилась Вайнштейну о своём семейном и материальном положении, — помощница продолжает разрабатывать детали своего плана.
— Рита, Эмилия Ковтун — моя бывшая жена, — решаюсь признаться, поскольку её кандидатура явно получила одобрение у всех Ритиных шестерёнок. — И расстались мы далеко не друзьями. Предвосхищая твой вопрос, сразу отвечу: ребёнок не мой, и какие у Милы отношения с его отцом — не знаю.
— Она не замужем, — уже менее решительно напоминает Рита. — Неужели ради круглой суммы, необходимой вашему заводу, вы не согласитесь немного потерпеть бывшую жену? Вы ведь терпите, когда вам лечат зубы?
Сантименты в сторону. Помощница права. У меня есть цель. И мне плевать, каким способом я её достигну. Лера, Мила — какая к чёрту разница? Женщины приходят и уходят, а дедов завод — куда более постоянная вещь…
Рита настаивает, что я должен позвонить Эмилии и договориться о встрече. Я же решаю действовать по-своему.
Узнать расписание преподавателя Ковтун не составляет труда. Я просто прихожу к концу её занятий и жду возле аудитории.
Каждая выходящая из кабинета студентка окидывает меня заинтересованным взглядом. Ухмыляюсь про себя: Рита права, минимум половина из них не откажутся от роли Золушки.
Только смогут ли эти зелёные девчонки сыграть мою жену так, чтобы получить зачёт от Станиславского? Увы, безукоризненно исполнить роль моей жены под силу только… моей жене.
Признаться, немного волнуюсь. От встречи можно ожидать чего угодно. Рита верно предположила, что её успех зависит от степени нужды, в которой Мила находится. Чем она выше, тем сговорчивее будет бывшая жена и тем дешевле мне обойдётся эта театральная постановка.
Главное — отчётливо дать ей понять, что брак будет договорной, фиктивный, и все его нюансы строго регламентированы соглашением, которое я разработаю. Она может претендовать лишь на ту сумму и те условия, которые там будут зафиксированы.
Эмилия выходит последняя и закрывает кабинет на ключ. Мне всегда было интересно, какой в этом смысл? Что оттуда могут вынести? Мел? Скрипящие старые парты? А может, боятся, что кто-то лампочки выкрутит или решит заняться в аудитории любовью?
Увидев меня, бывшая жена останавливается и меняет траекторию движения.
— Ты меня ждёшь? — спрашивает сразу, без приветствий.
— И тебе здравствуй, — поддерживаю имидж воспитанного человека, хоть я, в отличие от Милы, из семьи торгашей, как она выразилась однажды во время ссоры. Куда уж мне манерами до неё — интеллигенции, страшно сказать в каком поколении.
Глава 4
Эмилия
Выхожу из аудитории. Прикидываю, стоит ли забежать в преподавательскую и пообщаться с коллегами. По четвергам у меня удачное расписание: после занятий остаётся достаточно времени, чтобы перекинуться парой слов с нашей лаборанткой Снежаной, заполнить журналы или заглянуть в деканат, а не бежать сломя голову в сад.
В коридоре мой взгляд натыкается на… бывшего мужа. Глазам своим не верю! Если бы возле аудитории в начале июня я обнаружила снеговика или Деда Мороза, то удивилась бы куда меньше. Что он тут забыл? Неужто ждёт одну из вертихвосток, которые учатся у меня на потоке?
Неувязка — все они упорхнули, как только прозвенел звонок, и теперь в коридоре мы с Розовским наедине.
Влад делает шаг в мою сторону, и не остаётся сомнений, что он пришёл именно ко мне. Что-то в лесу сдохло? На город упал метеорит? Наступил конец света?
Сколько мы не виделись? Прошло почти четыре года с того дня, как он поставил свою закорючку при регистрации развода и ни словом не обмолвившись уехал из ЗАГСа. В мою сторону даже не посмотрел, будто меня там не было. Не поздоровался и не попрощался! Регистратор покачала головой и, вздохнув, пожелала мне удачи.
За четыре года наши пути ни разу не пересеклись. Вслед за мужем меня вычеркнули из жизни все наши общие друзья. Перестали отвечать на звонки, игнорировали сообщения в мессенджерах, при встрече ссылались на отсутствие времени и спешили пройти мимо. Подруги перестали звать на девичьи посиделки.
Я пережила. Завела новых подруг из своего круга, которым было плевать, какую фамилию я ношу — Ковтун или Розовская, и где покупаю вещи — в фирменных бутиках или на промрынке.
Ещё задолго до развода я поняла, что Влад далеко не идеален, и начала себя готовить к жизни без него. Как только вдоволь оплакала первые полученные по интернету доказательства его неверности, и закончились слёзы. Когда надоело себя жалеть.
Всего таких писем было три. Первое — ударило больнее всего. Почти сбило с ног. Но всё, что не убивает, делает нас сильнее. Второе — я восприняла спокойнее, третье — приняла как данное.
Почему не закатила скандал, не подала на развод? Чего ждала бесконечные три месяца? Теперь уже и не вспомню. Видимо, поначалу надеялась, что это — подделка или одноразовая измена, потом — что мимолётное увлечение.
Я панически боялась остаться одна. Мне казалось, что я ни за что не справлюсь. Ведь почти четыре года подряд меня по жизни за руку вёл Влад, ограждая от проблем и страхуя на резких поворотах.
Он оказался решительнее меня и инициировал развод сам. Я даже обрадовалась и сразу согласилась. У нас не было общего имущества, не было детей, нам нечего было делить. А в день развода я была слишком растеряна и подавлена, чтобы высказать своё мнение и сделать хотя бы слабую попытку сохранить семью. К тому времени сохранять уже было нечего…
И вот он тут. Нонсенс!
Проворачиваю ключ в замке и иду ему навстречу.
— Ты меня ждёшь? — спрашиваю, чтобы перейти сразу к сути.
Он мне неприятен. Обида. Чувство вины. Уязвлённое самолюбие. Унижение. Отчаяние. Можно долго продолжать список. Этот человек в моих ассоциациях накрепко связал себя с самыми негативными эмоциями.
— И тебе здравствуй, — как обычно, он умеет разыгрывать подчёркнутую вежливость.
Киваю в ответ и жду объяснений.
— Нужно поговорить, — коротко командным тоном сообщает о цели визита.
А он изменился. Заматерел. Поменял причёску и стиль. Классический костюм вместо поло или толстовки с джинсами. Совершенно чужой хищный взгляд. Деньги и власть портят людей безвозвратно.
О том, что у Розовского хорошо идут дела, кричит его прикид. Я всё ещё способна оценить стоимость надетых на него тряпок.
И только ямочка на подбородке напоминает мне того Влада, с которым мы познакомились в офисе компании его деда восемь лет назад.
Что этому павлину могло понадобиться от меня? Ни одного предположения.
Любопытство распирает, но я не собираюсь выполнять его команды.
