Он давно мне никто, чужой человек. А посторонние люди, когда им что-то надо, просят совсем другим тоном и используют волшебные слова.
— Я спешу, — отвечаю так же коротко, давая понять, что общение с ним в мои планы не входит.
— Я хочу сделать тебе выгодное предложение, — фраза производит на меня обратное действие. Очень уж она напоминает завлекаловку в сетевой маркетинг, а всем этим гербалайфам и прочей ерунде вход в мою жизнь строго воспрещён.
— Это не займёт много времени. Пойдём выпьем кофе с пирожным.
Бросаю демонстративный взгляд на часы. Я и без того знаю, что на кофе время у меня есть. Но интуитивно мне не нравится визит бывшего, не сулит он ничего хорошего. А треша в моей жизни и так хватает.
Хотя нет смысла отрицать: любопытная женщина во мне требует выслушать Влада, соревнуясь со здравым смыслом и ассоциациями за право принять решение. И в итоге именно она одерживает победу. Наверняка Розовского привело ко мне что-то неординарное.
— Как поживаешь? Что хорошего? — мы устраиваемся за столиком в неприлично пафосной кафешке для мажоров, и Влад начинает разговор издалека.
— У меня мало времени, — напоминаю. — Переходи сразу к сути. Желательно тезисно.
Вероятно, он ожидал более тёплого приёма. Если бы мы расстались как цивилизованные люди, я бы, возможно, улыбнулась и даже поболтала бы с ним о жизни. Но нет. Это — не о нас.
— Хорошо, пусть будет тезисно. Дед умер около года назад и оставил мне свой концерн.
Влад делает эффектную паузу, давая время осознать степень его богатства и величия. Дёшево, я на такое не покупаюсь. Хотя масштабы взлёта бывшего впечатляют. В тридцать три года владеть и рулить огромным концерном — действительно круто.
И я бы обязательно выразила своё одобрение или даже восхищение, если бы этого он достиг сам, а не получил на блюдечке с голубой каёмочкой от предка. А потому просто жду продолжения его монолога.
— Я не женат. А в статусе холостяка вести бизнес не очень удобно. Женатый мужчина почему-то воспринимается более надёжным партнёром. А я сейчас налаживаю связи, формирую имидж, от которого зависит имидж и успешность концерна. Мне нужна фиктивная жена, которая время от времени будет составлять мне компанию на различных мероприятиях. Так сказать, для создания правильной, безупречной репутации человека, с которым можно вести дела. Ничего более не требуется. Мы с тобой могли бы заключить соглашение на взаимовыгодных условиях.
Я далека от бизнеса, но о фиктивных браках, естественно, знаю. Кто-то прибегает к ним ради получения гражданства, кто-то — для эмиграции. Наверняка есть и другие причины, а том числе и имиджевые.
Я верю, что бизнесмену статус женатого мужчины необходим. Но зачем Розовскому заключать фиктивный брак? Почему он не женится по-настоящему? Или он настолько полигамен, что меняет спутниц как перчатки и ни на одной из них не может остановиться?
Ещё больше удивляет, почему с этим вопросом он пришёл ко мне. Да это просто смешно! У нас друг к другу — вагон претензий. Какие из нас супруги? Неужели в городе закончились женщины, с которыми у него нет неудобного прошлого?
В любом случае ни в какие аферы впутываться я не собираюсь! Начнут в прессе полоскать, подпортят мне репутацию. А для преподавателей и научных работников она тоже очень важна!
— Влад, я не понимаю, почему именно я? Тебе нужна эскортница? Думаю, адреса агентств, оказывающих подобные услуги, вполне можно найти в гугле.
— Причём тут эскорт? — морщится раздражённо. — Я же сказал: мне нужна нормальная жена для имиджа. На кой мне шлюхи? Обязанностей немного. Всего лишь сыграть роль…
— Как насчёт актрисы? Я слышала, что в театрах — зарплаты копеечные. Ты легко найдёшь жену на любой вкус, — я, конечно, откровенно над ним потешаюсь. Но не вставать же, не допив кофе и не доев обалденный «наполеон».
— Мила! Хватит кривляться, — недовольно одёргивает. — Я слышал, что ты не замужем, и тебе нужны деньги. Почему именно ты? Да всё просто. Мы были женаты. У нас остались реальные свадебные фотографии и прочая фигня, необходимая для достоверности. Нам есть о чём рассказать журналистам. Мы не будем слишком афишировать, что разводились. Даже если правда всплывёт, то мои пиарщики придумают правильную легенду, это — не проблема. Мы распишемся, возьмёшь мою фамилию. Никакого обмана. Я буду платить тебе ежемесячное содержание. А на выходе ты получишь хорошую сумму.
Интересно, он в курсе, что у меня есть ребёнок? А он никак не вписывается в предложенную схему.
— Влад, когда-то я пришла к тебе просить деньги. Речь шла о небольшой для тебя сумме. Помнишь, что ты мне ответил?
Мне вовсе не хочется выглядеть мстительной. Но просьба бывшего мужа звучит совершенно аморально, особенно учитывая его поведение перед разводом. Как бы я ни нуждалась в деньгах, я ни за что не соглашусь на его предложение. Это ужасно унизительно…
— Я помню. И тебе хочу напомнить, что с этой просьбой ты должна была прийти не ко мне, а к другому мужчине… Кроме того, у тебя осталось много украшений, которые я тебе подарил. По городу полно ломбардов. Если тебе так сильно нужны были деньги, что мешало дойти до ближайшей скупки? Да там побрякушек было на такую сумму, что ты могла бы до сих пор безбедно жить с их продажи!
Меня коробят эти слова… Как у него всё легко получается!
— Я не нищенствую. И в твоих деньгах не нуждаюсь. Ты пришёл со своей просьбой не к той женщине. Я аферами не занимаюсь и подыгрывать тебе не буду. Спасибо за кофе и пирожное, оно было вкусное, — с сожалением смотрю на недоеденный кусок.
Сейчас было бы уместно бросить в него парой купюр, оплатив свой заказ, но, увы — в кошельке пусто, а бежать в ближайший банкомат или просить номер карты, чтобы перекинуть на неё деньги, как-то глупо.
— Удачи в поисках жены, — говорю, поднимаясь из-за стола.
Хорошо, что сейчас лето, не нужно тратить время на верхнюю одежду, а можно просто эффектно продефилировать к выходу с высоко поднятой головой.
Внутри огнём полыхает возмущение. Влад ещё смеет упрекать меня, что я неразумно распорядилась украшениями? Он хоть представляет, за какие копейки их принимают в комиссионке или ломбарде?
Конечно, не представляет…
* * *
Четыре года назад
Снова и снова прокручиваю видео. В прошлый раз мне прислали фотографии, и можно было надеяться, что это — фотошоп, подделка. Или что Влад выпил на каком-то мероприятии, и его подставили, чтобы скомпрометировать. Трудно было поверить, что
