Когда глаза Алека привыкли к темноте, он снова уловил сбоку едва заметное шевеление.
Что бы это ни было, оно двигалось совершенно бесшумно. И было ощущение, словно сотня глаз уставилась на них отовсюду из темноты.
— Какие будут предположения? — прошептал Микам.
— Они бы нас здорово удивили, если бы решились напасть, — отметил Серегил.
— Наверное, — сказал Микам. — Однако я больше ничего не вижу. А ты, Алек?
— Ничего.
Они немного подождали, но ничего так и не произошло.
— Полагаю, они убрались, — в конце концов сказал Микам.
Во главе с Серегилом он и Алек, одной рукой державший Себранна, а в другой сжимавший свой лук, обошли рощицу и обнаружили полтора десятка неясных отметин на снегу.
— Выглядит так, словно тут мели хвостом, — сказал Микам, внимательно оглядев то, что осталось.
Их странные визитеры, видимо, прихватили с собой ветви, которыми заметали дорогу позади себя, чтобы скрыть следы. И похоже, что они шли по цепочке, так что было невозможно сказать, сколько именно их тут было.
— Как же так, мы ведь даже ничего не услышали? — прошептал Алек, гадая, далеко ли ушли незнакомцы, и не может ли быть так, что они и теперь всё ещё наблюдают за ними.
— Полагаете, это снова наши замаскированные друзья? — прошептал Микам.
Серегил уставился на остатки следов в снегу.
— Если это они, то почему не напали? Местечко тут глухое, и они могли открыть по нам стрельбу ещё до того, как мы бы узнали о том, что они здесь.
— И Себранн никак не среагировал, — добавил Алек.
— Это был кто-то, кто отлично тут ориентируется, и знает, как спрятать след. И шли они пешком, — Серегил рассеянно потер подбородок. — А это значит, что это кто-то из этих мест.
— Но с тех пор, как мы тут, мы не встретили ничего, кроме одинокой избушки лесоруба. Откуда же они могли взяться?
Серегил и Микам переглянулись.
— Горный народец?
— О, чёрт! — Микам быстро оглянулся. — Если так, то мы сделали именно то, что от нас ожидалось. Я назад — проверю, не прохлопали ли мы лошадей.
Серегил и Алек снова прочесали рощицу, пытаясь найти место, где сходятся следы и откуда они сюда идут, но все они расползались в разных направлениях и местах. Они поискали ещё немного, но нигде не было и признака их схождения воедино. В итоге они оставили эту затею и вернулись назад, найдя свой непотревоженный лагерь и лошадей, привязанных там, где они их оставили.
— У меня впечатление, что их целью было взглянуть на нас, — предположил Серегил.
— Похоже, ты прав, — согласился Микам. — В лагере ни единого следа их пребывания.
Алек присел на корточки перед Себранном.
— Ты не заметил никого, вроде тех всадников, что ранили меня?
Себран слегка вскинул голову:
— Са-а-а-ава драк-кон.
— Ещё один сово-дракон, — Серегил запустил пятерню в свои волосы, и глянул вверх, туда, где на ветку над его головой уселся новый небольшой сыч. — Что ж, если по его мнению это единственное, из-за чего стоит беспокоиться, быть может, мы действительно, в полной безопасности?
Сова так и осталась с ними на ночь, однако они уже не смогли сомкнуть глаз.
Едва забрезжил рассвет, сонные и встревоженные, они снова двинулись в путь. Сыпал лёгкий снежок. И каждый из них был на чеку, наблюдая, не появятся ли их преследователи. Однако не было ни единого намёка на них. Лишь несколько путанных следов, да воробьиных и вороньих отпечатков перьев.
Люди Ризера уже давно были готовы скакать дальше, однако поиски потерянного следа задержали их ещё на несколько дней. Зато когда они его взяли, идти по нему не составило никакого труда: у одной из лошадей, на которых ехали преследуемые, на правой передней подкове торчал кривой гвоздь.
Этим утром Турмай снова играл, и делал это дольше, чем обычно. А когда закончил, он выглядел озадаченным.
— Ты их видишь? — спросил Ризер.
— Они собрались идти далее на восток, пересечь море и выйти к другой большой земле, которая указана на твоей карте.
Глаза Ризера округлились.
— Пленимар?
Он вытащил карту и дал взглянуть Турмаю.
— Да, — ответил тот, указывая на Пленимар. — Вот сюда они держат путь.
Каждому из потомков Хазадриели было отлично известно, что Пленимар — это то самое место, откуда родом были древние тёмные ведьмы… Те самые, что когда-то пленили Хазадриель и прочих, и создали первых тайан’джилов. Само название было для каждого из них сродни проклятью. Этого я’шела уже однажды использовали, быть может, именно там. Так что же, его друзья собираются вновь отвезти его туда, чтобы им воспользовались снова?
Кажется, и Хазадриен что-то чувствовал, как и тогда, в день, когда они так неудачно устроили свою засаду. И когда Турмай колебался, или Ризер вдруг терял след, тайан’джил без лишних слов направлял своего коня в нужном направлении, и Ризер всегда полагался на него. Вскоре он привел их через лесистые холмы к началу едва заметной тропы, наполовину скрытой узким проходом. И если бы их не вёл Хазадриен, они, возможно, никогда бы не обнаружили её.
Они поехали по ней, но Турмай вдруг осадил свою лошадь и ринулся к ближайшему дереву.
— Что такое? — поинтересовалась Сона, которая находилась ближе всех к колдуну.
— Смотри! — он прижал свою ладонь к коре дерева.
Ризер спешился и вернулся, чтобы взглянуть на то, что так переполошило колдуна. Турмай отнял от ствола свою руку. Под ней оказался давний, полузаплывший корой отпечаток — такой же ладони. Ризер видел подобные метки уже десятки раз, там, высоко в горах, где обитали рета’нои.
— Не понимаю. Откуда это здесь?
Турмай снова прижал руку к отпечатку.
— Твой народ не единственный, кому приходилось покидать свои исконные земли.
— Хочешь сказать, рета’нои жили тут?
— Быть может. Отпечаток очень древний. — Турмай снова задумчиво коснулся метки. — Не исключено, что кто-то из моих собственных предков следовал этим путём, когда люди из нижних земель погнали их прочь.
— Я полагал, твой народ всегда обитал в нашей долине.
— Мой народ жил в разных местах, — ответил Турмай, возвращаясь к своей лошадке. — Откуда только нас не изгоняли. Быть может настанет день, и твой народ тоже выгонит нас из наших деревень.
— Мы всегда жили в мире. Так что такое никогда не случится, — ответил Ризер, озадаченный этой новой для себя информацией.
Турмай в ответ лишь пожал плечами.
ГЛАВА 20
Приманка
ПЕРЕМЕНЧИВАЯ НЕПОГОДИЦА в Вирессе обернулась неожиданным теплом. Влажный воздух заметно облегчил страдания Улана-и-Сатхилла, дав покой его лёгким. Впрочем, болезнь не отступила совсем, продолжая делать исподволь своё чёрное дело. Однако настала пора наконец что-то предпринять. Во время очередной прогулки по саду вдвоём с Иларом он снова коснулся важной для себя темы. Илар, усевшийся перед ним на деревянную скамью, запрокинул голову и прикрыл глаза, наслаждаясь ласковым теплом закатного солнца.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
