Чтобы всё провернуть, мне нужна помощь Шимуры-сан. Она должна договориться со всеми ответственными лицами, превратив это из моей прихоти в своеобразный тренинг психологической разгрузки, призванный уладить споры, объединить людей, сбросить стресс, показать им другой способ решения конфликтов. Да и, в конце концов, это мероприятие будет полезно для здоровья, а то со своим сидячим образом жизни они окончательно его угробят.
Задумчиво меня выслушав, Шимура признала, что предложение не такое уж и плохое, как она опасалась. Даже в чём-то полезное. Причём моей личной выгоды в этом практически нет. Руководство корпорации вряд ли будет возражать, поскольку расходы на, назовём это — «тренинг», ложились на меня.
— Вы уверены, что понимаете, на что идёте и сколько это будет стоить? — усомнилась Шимура-сан, внимательно на меня посмотрев.
Она пыталась понять, насколько я серьёзен.
— Да. Я же не прошу собирать всех сотрудников корпорации. Вполне достаточно отвлечь от работы, без ущерба для неё, — сразу уточнил, — пару десятков человек с разных отделов. Самых проблемных. Из тех, у кого наметились схожие сложности в общении. Или вам самим хочется дождаться, пока мелкие обиды превратятся в большие ссоры? — удивился. — Или пока кто-то из них выгорит на рабочем месте. Фонд «Мацумото и партнёры» выступит спонсором этого мероприятия, а также что-нибудь придумает с призами за первые места. Можно сказать, для нас планируемое событием станет рекламной акцией и вкладом в положительную репутацию. Заодно, позволит лучше познакомиться с соседями. Что в этом такого? Многие компании вкладывают немалые средства в облагораживания своего облика. Участники «тренинга» наверняка в социальных сетях не поленятся рассказать о нём, ещё раз подтвердив, что «Мацумото и партнёры» находятся в хороших отношениях с Мацудара-корп. Что мы устойчивая организация, нацеленная на дальнейшее развитие, — привёл подходящий довод.
— Мне нужно посоветоваться, — ответила Шимура-сан.
Она зашла к генеральному директору, куда вскоре вызвали ещё нескольких руководителей, растерянно переглянувшихся по пути к начальству. Посовещавшись, собравшиеся решили, что принять моё предложение будет выгоднее, чем отклонить его. Таким образом, я получил разрешение поучаствовать в этом спектакле. С большим удовольствием понаблюдал за тем, как работает хорошо отлаженная система. Отдел кадров, дисциплинарный комитет и служба безопасности совместно отобрали кандидатов на «избиение», выбирая из тех, у кого накопились претензии, имелась личная неприязнь, набрался высокий уровень стресса, уныния, кому требовалась небольшая эмоциональная встряска и отдых. Служба уборки оперативно привела спортивный зал в порядок, как следует его почистила. Был проинформирован штатный доктор, медсестра, репортёр корпоративной газеты. Даже психолога было решено привлечь, понятное дело, не для того, чтобы с кем-то мериться силой. Транспортному отделу поручили подготовить машины, чтобы организованно доставить людей из точки А в точку В. Секретариат разослал начальникам отделов списки, с просьбой проверить, кого из этих людей можно отвлечь от работы, а то вдруг кто-то из них сильно занят, не на месте, не успевает доделать ответственное задание. По моей просьбе Шимура-сан занялась поиском подходящего ресторана, способного нас всех принять, куда она тоже была приглашена. В качестве извинения попросил подобрать его по своему вкусу, вызвав у секретаря понимающую улыбку.
Благодаря системной работе, не говоря уже об отмашке сверху, всё было организовано в кратчайшие сроки без каких-либо эксцессов. Большую роль в этом сыграло то, что это была не самодеятельность отдельных лиц, а привычный для этих людей рабочий процесс, отличающийся основательным подходом. Глядя на происходящее, я набирался опыта. В конце с уважением, искренне похвалил Шимуру-сан за профессионализм, а она меня за внимательность и неравнодушие. Особо подчеркнула то, что я не подошёл к тем двум сотрудницам и не приказал им сразу идти за мной в спортивный зал, проделав то же самое и с Тамаки, никого не предупредив. Подобное самоуправство мне, может быть, потом простили бы, но неприятный осадочек всё равно остался бы. Если же те дуры догадались бы написать на нас жалобу, решив, что я действую по просьбе и в интересах отдела инспекций, ситуация осложнилась бы гораздо сильнее. В текущем же варианте никто никому претензий не предъявит. Не за что. Максимум начальники их отделов проведут со своими подчинёнными разъяснительные беседы, напоминая, что личные дела не должны мешать работе.
То есть, по словам Шимуры-сан, я поступил правильно, за что и получил заслуженную похвалу. Донёс до руководства компании о назревающей проблеме, предложил способ её решения, устраивающий всех, а потом скромно отошёл в сторону, не мешая людям выполнять свои прямые обязанности в рамках уже достигнутых договорённостей. Хотя с точки зрения пока ещё ходячих, радостных в своём неведении «манекенов», всё может выглядеть несколько иначе, но это уже их личные проблемы. Не поймут столь доходчивого намёка, значит, в следующий раз будут задействованы другие, куда менее приятные способы улаживания внутренних конфликтов. Все процедуры давно отработаны, поскольку это далеко не новое явление. Причём речь даже не об увольнении.
Всё прошло, как задумывалось. Даже удивительно. Правда, были небольшие отклонения, но в пределах допустимого.
Дождавшись, когда я отлучился в туалет, до меня добралась Рурико, жаждущая пожаловаться на всю несправедливость этого мира, особо стоит отметить — неоплачиваемую.
— За что⁈ — с полубезумным завыванием она схватила меня за воротник кимоно, закатывая глаза.
Сделала вид, будто готова упасть от усталости, если бы этого не сделала. Хорошо, что у кимоно не предусмотрен галстук.
— Что, за что? — с любопытством уточнил, не поддаваясь на её ужимки.
— За что мучаешь, демон? Что я тебе такого сделала, злопамятный ты наш? Да верну те двадцать бутылок. Верну! Только пустые, хорошо? Так бы сразу и сказал — Рури, красавица, умница, ты слишком много пьёшь. Неужели я бы не поняла намёка? Зачем бросать-то через бедро?
Осторожно положив ладонь на лоб Рурико, мягко отодвинул её от себя, увеличивая дистанцию.
— Хватит дурачиться. Пострадала за компанию. Поделом вам. Если бы удержала Рюотши от глупостей, а не подталкивала к ним, глядишь, сейчас бы продолжала чесать себе спину её массажёром для спины, допивая кофе Ёсиды и диктуя Хасегаве, что нужно дописать в твоём отчёте.
— Да мы бы и сами с ними разобрались, ты-то куда лезешь? — возмутилась чересчур догадливая Рурико, как я и думал, легко сложив два плюс два, как только увидела лицо своего персонального партнёра по «танцам».
— Куда хочу, туда и лезу. Может, вы мне до сих пор не безразличны, — как и полагалось, смущённо проворчал, проверяя взглядом, нет ли поблизости Мэйли.
Повезло, она всё ещё не освободилась. Китаянка с чего-то взъелась на Шимуру, так и норовя стать её персональным противником. Сначала положить её на лопатки, желательно с размаху, а потом попрыгать сверху, якобы от радости. Вот только получалось у Мэйли откровенно плохо, что их обеих ещё больше раззадорило, став чем-то личным. Увидев, что чем ближе я нахожусь к месту их схваток, тем они ожесточённее, огорчённо вздохнув, махнув на них рукой, пошёл в туалет.
— Слушай, хочешь заработать на новую сумочку? — неожиданно задал коварный вопрос, ловко меняя тему.
— Душу не продам, — решительно предупредила Рурико, ослабив хватку, тоже окинув быстрым, внимательным взглядом пустой коридор.
Если бы ещё не добавила после паузы: «… так дёшево», я бы ей даже поверил.
— Ну, чего мнёшься, — поторопила Рурико. — В туалет хочешь? Хорошо, пошли, там продолжим то, что начали.
— Это в мужском-то? — недоверчиво хмыкнул.
— В любом. Если так стесняешься, посторожу у двери. Ничего, остальные подождут, не растают, в отличие от моей новой девочки, — имела в виду сумку. — Я уже слышу, как она зовёт меня, протягивает ручки, прося поскорее забрать её у злых тётенек из магазина.
