Приглашающе поманив Блэка рукой, я картинно зевнул. Разумеется, все это попахивало дешевым выпендрежем, но я ничего не мог с собой поделать.
Гриффиндорцы кричали что-то подбадривающее Блэку. Слизеринцы делали ставки (надеюсь, что на способ, которым я побью Блэка).
Блэк был уже в шагах десяти от меня. Отражать атаки на такой дистанции стало весьма сложно, и я нанес свой удар.
— Экспеллиармус! — палочка Блэка отлетает в сторону. — Левиускулус. Локомотор.
Обезоруженный Блэк взлетел в воздух. Подчиняясь движению моей палочки, он сделал круг над моей головой и с небольшим ускорением полетел прямо в Поттера. Стоило его телу миновать круг защитных чар, как мое заклинание спало, но Блэк по инерции пролетел оставшееся расстояние и врезался в не успевшего среагировать приятеля.
Падая под весом Блэка, Поттер ухватился за Хвоста, но тот не устоял на ногах, и вскоре на полу образовалась куча-мала из тел трех мародеров.
— С-с-снейп… — полузадушено прохрипел Блэк. В этот раз честь оказаться в самом низу досталась ему.
— Знаю, знаю. Ты меня убьешь. Если бы мне давали галеон за каждое такое обещание, то я бы удвоил свое состояние, — презрительно бросил я и добавил, не удержавшись от укола: — Интересно, а почему ты влетел именно в Поттера? Неужели слухи правдивы и у вас и вправду роман?
— Мистер Снейп извольте прекратить этот балаган, — грозно отчитал меня подскочивший к нам Флитвик. — Десять балов Слизерину, за отличное знание мистером Снейпом предмета. И минус десять балов за неспортивное поведение.
Я равнодушно пожал плечами и вышел из круга дуэлей. Кубок школы интересовал меня, когда я был деканом Слизерина, а теперь мне на него плевать.
За дельнейшими дуэлями я не особо наблюдал. Эйвери довольно жестоко отделал Хвоста (лучше бы он его убил). Макдональд победила Роули. Хотя, по-моему, тот ей просто поддался — он всегда питал слабость к рыжим. В целом Слизерин одержал победу по очкам. Что не удивительно. Гриффиндор это все же факультет храбрецов. Такие мелочи как сила и знания грифов никогда не интересовали — это их факультетская традиция. Мужество, доблесть и отвага — три признака гриффиндорца… и алкогольного опьянения.
Напоследок Флитвик задал написать к следующему уроку небольшое эссе по патронусам, и это наводило на мысль, что несколько следующих занятий будут посвящены именно этим довольно сложным чарам. Хех, а ведь всего через десять лет это заклинание будут преподавать только на шестом-седьмом курсах.
Занятия закончились, ученики стали расползаться по своим делам. Я поспешил исчезнуть из аудитории ЗОТИ до того как горевшие жаждой мщения мародеры доберутся до моего тела. Я ведь тоже не железный, будут слишком доставать, могу и Авадой ударить.
— И к чему был этот спектакль на зельеварении? — спросила Лили, догнав меня в коридоре.
— Ты о чем?
— Зачем ты сказал Слагхорну, что зелье взорвалось по твоей вине? Я-то прекрасно помню, что никаких дремоносных бобов у нас на столе не было, — сказала она. Нечто подобное я и предполагал. Лили, в отличие от мужской половины Гриффиндора, прогрессирующим слабоумием не страдала.
— Всегда ценил тебя за наблюдательность.
— Не увиливай от вопроса, Северус!
— Мне просто стало скучно, а Блэк предоставил прекрасную возможность улизнуть с остатка урока, — равнодушно сказал я, пожав плечами.
— Блэк?! Так это была очередная шуточка мародеров! Они хотя бы знают сколь опасно стороннее вмешательство при изготовлении зелий!? — возмутилась Лили.
— Все закончилось относительно благополучно, а с Блэком я посчитался на ЗОТИ. Хотя я сильно сомневаюсь, что урок пойдет ему на пользу.
— Летел он весьма красиво, — неожиданно хихикнула девушка. — Правда до этого из круга дуэлей не менее красиво вылетела я, — слегка поморщилась она.
— Тебе нужно больше практиковаться в ЗОТИ, а не сидеть над книгами. Отличное эссе не замена скорости реакции и быстроты плетения.
— Да знаю я, — вновь поморщилась Лили. — Но где мне практиковаться и с кем? — Она задумчиво посмотрела на меня и спросила: — Сев, а ты не мог бы помочь мне с практикой?
— Я рад, что ты понимаешь мои «тонкие» намеки, — усмехнулся я.
— Ах ты хитрый и коварный…
— А также одаренный, гениальный, а главное скромный Слизеринец. Спасибо Лили, я все это прекрасно знаю.
— Нет, летом ты точно головой ударился, — она сокрушенно покачала головой. — И когда мы начнем?
— Со следующей недели. Тебя это устроит?
— Спасибо Сев, ты настоящий друг.
Друг… Я криво улыбнулся. Быть просто другом — для меня это слишком мало. Надеюсь, что когда-нибудь ты это поймешь.
— Ты сейчас в библиотеку? — спросил я.
— Да. Пока есть время, надо написать эссе по патронусам.
— Тогда я с тобой.
Не то чтобы я рвался делать задание по ЗОТИ, но более делать мне было совершенно нечего. И это притом, что дел накопилось немеряно. Даже изучение позаимствованной из библиотеки тетради лучше отложить до первых выходных, когда мне никто не будет мешать.
В библиотеке мы оказались единственными посетителями. Оно и понятно, не у всех была Лилина любовь к учебе. Большинство учеников справедливо полагали, что делать заданное надо не в вечер после урока, а в вечер перед ним.
Вежливо поздоровавшись с мадам Пинс, мы прошли мимо ее стола. Приметив небольшую пачку свежих газет, я перехватил утренний номер «Пророка» и направился следом за Лили.
Устроившись в небольшом укромном закутке, коих было немало в этом книжном лабиринте, мы приступили к работе. Свежий номер «Пророка» я оставил неподалеку от Лили, так чтобы ей была прекрасно видна статья на первой странице.
При всех неоспоримых достоинствах у Лили есть и недостатки. Один из них это общая беда всех маглорожденных магов — плохая осведомленность о мире, частью которого они теперь являются. Слава Мерлину, что хотя бы про домовиков Лили в курсе, а то бы сражалась за их свободу похлеще Грейнджер. Но это незнание не вина маглорожденных, тут я был совершенно искренен с Волдемортом. Маглорожденным никто даже не стремится разъяснить, почему Магический мир устроен так, а не иначе. Отсюда и возникает львиная доля проблем во взаимоотношениях между чистокровными, полукровками и маглорожденными. Проблем, которых можно было и избежать.
Вторым недостатком Лили была потрясающая своей наивностью вера в непогрешимость Дамблдора и правильность его идей. Даже не стань Эванс впоследствии Поттер, она бы оказалась в рядах Фениксов.
Теперь же я планировал это изменить. И начинать надо уже сегодня, ибо большую часть времени Лили проводит в окружении гриффиндорцев, а потому завтра может быть уже поздно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
