— Бренночка, а я знакома с одной славной женщиной, торгующей на базаре пирожками, она ни раз выручала меня дельными советами, а когда я здесь только появилась, уберегла от многих неприятностей. Тетушка эта хорошо знает Минэй и возможно что-нибудь подскажет на счет лавки.
— Хорошо, забеги к ней, пока торговля на площади не закончилась, лишний совет нам не помешает. А я в ратушу загляну, узнаю там, не продает ли кто лавку в торговом квартале...
******
— …Ваше Святейшество, я в очередной раз должен признать вашу несомненную правоту! — мессир Вергелиус уважительно склонил голову перед Понтификом, который с отрешенным видом рассматривал какую-то очередную диковинку в стеклянном шкафу.
Главный Инквизитор и правда, удивлялся прозорливости дряхлого старца. Ну, как ему это удается?! Как?!! Дряблое, иссушенное тело, стареющий мозг, затуманенный постоянным приемом обезболивающих зелий и поддерживающих порошков — и вдруг абсолютно неожиданные и верные выводы, сделанные на основе разрозненных донесений из Минэя. Как он смог это сделать, если сам Вергелиус не додумался, изучив эти донесения вдоль и поперек?!
Старец поднял на него усталый взгляд выцветших глаз и… снова вернулся к созерцанию диковин. В такие моменты инквизитору казалось, что Понтифика ничего уже в жизни не интересует, кроме коллекции его драгоценных безделушек, которые он мог рассматривать и перебирать бесконечно. Не то, чтобы Вергелиусу было жалко этого старика… просто видеть его таким тихим и безразличным ко всему было слишком непривычно. Уж лучше бы он орал, как раньше или швырялся посудой и чернильницами, чем стоял вот так, уставившись не мигая в одну точку.
— …Знаешь, Вергелиус, о чем я по-настоящему жалею? — прошелестел тихий старческий голос — Что не смогу забрать с собой свою удивительную коллекцию. Иногда мне кажется, что это и есть самое главное мое достижение. Но что будет с ней после моей смерти?
— Ваше Святейшество, ну что за мрачные мысли? Наши лекари уверенно дают вам еще несколько лет жизни!
— Не лицемерь, Вергелиус. Не надо… — поморщился старец на явную ложь инквизитора — с кем еще я могу здесь открыто говорить о том, что меня по-настоящему беспокоит… Ты же можешь пообещать мне одну вещь?
Дождавшись кивка мессира, Аполлинариус обвел рукой свой кабинет
— Прошу тебя, сделай так, чтобы это собрание древностей не растащили, не распродали по частям, и не свалили бесполезной грудой в нашей подземной сокровищнице. Пусть, новый Понтифик, который придет после меня, всего лишь выделит отдельное помещение, или оставит все здесь, как есть. Я надеюсь, что когда-нибудь у этого кабинета появится умный хозяин, который сможет по достоинству оценить исключительность моей коллекции.
— Это я вам твердо обещаю — со всей серьезностью заверил старца Вергелиус, перестав притворяться — Приложу все силы, чтобы новый Понтифик выбрал кабинет где-нибудь по соседству, а этот превратил в реликварий. Наложим самые сильные чары, чтобы никто не смог покусится на вашу коллекцию. Клянусь своей силой!
— Спасибо, Вергелиус, я знал, что на тебя можно положиться! Если ты пообещал, то мои сокровища останутся в сохранности — мягко улыбнулся Аполлинариус и уселся в кресло рядом с затопленным камином — Ну, что там у тебя по Минэю, докладывай.
Такой быстрый переход к делу и появившаяся твердость в голосе Понтифика несколько озадачили Инквизитора, но сейчас нужно было воспользоваться моментом, пока старец снова не помрачнел и не задурил.
— Теперь можно с полным основанием утверждать, что древние источники пробуждают маги из окружения мальчишки Тиссена. Как я вам уже докладывал, он пригласил всю армейскую верхушку на охоту в свой старый Охотничий Замок…
— Это там, где недавно пробудился источник в храме Айрана?
— Да. С огромным трудом моему шпиону удалось попасть в отряд, сопровождающий военное начальство, и вчера он прислал очередное сообщение. Тиссен теперь даже не скрывает, что поклоняется древним богам. Наоборот — он открыто пригласил своих военачальников в Храм Айрана, а отступник Фридус собственноручно провел там ритуал поклонения богу Огня с подношением даров.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Совсем обнаглели мерзавцы…
— И это еще не все — кивнул Вергелиус, разделяя возмущение Понтифика — в следующем вестнике шпион утверждал, что примерно месяц назад в этом замке произошло нападение отряда инисов на Тиссена, возвращающегося с севера. И как вы понимаете, отряд этих наемных убийц был там уничтожен. Не без помощи гномов из клана Стальных Сердец.
— А эти-то язычники что там делали?! — поразился Аполлинариус — Коротышки же в южных отрогах Медных гор обитают, рядом с границей со степью?
— Тиссен разрешил этому клану переселиться и обосноваться на новом месте, гномы будут теперь делать оружие для его войска. Похоже, мальчишка решил полностью перевооружить армию Западного Эскела. А по донесениям с севера там уже вовсю идет восстановление трех старых приграничных крепостей.
— Очень интересно… Как думаешь: щенок твердо решил отсидеться за Медными горами? Поэтому и укрепляет северную границу?
— Выводы делать рано, моему шпиону пока не многое удалось узнать, но похоже на то. Не удивлюсь, если ему хватит наглости отказаться от участия в вашем походе на Инферно, сославшись на неподготовленность своей армии. Но управу на него можно найти.
— Каким образом?
— Обвинив его в отступничестве от Церкви Единого и в поклонении языческим богам. И это не пустые слова. Сегодня утром был пробужден еще один древний источник неподалеку от Охотничьего Замка.
— Чей храм на этот раз?
— Богини Земли Мереи. Донесение только что прислал Косталис, и он снова утверждает, что его Орден не имеет к этому отношения. Я тут же запросил своего шпиона, но тот ничего вразумительного не сообщил. Все военные сейчас на охоте, включая Тиссена.
— У мальчишки есть свой маг Земли?
— Есть. Некий Эверс. Он калека, видимо потерял руку на войне. Но в наших списках мага с таким именем нет, и где его нашел Тиссен, непонятно. К тому же этот Эверс почему-то живет в Охотничьем Замке. Также пока не удалось установить имена незаконно инициированных магов. Но в целом картина вырисовывается именно такая, как вы и предполагали — в Минэе действует банда магов — отступников, и князь им явно покровительствует.
— Кто бы сомневался… — Понтифик кряхтя поднялся с кресла и прошаркал к большой карте Риона, украшающей стену кабинета. Подслеповато уставился на нее, пытаясь понять замысел обнаглевшего мальчишки. Гномы, пробужденные источники, неучтенные маги и просто немыслимое количество ас-урумов, доставшихся Тиссену после уничтожения инисов. Наверняка, щенок вооружил ими своих людей, и поэтому они теперь так легко справляются с темными тварями. Значит, он все-таки знает, как подчинить ас-урумы…
Задумавшись, старец ткнул скрюченным пальцем в отмеченную на карте точку
— Посмотри, Вергелиус, а храм Эолмара с пробужденным источником тоже находится сравнительно близко от этого замка. Там явно что-то затевается!
— Думаете? Тогда нам срочно нужен свой человек — или среди охраны, или среди слуг. Но сразу предупреждаю: это будет непросто сделать. Отбором стражников и слуг занимается лично некий Шонгар — доверенное лицо Тиссенов, капитан замковой стражи, ранее служил в полку головорезов. А они, как вы знаете, отличаются особой преданностью княжеской семье и неподкупностью. Другие на Ведьмином перевале не служат.
— Брось…! — поморщился Аполлинариус, снова усаживаясь поближе к огню — в любом замке среди слуг есть обиженные, недовольные и просто жадные до денег. Подключи к поискам Илиуса, а то этот негодяй совсем забыл, кому он обязан нынешним положением. Почитать его благостные донесения, так Минэй — это просто оплот Церкви, а молодой Тиссен — самый верный сын Единого. Но мы-то с тобой теперь знаем, что мальчишка — мерзкий язычник, поклоняющийся древним богам, да еще и собравший вокруг себя банду отступников.
— Прикажете поставить Илиуса в известность?
